Мозги
Шрифт:
— И, потом, — заключил доктор Джонсон, — Речь, ведь, идет об очень маленьком объёме памяти, который легко восстановится.
— А вы оставались бы столь спокойны, если бы речь шла о ком-то из ваших близких, доктор Джонсон? — ответила Лиз.
— Ваши личные чувства могут плохо отразиться на работе, дорогая Лиз, если вы будете продолжать истязать себя подобными мыслями. Я сейчас же готов стать участником эксперимента, но вы и сами понимаете, что быть одновременно и участником и исполнителем невозможно.
— И, тем не менее,
— Вам надо всё спокойно обдумать, Лиз. Я вам мешать не буду… Сегодня вы можете не приступать к работе. Сходите куда-нибудь, посоветуйтесь с кем-нибудь. А затем решите для себя окончательно, но не откладывайте решение в долгий ящик. Мы не сможем продолжать работу в неполном составе.
— Пожалуй, я последую вашему совету насчёт сегодняшнего дня и постараюсь всё основательно обдумать. Но даже если я решу отказаться от продолжения работы, я передам вам материалы всех моих личных исследований и наблюдений.
— Хорошо, Лиз. Вы хорошо всё обдумайте, а обещаю, что приму любое ваше решение!
— Спасибо, доктор Джонсон, — сказала Лиз напоследок и вышла из его кабинета.
Направляясь к своей машине, она думала лишь о том, что из разговора с доктором Джонсоном она так ничего для себя и не прояснила. Что делать, как правильно поступить? Лиз ни в коем случае не хотела обидеть мужа, так как, всё-таки его любила…
Сев в машину, она задумалась на несколько минут, а затем взяла телефон и набрала номер телефона.
— Это ты, Уолтер?
— Да, Лиз! Здравствуй, дорогая! Где ты сейчас?
— Я еду к тебе! Ты сейчас не очень занят?
— Ты же знаешь, что для тебя у меня всегда найдется время, Лиз.
— Хорошо, увидимся…
Уолтер был старым знакомым Лиз, с которым она училась ещё в университете. Его истинное неизменное увлечение наукой сделало его затворником. Он мало появлялся на публике, но тщательно следил за всеми изменениями, происходившими в современной биологии, химии, медицине, психологии… Лиз знала, что именно Уолтер, как никто другой, мог помочь ей во всём разобраться, понять её и дать ценный совет…
Примерно через полчаса она подъезжала к его лаборатории.
Уолтер был не женат, жил один за городом и имел огромную лабораторию. Её созданием и развитием он занимался почти пятнадцать лет. Он очень много занимался частными научными исследованиями, а также вёл определенные секретные разработки для государства. Он не имел одной, чётко очерченной области применения своих знаний и мог одновременно заниматься медицинскими экспериментами и биологическими исследованиями. Но, всё же, у Уолтера Вайсмана была любимая область — зоология. Этой науке он мог отдаваться всецело. И, если по чьей-либо просьбе он занимался медициной или психологией, или другими разделами биологии, то он называл эти исследования
Порой Лиз, скрывая даже от себя эту мысль, мечтала быть также самостоятельной, как и Уолтер. Где-то в уголке своего большого сердца она хранила слабую и, увы, не сбывшуюся, надежду посвятить себя науке…
Ей стало душно, но, выйдя из машины, она почувствовала, что начинала успокаиваться…
"Уолтер… — думала она, — Именно Уолтер мне поможет…"
Лиз очень хорошо знала внутреннее расположение в лаборатории Уолтера и, пройдя мимо длинных рядов клеток с различными животными, без труда нашла его в химической.
— Значит, сейчас ты занимаешься «коммерческими» исследованиями, дорогой Уолтер?
— С чего ты так решила?
— Ну, если у тебя в руке пробирка и пахнет от тебя химикатами, значит, зоология осталась в стороне!
— И ты сильно ошибаешься, дорогая. Именно сейчас я и занимаюсь своим любимым делом.
— А как насчёт остальных исследований?
— Есть несколько заказов… Ты удивишься, дорогая Лиз, но, похоже, в скором времени я займусь ещё и фармацевтикой!
— Нет, не удивлюсь, я всегда знала, что твой талант безграничен…
— Ну-ка, ну-ка, узнаю это выражение лица! У тебя опять проблемы…
— Неужели ты ничего не слышал о вчерашнем происшествии, Уолтер?
— О вчерашнем? Дай-ка вспомнить… Кажется, вчера наша футбольная сборная с шумом проиграла матч?
— Перестань шутить, Уолтер, я не верю, что ты не следил за нашими исследованиями!
— Что-то связанное с пересадкой мозгов? — буркнул Уолтер и, посмотрев на злобное лицо Лиз, криво улыбнулся. — Ладно, ладно, сдаюсь! Я был на вашей презентации… Довольна?
— Но почему ты не подошел к нам?
— Может быть, тебе правильнее было бы спросить меня, почему я не подошел к тебе, чтобы ты от злости на своего гениального мужа убила меня, как первого попавшегося под руку…? Нет, дорогая Лиз, я не безумец, чтобы идти на столь явный риск…
— Верно, его я чуть не убила! Но что за сумасбродное решение, Уолтер? Ты можешь это как-нибудь объяснить?
— Я? Я, ведь, не он! Как я могу объяснить чужое решение!
— Всё сегодня против меня! — раздраженно ответила Лиз. — Ни от кого ещё сегодня я не дождалась понимания…
— Ну, кажется, с моим экспериментом всё ясно… — ответил Уолтер. — Давай теперь поговорим и о твоих делах. Но, думаю, лучше пройти в другое помещение. Здесь, немного попахивает химией, будь она неладна!
— Они быстро перешли в рабочий кабинет Уолтера. Посмотрев на стол, Лиз вскрикнула от удивления.
— Узнаешь? — не без гордости в голосе, спросил Уолтер.
На столе стоял прибор, точь-в-точь напоминающий тот, что был разработан в лаборатории доктора Джонсона.
— Я вел параллельные исследования, — спокойно пояснил Уолтер. — Не ожидала?