Моя воля
Шрифт:
— О чём это вы так побеседовали?
— Ни о чём, — пожала та плечами. — Пытался гипнотизировать сладкими речами, но от меня за ними тёмную сущность не спрячешь.
— Есть что-нибудь ещё, о чём нам нужно знать? — поинтересовался Лунар.
Фаар пожал плечами:
— Не уверен, что вам и это нужно было знать.
— Как давно всё началось?
— Несколько лет назад… точнее — около пяти, после смерти жены он исчез на полгода, если не больше. Потом появился. Примерно тогда и началось. Конечно, мы не можем всех пропавших женщин связать с Хэлом.
— Жена…
— Естественно.
— Кем она была?
— Не ведьмой, если вы об этом. Но и не из знатного рода. Между прочим, — Фаар бросил быстрый взгляд на Сафиру, — тоже воительница. Редкость в наше время. Хэл нашёл её в каком-то гарнизоне, ну а после свадьбы она уже туда, естественно, не вернулась. Он вообще мало кому её показывал, на приёмах ни на миг одну не оставлял.
— От чего скончалась?
— Какая-то скорая хворь. Хэл излишне скрытен.
— Чем же он так дорог королю? — пробормотал Лунар. Сафира не поняла, о чём это. Не избавляться же от подданного только потому, что за ним тяжело следить? Впрочем, в Роге с подобными проблемами она не сталкивалась, а как здесь — кто их знает. Натянула повыше предоставленное монархом одеяло: становилось холодно. Бросила взгляд на Фаара — тот многозначительно улыбался, мол, у короля свои секреты.
— Полагаю, ваше любопытство удовлетворено? — отозвался он.
— Полагаю, вы не скрываете важных фактов.
Фаар нахмурился, будто слово было ему не очень знакомо, но промолчал. Впрочем, Сафира тоже понимала лишь по аналогии — но в Рогах многими понятиями из тех, что употреблял Лунар, не пользовались.
— Завтра с утра мы уедем, — сообщил воин, и на протестующий жест собеседника добавил: — Прежде, чем позволить Адаму Хэлу открыть проход, необходимо подготовить леди Альяру как можно лучше.
— Полагаю, мы узнаем о результатах подготовки, — произнёс Фаар. Лунар бросил на него взгляд, возвращая многозначительную улыбку.
Кажется, они продолжали разговаривать, но Сафира снова ощутила, как её оплетает сон. Будто издалека прозвучали слова:
— Кайт, мой личный охранник, останется с вами до утра. Не стоит благодарности, — добавил брат короля, хотя Сафира могла бы поклясться, что Лунар на подобное предложение разве только возразит, но уж благодарить точно не вознамерится.
Кажется, Фаар приблизился. Ощутила, как приподнял её руку, разглядывая ладонь. На которой уже не было дневного шрама. Девушка глянула ему в глаза, но он лишь молча поднялся. Тяжёлые веки закрылись, мысли в голове возникали с трудом, а исчезали на удивление быстро.
Шорох, затихающие шаги. Снова открывать глаза сил не было, но судя по звукам, один из стражей остался и устраивался теперь на ночлег. Предводительница ещё хотела предложить, чтобы он договорился с Кадимом и охранниками Китильи об очерёдности дежурств, когда ощутила прикосновение тёплых рук. Лунар аккуратно и почти неслышно укладывался рядом, Сафира непроизвольно повернулась спиной, и он тут же обнял, прижал её к себе. Где-то на краю сна всполохнул протест, однако девушка так и не проснулась до конца, чтобы его осознать.
Происходило ли что-нибудь ночью,
Лунар всё ещё лежал рядом, прижимая её к себе. Хотелось думать, это чтобы защитить, а не из желания доказать что-либо его светлости. Стражник же наверняка всё расскажет.
Под одеялом оказалось неожиданно жарко — то ли от присутствия воина, то ли от мыслей о нём. Сафира повернулась, разглядывая. Провела рукой по чуть колючей щеке. Не смогла отказать себе в удовольствии запустить пальцы в густой золотой поток. Нестерпимо захотелось поцеловать, однако сердце кольнул укол тревоги: а вдруг он не спит? Губы дрогнули в улыбке, или показалось?
Предводительница подняла голову, натолкнулась на взгляд Китильи, быстро встала, обулась. Поспешила к реке.
Какое-то время умывалась холодной водой, стараясь справиться со взбунтовавшимися эмоциями. Почему когда он рядом, хочется делать глупости вопреки рассудку?!
Вернувшись наконец, обнаружила, что в шатре вовсю идут сборы.
— … ну нет уж, я боюсь этого монстра! — возмущалась Китилья, и предводительница притормозила у полога.
— Что-то не верится, — хмыкнул Лунар.
— И вообще, это испортит мой имидж. Коль уж приехала на гнаране, то уезжать на коне, даже таком красавце, не к лицу.
Сафира решительно вошла.
— Что-нибудь случилось? — поинтересовалась.
— Ты же не будешь против, если Лунар полетит со мной? — взглянула на неё Китилья.
— Пусть летит, — буркнула Сафира, пожав плечами. Острое желание придумать что-нибудь иное перекрыл голос рассудительности: у Лунара коня нет, Китилья не умеет управлять гнараном и, похоже, на чёрного жеребца садиться не собирается.
Сафира отвернулась, собирая вещи и стараясь не вздыхать. Почему каждый раз, как ей захочется замечтаться, жизнь словно специально отрезвляет?
Вокруг шатров плыла утренняя тишина, лишь редкие слуги начинали суетиться у костров. Подданные во главе со своим монархом изволили почивать.
Сафира вышла, огляделась, отдала Кадиму мысленный приказ седлать гнарана. Обнаружила, что кое-кто из свиты всё же не спит.
— Возможно, дом леди Алтеи какое-то время будет защищать вас, — произнёс Фаар, — но я не советовал бы слишком полагаться на это.
— Дом? — предводительница обернулась к нему.
— Разумеется. Защитные заклинания предыдущей хозяйки, да и нынешняя добавила своих. Однако возможности лорда Хэла могут оказаться сильнее. Не хотелось бы, чтобы он застал вас врасплох, когда вы будете уверены в надёжности защиты.
В последних словах девушке почудился какой-то скрытый смысл, будто он имеет в виду не только защиту дома.
— Его величество не знает пределов возможностей своих подданных? — поинтересовался выходящий из шатра Лунар. Фаар смерил его тяжёлым взглядом, от которого Сафире захотелось сбежать. Предводительница по привычке расправила плечи, подняла повыше подбородок.