Муха на стекле
Шрифт:
Я словно бы снова перенёсся в средневековое сновидение… Только вместо хладнокровного мастера, вслух комментирующего для меня свои филигранные приёмы, напротив размахивал двуручным мечом неуклюжий, самонадеянный Семён.
Уворачиваясь от чужого клинка, я постарался сосредоточиться на поединке. Злость меня просто переполняла… И в первую очередь – на самого себя. Во сне, чуть ли не на равных фехтовал с самим Августином… А тут, этому неповоротливому увальню, сопротивляться разучился!
Конечно, бой на мечах во сне, и в реальной жизни – две большие разницы… Как это ни странно звучит – наяву моё тело только
Не хватало скорости и реакции в защите… И, уж тем более, – в контратаке. Тяжёлый бастард вдруг сделался просто неподъёмным. Мои движения не поспевали за мыслями… Тело работало на пределе. Я дышал, словно загнанная лошадь. Где уж тут было до применения хитрых финтов!
Немного утешало меня, что и Семён выглядел не лучшим образом… Краснолицый, потный, запыхавшийся после десяти минут активного боя. Он привык побеждать в наших схватках… Вот и теперь, парень не собирался нарушать традицию.
Правда, Семён был немного удивлён моим сегодняшним, явно затянувшимся, сопротивлением… Но силы на этот раз оказались, примерно, равны. И я держал позицию, не пятясь, как обычно, к краю поляны…
Хоть мой противник уже изрядно подустал, он всё продолжал наседать. Да только запала на заключительную атаку у Семёна явно не оставалось… Выдохся, голубчик!
Сохраняя силы, мой противник перестал, наконец, безрассудно бросаться вперёд… Понимая, что действия напролом не привели, на этот раз, к желаемому результату, он решил поменять тактику. Теперь Семён, обливаясь потом, выжидал, когда я и так сам рухну в полном изнеможении на траву, и первый взмолюсь о пощаде. А уж у него-то здоровья хватит потянуть ещё чуть-чуть резину!
Естественно, мой тактически хитрый соперник, уже считал себя победителем в нашей схватке… И вот тут мне удалось его поймать!
Собрав все последние силы в кулак, я выбросил вперёд правую руку с бастардом, тяжёлую, словно налитую свинцом… Не очень ловко оплёл своим клинком чужой меч, обхватил покрепче десницу левой ладонью… И рванул бастард двумя руками – на себя, и чуть в сторону. Так, как учил во сне Августин.
Получилось, правда, несколько коряво, но вполне эффективно. Опешивший Семён ничего не понял… Он забыл главное правило воина – всегда крепко держать в руках своё оружие. И не расслабляться, пока победа балансирует на весах удачи… Мало того, в момент контратаки противника, самонадеянный соперник сжимал свой тяжёлый двуручный меч всего одной рукой.
Наверное, со стороны Семён, в эту минуту, выглядел и эффектно. Физически сильный, статный брюнет с мужественным лицом… Не каждый сможет вот так, одной десницей, запросто, управляться со столь специфическим оружием, как двуручник. Да только бой на мечах – это тебе не красивые позы…
Оружие противника, кувыркаясь, полетело в траву, а Семён, лишившись тяжёлого двуручника, потерял равновесие. Здоровяк попятился от меня, и сел на землю, вытаращив дико глаза… Челюсть у него отвисла от удивления. А ещё через секунду парень скривился от боли, энергично тряся ушибленной правой кистью… Он недоумённо переводил взгляд с
– Ни фига себе… Как это? Ты чего, сука?! – заорал, наконец, Семён, продолжая сидеть на земле, голосом, полным обиды, злости и растерянности. – Больно же ведь!
А я ткнул дрожащим от напряжения затупленным остриём бастарда в грудь поверженного противника и, тяжело дыша, произнёс:
– Всё… Ты убит.
– Тихо, Сёма, тихо! – раздался за моей спиной спокойный голос Вадима. – Всё было по-честному. Мало, что ли ты Захару синяков своим двуручником понаставил? А сам получил раз, и уже стонешь… Никто тебе не виноват – меч надо держать в бою крепко! Ступай, охлади кисть в озере… Потом подойдёшь к нашим девочкам, они тебе обработают ссадины йодом и примочки поставят, если надо. Привыкай… У нас тут не шахматный кружок!
Семён что-то зло ворча, поднялся, подобрал левой, здоровой рукой своё оружие с земли и направился к воде. Ладонь Королькова опустилась на моё плечо…
– А ты меня сегодня опять удивил, – задумчивым голосом произнёс Вадим. – То мечу своему какое-то странное имя придумал, то, вот, теперь… Я ведь тебя этому финту не учил. Исполнено, правда, слабовато… Чуть травму товарищу не нанёс! Но прогресс в фехтовании ты демонстрируешь потрясающий… Что есть – то есть! Где-то ещё уроки фехтования берёшь?
– Самостоятельно осваиваю… По видеороликам из интернета, – соврал я.
Вадик скептически хмыкнул в рыжие усы, но промолчал. А я вдруг подумал – интересная штука получается… Фехтованием на мечах в реальной жизни мне посоветовала заняться Алина. Главным образом, для того, чтобы стать непобедимым воином в своих снах… Ради появление мышечной памяти в иллюзорном мире, и точных, осознанных движений тела там, где оно – одна лишь видимость. Плюс поддержание хорошей физической формы наяву, конечно… Но сегодня напротив – именно сон помог мне в реальной жизни!
Благодаря ночной галлюцинации, я вышел победителем из, казалось бы, безнадёжной ситуации, в которую попал наяву. Шансов победить Семёна у меня, ведь, почти не было… Живи я в средние века, и сражаясь в настоящем, а не в учебном бою, приём, выученный во сне, возможно, спас бы мне жизнь. А противника моего – убил. По-настоящему! Получается, иллюзия может вполне серьёзно воздействовать на реальность… Даже в вопросах жизни и смерти! Вот это да…
***
Фёкла и Наташа, тем временем, развели костёр и повесили над огнём сразу три вместительных, закопчённых котелка. Традиционный обед на всю нашу ораву… И вскоре в них забулькало, заклубилось аппетитное варево.
Девушки у огня, в своих длинных, до пят, вышитых старинных сарафанах, выглядели настоящими средневековыми красавицами. У обеих за плечами были тяжёлые длинные косы, почти по пояс. Только у Фёклы – светло-русая, а у Наташи, как у потомственной терской казачки – тёмная, под цвет озорных, с вечной смешинкой, чёрных глаз…
Закончив с поединками, мы собрались, уставшие и разгорячённые, вокруг костра. Сбросили на траву свои тяжёлые кольчуги и шлемы, отстегнули латы… Кое-кто вообще разделся по пояс и теперь сидел на поляне с обнажённым торсом, щурясь под полуденным, осенним солнышком. Девушки раздали всем деревянные ложки и ломти хлеба, разнесли котелки по нескольким группам реконструкторов…