Муха на стекле
Шрифт:
Наша бдительная экскурсовод, про существование которой я уже забыл, выскочила, словно чёрт из табакерки! Она с таинственным видом принялась что-то тихо рассказывать охранникам… При этом женщина изредка бросала быстрые, подозрительные взгляды на вершину донжона. Мне отчего-то сделалось тревожно…
Я сконцентрировал всё своё внимание на этой шушукавшейся группе. Мысленно приблизился и прислушался к чужим словам… Так и есть – разговор на площади шёл о нас с Алиной.
Про странных артистов, оказывается, не забыли и даже исподтишка следили за парочкой некоторое время! Проницательная сотрудница музея уже
Алина бросила ласковый взгляд на моё напрягшееся лицо, заметила нехорошую перемену в нём, и нахмурилась…
– Что случилось?
– Посмотри-ка вниз…
Девушка чуть обернулась, опустила взгляд на центр площади. Охранники и женщина в тёмно-синем костюме стояли тесной компанией, дружно задрав головы вверх. Внимательные взоры стражей порядка и подозрительного экскурсовода встретились с нашими…
Уже совсем рассвело и видимость была прекрасная. Несколько секунд мы пристально рассматривали друг друга. Сотрудница музея, при этом, всё продолжала что-то торопливо говорить мужчинам в форме. Охранники молча слушали…
Наконец, они приняли решение, бесцеремонно прервали симпатичную собеседницу на полуслове, и направились ко входу в донжон. Доносчица осталась стоять в гордом одиночестве и с открытым ртом… Так и не завершив начатую фразу. Впрочем, она и не думала уходить с площади… Бдительная дама застыла на своём месте, следя снизу за каждым нашим движением, и ожидая развязки всей этой истории. Стёкла её элегантных очков поблёскивали, как два оптических прицела.
– Всё… Мы попались, – сказал я. – В донжон существует только один вход. Он же – и выход. Совсем скоро охранники будут тут. Без документов нас точно заберут для выяснения личностей… Что будем делать?
– Надо просыпаться… – с сожалением согласилась Алина. – Всё, что хотели, мы, вроде бы, уже сделали. Причин задерживаться во сне дальше нет. Хотя я бы тут ещё погуляла…
– Мне тоже здесь понравилось, – вздохнув, сказал я, вспомнив про наш первый, и такой жаркий поцелуй в тёмном подземелье. – Но надо поторапливаться… Смотри, эта бдительная дама внизу просто глаз с меня не сводит! Она явно решила посмотреть, как нас будут сейчас арестовывать. Ишь, уставилась, очкастая! Настроишься тут на комфортное пробуждение… Ничего, красивая, сейчас мы тебя удивим по-настоящему!
– Обними меня крепче… – тихо попросила Алина. – Давай уйдём отсюда вместе.
…Оранжевый диск уже почти весь поднялся над горизонтом. Шоу со встречей рассвета закончилось… И смотровая площадка донжона начала быстро пустеть. Туристы, сфотографировавшись на фоне восходящего солнца, уже спешили вниз, продолжать осмотр развалин и артефактов, переживших века. Эта любознательная публика вечно куда-то торопилась…
Я прижал девушку к груди, уткнувшись лицом в её медового цвета волосы. Алина прильнула ко мне и засопела совсем по-детски, спрятав веснушчатую мордашку в складках туники. Нам было тепло и уютно…
Я сомкнул веки. И прошептал:
– Начали…
Перед моим внутренним взором тут же закрутились знакомые
Вот этот образ, пожалуй, подойдёт! Перед закрытыми глазами встало изображение родной пятиэтажки. Кирпичная стена, балконы с сохнущими тряпками на "вертолётах", такое родное окно моей комнаты на третьем этаже… Я зацепился за этот маленький прямоугольник и сосредотачился на нём.
Здание многоквартирного дома стало быстро приближаться и увеличиваться в размерах… А звуки сна – постепенно стихать. Словно птица, спикировало моё бестелесное сознание прямо к знакомому окну. Я с любопытством посмотрел через двойное стекло на себя, безмятежно спящего в кровати, обнявшего крепко подушку на груди. С улицы мне хорошо была видна вся обстановка в комнате, привычные вещи на письменном столе, часы на стене и даже меч…
Сознание, с лёгкостью преодолев все преграды, влетало в неподвижную человеческую оболочку, наполняло её жизнью. Моё тело вздрогнуло, словно от разряда электрического тока… И я проснулся.
***
…Реальный мир ворвался в мой мозг множеством таких знакомых запахов и звуков! Вот только вместо Алины, я тискал в руках мягкую, податливую подушку, почему-то переместившуюся во время сна из-под головы в крепкие мужские объятия… Ноздри щекотал аппетитный аромат жареной картошки со шкварками, доносящийся из кухни…
Я улыбнулся, не открывая глаз. Давненько бабушка меня не баловала этим бесхитростным блюдом из детства! Так вот откуда жаренная картошка во сне для проголодавшегося туриста в замке, по индивидуальному заказу, по предположению Алины! Быль и небыль тесно переплелись в моём сознании в единый узор…
Я отбросил в сторону подушку и открыл, наконец, глаза. Часы на стене показывали без пяти семь. А в восемь меня, между прочим, в городском парке ждал Вадим со своими реконструкторами на тренировку…
Мой взгляд упёрся в блестящий, начищенный меч, который теперь постоянно висел над кроватью. Я тяжело вздохнул… Менее всего он занимал здесь своё место в качестве украшение интерьера. Это было каждодневное напоминание мне о необходимости поддерживать тело в хорошей физической форме. Я специально повесил бастард перед глазами, как немой укор собственной лени. Коль решил научиться владеть мечём – надо постигать науку! И не искать повода увиливать от тяжёлой работы.
Вообще-то, мне нравилось общаться с реконструкторами. Они существовали в своём отдельном мире… Также, как и я. Не курили и не пили, вели здоровый образ жизни. Читали книги, что по нынешним временам нехарактерно для подавляющего большинства моих сверстников… И презирали любое огнестрельное оружие, считая его защитой для слабаков.
Мне удалось быстро и органично влиться в дружную компанию реконструкторов. Для этих увлечённых людей я стал почти что своим… Да и мышцы за месяцы постоянных, изнурительных тренировок окрепли и налились тяжестью, привыкая к серьёзным, мужским нагрузкам. Но всё-таки, в отличии от реконструкторов, я относился к занятиям в клубе "Дружина", не как к удовольствию, а, скорее, как к обязанности, взваленной на свои плечи… К тяжёлой физической работе. Бежать вприпрыжку на каждую тренировку, как на праздник, у меня почему-то не получалось… Постоянно приходилось себя заставлять.