Моя вторая мама. Том 2
Шрифт:
Иренэ позвала Матильдэ, чтобы она приготовила ей ванну.
– Наверное, хорошо иметь семью, – задумчиво сказала она, прежде чем Матильдэ ушла, а потом вдруг добавила: – По-видимому, я стала стареть. Раньше все это казалось мне чепухой, а теперь… – Иренэ тяжело вздохнула.
– А я все равно думаю, что с сеньором Альберто вам счастья не видать, – Матильдэ никогда не стеснялась прямо говорить хозяйке, что она думает.
– Нет, Матильдэ, – возразила Иренэ, – может быть, в нем мое спасение, а его – во мне. Когда он наконец покончит с Даниэлой и Моникой, мы будем с ним счастливы. Вот увидишь.
– О каком счастье
…Внезапная болезнь Даниэлы обеспокоила Иренэ. Конечно, она не могла не радоваться, что с ее соперницей случилось несчастье. Но в ее планы не входило, чтобы Даниэла ушла из жизни, не изведав всю силу и неотвратимость ее мести.
Иренэ поделилась своими опасениями с Альберто. Он согласился с ней, сказав, что готов даже помочь Даниэле для того, чтобы потом до конца насладиться зрелищем униженного врага.
– Я хочу увидеть ее на коленях у моих ног, – при этом в его глазах появилась такая злоба, что Иренэ сделалось не по себе.
Она попыталась успокоить Альберто, стала говорить, что Даниэла и так уже получила сполна и что им пора подумать о своем будущем, но Альберто на этот раз неожиданно грубо оборвал ее, сказав, что он ни за что не отступится от исполнения своих планов. По его тону Иренэ поняла, что спорить с ним бесполезно.
Чтобы скоротать время до обеда, она предложила Альберто сыграть в карты. Во время игры они сами не заметили, как вновь заговорили о Даниэле. Вспомнив об измене Хуана Антонио, Иренэ не могла скрыть злорадства. Она была уверена, что связавшись с Летисией, Хуан Антонио выгонит Даниэлу из дома. Такой исход событий вполне устраивал Иренэ, она могла бы считать себя отомщенной. Однако Альберто снова не согласился с ней. Оставаясь максималистом, он мог успокоиться только после полной победы над врагом.
Впрочем, они не успели поговорить об этом. Вскоре домой вернулась Моника. Прямо с порога она сообщила, что сейчас едва не подралась с Летисией, сказав ей в глаза все, что она о ней думала.
Альберто стал упрекать жену, говорить ей, что она прежде всего должна думать о ребенке, а не выяснять отношения со своей подругой, подобно малолетней девчонке. При этом он не преминул исподволь заметить, что Моника напрасно принимает всю эту историю близко к сердцу, ведь Летисия наверняка не первое увлечение ее отца. Альберто оставался верен себе и не упускал малейшей возможности, чтобы очернить родителей Моники в ее глазах.
…У Рубена появились новые друзья. Уроки Альберто не прошли для него даром и деньги, которые тот давал ему, тоже делали свое дело. Теперь Рубен стал осторожным, ни мать, ни брат, ни даже всеведущая бабушка не знали, с кем он проводит время. Впрочем, его скрытность только прибавляла ему авторитета среди сверстников, относившихся к нему с нескрываемым уважением. Еще бы, мало кто из них мог так щедро тратить деньги на развлечения. Надо отдать ему должное, Рубен никогда не жадничал и всегда платил за всех в компании. Постепенно он стал привыкать к новой для себя роли дворового лидера. Теперь Рубена мало интересовала учеба, а все развлечения, свойственные его возрасту, уже давно приелись ему. Рубену давно хотелось побывать в одном из домов с девочками, о которых он так много слышал от старших ребят,
Услышав просьбу сына, Альберто тотчас согласился ему помочь:
– Конечно, я знаю где находятся эти дома и расскажу тебе, как туда попасть.
– А это ничего, что мы с ребятами туда пойдём?
– Ничего, – успокоил его Альберто, – ведь ты уже совсем взрослый, и в этот нет ничего плохого.
– А вдруг у нас не хватит денег? – спросил Рубен.
– Об этом ты не беспокойся, – Альберто достал из кармана бумажник.
Увидев, что отец собирается дать ему деньги, Рубен очень обрадовался, ведь он уже обещал друзьям, что возьмет их с собой. Он поблагодарил Альберто, спрятал деньги в карман и собрался уходить.
Альберто проводил сына до дверей и сказал, обняв Рубена за плечи:
– Если тебе еще что-нибудь понадобится, можешь всегда рассчитывать на меня.
Глава 26
Дора не находила себе места. Восемь лет спустя в ее жизни вновь появился Марсело. Он остановил ее как-то возле дома, умолял о прощении, говорил, что исправился, живет в другом городе, работает… Спросил, что за мальчика видел с ней недавно, не его ли это сын? Дора не стала с ним разговаривать и вошла в дом. Марсело крикнул ей вслед, что на следующий день снова придет.
В этот день Дора навестила в больнице Даниэлу. Она отметила про себя, что Даниэла посвежела. На щеках появился румянец, а в потухших было глазах – блеск. Дору восхищала стойкость Даниэлы, которая мужественно сносила удары судьбы. Непонятно, откуда эта хрупкая и много пережившая женщина черпала силы? Несправедливо, что жизнь так жестоко обходится с ней. Глядя на Даниэлу, Дора почувствовала, что не сможет промолчать, и рассказала Даниэле о разговоре с Марсело.
– Нет, сеньора, я никогда не смогу простить Марсело. Слишком много горя он мне причинил.
Даниэла внимательно посмотрела на Дору и, как ей казалось, разгадала, что творится у нее в душе.
– Если ты не можешь простить его из-за меня, то напрасно. Я на него не сержусь за ту кражу. И потом… Это было так давно… – заверила Даниэла.
– Нет, сеньора, не только из-за вас… Я его больше не люблю. Я поняла это только теперь, после того как увидела его.
– Ты уверена в этом? – Даниэла испытующе смотрела на нее.
– Есть вещи, которые невозможно простить, даже если очень захотеть. Иначе я перестану уважать себя, – с твердой уверенностью произнесла Дора.
– Я тебя прекрасно понимаю, – невесело усмехнувшись, сказала Даниэла.
Дора отвела глаза. Она сидела на стуле, положив руки на колени, и разглядывала кончики своих туфель. Дора чувствовала бы себя менее спокойно, если бы знала, что в этот самый момент Мария разговаривает с Марсело у входа в дом.
– Ах, Марсело, как ты мог так поступить, я никогда этого не пойму! Мы с Игнасио всегда старались быть тебе хорошими родителями, научить тебя только добру… Игнасио, мой бедный Игнасио!.. Когда он узнал, что ты натворил, его сердце не выдержало… Зачем ты это сделал?