Моя воля
Шрифт:
Губы снова нашли губы, слились в порыве, наполняющем яркой цветной энергией. Лунар с усилием оторвался, взглянул в глаза:
— Верь мне. Я разберусь. Дождись, пожалуйста.
Сафире не сиделось. Она всё ходила по номеру, даже вытащила листок с телефоном Арайи, но последние воспоминания заставили убрать его обратно. В душе скользнула горькая обида. Сафире-то показалось, отношение Лунаровой сестры искреннее, а выходит, при первом же сомнении всё развеялось, исчезло.
Вспомнилось внезапно,
Не в силах маяться, девушка поднялась и направилась к лифту, вспоминая, на каком этаже переход в медицинский корпус. Нашла довольно быстро — на пиктограмме имелось соответствующее изображение.
Вошла в толстую прозрачную дверь, приостановилась, оглядывая длинный больничный коридор. У кого бы спросить, где находится Фаар? Или сначала зайти к Лиссанне?
Почему-то было стыдно перед обоими, как ни пыталась Сафира убедить себя, что ни в чём не виновата. Медленно двинулась вперёд, по возможности заглядывая в палаты.
В одной, с приподнятыми жалюзи, внезапно заметила знакомое лицо, изрезанное шрамами. Приостановилась. Воин Китильи не то спал, не то вообще лежал без памяти, сверху над кроватью работал какой-то странный прибор. Поколебавшись, Сафира решительно вошла внутрь.
— Девушка! Сюда нельзя! — подоспела незнакомая женщина в форменном красном одеянии.
— Почему? — нахмурилась предводительница. — У пациента особый микроклимат, он из другого мира и некоторые наши фоновые излучения его организм переносит плохо.
Сафира снова нахмурилась, прислушалась к себе. Вроде бы её организм ничего необычного не ощущал.
— Давно лежит?
— Несколько дней как привезли с серьёзными ранениями. Пока неизвестна реакция на наши лекарства, его не приводят в себя. Ждём специалиста.
— Я лечила таких, как он, из того мира, могу помочь.
— К сожалению, без разрешения главврача я не имею права вам позволить. Пожалуйста, выйдите…
— Не выйду! — заупрямилась Сафира. — Я могу ему помочь! Сколько дней вы уже специалиста ждёте?! А у него здесь никого!
Предводительница решительно приблизилась к кровати. Осторожно протянула руку — прибор сверху создавал некое поле, невидимое глазу, но ощутимое на интуитивном уровне.
— Я позову охрану!
— Лучше врача, я ему всё объясню.
Рука мягко коснулась поля. Оно заискрило лёгкими разрядами, прибор вдруг вспыхнул предупредительно и отключился. Предводительница покосилась на женщину в красном, всплеснувшую руками. Понадеялась, что ничего не сломала. “Затратная невеста”, — хмыкнула.
Настроилась, отметив, что собеседница нажимает какую-то пиктограмму. Прикрыла глаза, ничего страшного не заметила. Последствия
Сафира направила энергию, настраивая раздиссонированные нотки организма, заживляя законсервированные раны и сама не заметила, как убрала последствия старых. Впрочем, заметила, конечно, просто не захотела себе признаваться. Она всегда ненавидела шрамы.
“Не понравится — наделает новых”, — усмехнулась, оправдываясь перед собой. Выдохнула, рука машинально коснулась щеки — иногда старый рефлекс ещё срабатывал. И только потом обнаружила, что в комнате уже не одна.
— У вас очень редкий дар, — произнёс знакомый доктор — тот, что лечил и саму Сафиру. — Мы как раз такого специалиста и ждали, но у них всегда невероятная загрузка — все тяжёлые случаи, неподвластные приборам. Если тирэль ещё может сам себя излечить, то у остальных с этим, увы, непросто.
— Почему Лунара не попросили? Он не отказался бы, — удивилась предводительница.
— У него нет врачебного диплома, — с некоторым недоумением отозвался доктор. Сафира фыркнула: у неё тоже нет. Но мужчина в красном, видимо, думал иначе. Счёл нужным пояснить: — Возможно, у него есть какая-то квалификация внутри специальности. Но лечить людей без соответствующего образования запрещено.
Сафира припомнила яму во дворе Густа с нитями, вытягивающими силы. Какое счастье, что Лунар не думал о дипломах.
— По крайней мере, если речь не идёт о жизни и смерти, — добавил врач.
— Я всё поправила, — отозвалась предводительница, поднимаясь. Постояла, разглядывая воина. После вышла из палаты, в очередной раз задумавшись, кто её меньше смутит: Фаар или Лиссанна. Однако знакомая фигурка перечеркнула все планы. Девушка мысленно вздохнула, привычно принимая гордый независимый вид.
— Надо поговорить, — произнесла Арайя, стремительно приближаясь. Сафира нахмурилась:
— Мы уже даже не здороваемся?
— Некогда здороваться. Идём в номер к Лунару.
Арайя ухватила её за руку, потащив к выходу. Подумав, предводительница решила не сопротивляться. Сердце забилось тревожным предчувствием — она еле дождалась, пока лифт поднимет на нужный этаж, пока последние метры коридора останутся за закрытой дверью.
— Что ты сделала с Ари? — обернулась Арайя без переходов.
— Насколько я знаю, он поехал к твоей матери. Хотел, чтобы ты помогла… если бы не фыркала.
— Должен был, — кивнула Арайя. — Но отправился дэм знает куда! Я пыталась ему позвонить — послал. И больше не отвечает.