Мститель

Рори Клементс

– Это могла быть Элеонора?

Дэйр потер пальцами покрытый пузырями от солнечных ожогов лоб и сжал зубы от боли.

– Тогда мне это в голову не пришло, но теперь я бы сказал, что ростом и телосложением она походила на Элеонору. Та женщина вполне могла бы ей быть.

– Если это была Элеонора, то не могли бы вы предположить, по какой причине она испугалась того, что ее узнают? Между вами были какие-то разногласия?

– Что вы, сэр, никогда.

– Опишите, во что она была одета.

– Она выглядела как домохозяйка.

Одета прилично. Припоминаю, что на ней была блуза и киртл. Не из благородных дам, но и не из бедняков.

– Можете рассказать что-нибудь еще? Было ли в ней что-то необычное?

– Нет, сэр, ничего.

– Что ж, если женщина вернется, задержите ее. Спросите мальчика, не видел ли он ее. Приходите ко мне в школу в Даугейте с любыми сведениями, которые у вас появятся, и получите вознаграждение. В противном случае я позабочусь о том, чтобы вас снова приговорили к позорному столбу, отрезали уши и отдали собакам на съедение. Вы меня поняли? – Дэйр с несчастным видом кивнул. – И прислушайтесь к помощнику шерифа. Держитесь подальше от шлюх. Никуда не уезжайте из Лондона, возможно, мне понадобится снова с вами поговорить. Желаю вам хорошего дня и скорейшего выздоровления от нынешних недомоганий.

Уходя, Шекспир думал только об одном: если та женщина с Уормвуд-стрит и есть Элеонора, то ей явно не хотелось, чтобы кто-то узнал, что она в Англии. Это означало одно: либо она в чем-то виновна, либо кого-то боится.

Сэр Роберт Сесил редко пребывал в возбуждении, но сегодня он не мог скрыть своих чувств.

– Господин Шекспир, вам необходимо быстро со всем этим разобраться. Вас не должно быть здесь, и, кроме того, у меня масса дел. Где ваш гонец?

– Сэр Роберт, я не видел Батлера после того, как послал его к вам с подтверждением того, что графиню Эссекс травят.

– Значит, вы не получали моего ответа, заверяющего, что я уже принял меры?

– Нет, сэр, не получал.

Где же, черт возьми, Батлер?

Они были в апартаментах Сесила в Гринвичском дворце. Шекспир взял шлюпку у ступенек причала Олд-Суон. Он знал, что сильно рискует, ибо его мог увидеть Эссекс или кто-то из его людей, но выбора не было. Вообще-то, в одежде ремесленника, в суете у плавучей пристани в Гринвиче Шекспир ничем не отличался от любого другого работяги, нанятого для того, чтобы перевезти огромное множество платьев, сокровищ, кроватей и постельных принадлежностей, которые понадобятся королеве и ее окружению там, куда они направляются.

– Увольте его и наймите того, кому сможете доверять. Что же касается графини Эссекс, то она в безопасности, хотя и не до конца оправилась. Она этого не знает, но ее еду теперь пробуют личные дегустаторы королевы. Графиня останется при дворе. Остальные женщины семейства Деверё будут удалены от двора по крайней мере до конца лета. Разрешено появляться только Эссексу. По правде сказать, королева настаивает на его присутствии, дабы он развлекал ее и играл с ней в игры. Итак,

господин Шекспир, что привело вас сюда?

Шекспир вытащил из-за пазухи джеркина письмо Бесс Хардвик, адресованное Уолсингему. Сесил прочитал его.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Теперь нам нужно узнать имя учителя Арабеллы. У нее их несколько. Я наведу справки, но и вы должны сделать все, что в ваших силах.

– Что именно?

– Оставайтесь с Эссексом в Лондоне, пока он не отправится с королевой в поездку по стране. Занимайтесь расследованием пропавшей колонии, а когда он соберется в дорогу, отправляйтесь вместе с ним в Сьюдли. Ходите за ним по пятам. Следите за каждым его шагом.

Шекспир поклонился.

– Возможно, зная об этом учителе, Эссекс нанял его шпионить. Если это так, то рискну предположить, что учителя используют как посредника для передачи корреспонденции леди Арабелле, – продолжал Сесил. – Значит, будут письменные свидетельства. Поищите их. Кроме того, помните, что его семья не считает брачные клятвы священными, в отличие от вас или, возможно, меня. Если он что-нибудь замыслит, помешайте ему. Если он женится на Арабелле, все пропало. Чего бы это вам ни стоило, вы не должны этого допустить.

Шекспир нахмурился. По тому, как говорил Сесил, было ясно, что у него уже есть собственная шпионская сеть. Хорошо бы он рассказал о ней Шекспиру, но Джон понимал, что этого никогда не произойдет. Как и Уолсингему, Сесилу нравилось вести долгую игру.

Шекспир снова поклонился и собрался уходить. Сесил остановил его.

– Знаете, Джон, – произнес он. – Хорошо бы вам подумать о том, чтобы на несколько недель увезти свою семью из этого ужасного города. Вы, кажется, из Стратфорда. Почему бы вам не отправить их туда?

Шекспир вздрогнул.

– Это мое самое горячее желание, сэр Роберт, но мы с супругой сейчас в ссоре. Она не поедет.

– А где ее семья?

– Далеко на севере, в северном райдинге Йоркшира, сэр. Но отпускать их так далеко без сопровождения слишком опасно. Дороги там пустынные, и полно грабителей.

Взгляд Сесила оживился.

– Джон, кажется, я знаю, как вам помочь. Нет, я в этом уверен, при условии, что вы сможете быстро собраться. Завтра утром ваша семья будет готова к переезду?

– Это возможно, сэр.

– В срединные марки приграничья отправляется военный отряд для подавления восстания флибустьеров и вымогателей. В отряде тридцать человек, и выступают они завтра рано утром. Если вы позаботитесь о том, чтобы к этому времени ваша семья успела собрать вещи, то я попрошу капитана забрать всех с собой и доставить до места назначения. С ними все будет в порядке.

Шекспир позволил себе улыбнуться: это была первая хорошая новость за последние дни; кроме того, он избавится от огромного груза тревоги за семью. А еще Джон надеялся, что это излечит меланхолию его супруги и смягчит ее враждебность к нему.