Моя воля
Шрифт:
— Почему сразу не сказал?
— Не знал, как воспримешь. Слышала ли разговор с Арайей, не из-за того ли упираешься, не хочешь сюда. Поэтому решил сначала… ммм… тебя подготовить.
— Да уж, подготовил, — хмыкнула Сафира.
— С тобой непросто, — усмехнулся он. — Ты не похожа на других девушек. Выгодно на них не похожа.
— Кого ты искал? Кто был в зеркале?
— Сестра, — после паузы отозвался он. — У меня была ещё одна сестра, родная, на год младше. Пропала почти тринадцать лет назад, когда мы в очередной раз пытались наладить
— Тебя зовут… Арифас? — с замиранием сердца шепнула предводительница, вспоминая недавнее озарение. Лунар пристально всмотрелся в глаза. Кивнул:
— Арифас-ар. Ну, вроде как, первый у родителей.
— Ты сразу… понял?
— Не сразу, я думал о сестре, думал, что ты как-то связана с ней.
— Вас одинаково назвали? — нахмурилась предводительница.
— Арифас-ра. Мама говорила, ей так захотелось после посещения Эквило. А я за три года привык к тому, что я Лунар. Твоего-то имени поначалу не знал. Когда до меня дошло…
— Когда?
— Когда ты так себя назвала.
— И… что?
— Сама знаешь.
— Начал усиленно сопротивляться? — хмыкнула она.
Лунар промолчал.
— Получается… из-за связи имён она как-то попала в Хранилище? Почему не ты? А как у других происходит, неужели у каждого зеркальное имя? А если нет такого? И вообще, вы были в зале — а остальные?
— Это запретные техники, доступ к ним найти сложно. И, наверное, нужно находиться или по соседству с Хранилищем, или возле большого источника энергии. Лиссанна, к примеру, пропала из зала Эквило-Ра. Насколько я понял, чем ближе звучание, количество одинаковых букв, тем прочнее настройка и сильнее привязка. А почему не я… Ты спрашивала, за что отец на меня зол. За то, что втянул её в это, заразил своим желанием прорваться, что сидели в дэмовом зале целыми днями. За то, что не уберёг. Видимо, она была слабее, там, где я сопротивлялся, она не смогла. А я вообще не понял, что произошло. Твой черёд. Она всё это время находилась в Хранилище?
— Я не знала… — пробормотала Сафира, пытаясь побороть шок осмысления. — В нашей семье испокон веков стояло зеркало… особое, то, которое Лиссанна назвала осколком. Лиссанна… Льенна… Разве такое возможно?
Лунар кивнул, не перебивая.
— Я не знала, сколько их. Думала, мало. Хотя, вероятно, всего два — у нас и у марагов. Ведь это зеркало марагов досталось Хэлу, да? Только они о нём давно забыли. Может, лиары забрали его из Левого Рога после разрушения? А после того… ведь это ваша попытка была пять лет назад?
Лунар снова кивнул, внимательно всматриваясь в глаза. Почти совсем приблизился, обнаружила Сафира. Хотелось, чтобы обнял, и в то же время привычные страхи шевелили змеиными головами, нашёптывая, что он может просто притворяться. В любом случае, скрывать дальше смысла она не видела. Подалась ещё немного назад, ощутила, что упирается спиной в дверь.
— Тогда погибли родители. И если Лиссанна была Хранительницей моей мамы… видимо, её как-то отшвырнуло в стекло Хэла.
— Думаю, это Аир…такс. Пытался
— Мне казалось, Предвестники, они… ну… особые. Просто такие. Я не предполагала, что там могут находиться люди, пусть даже с особенной энергией! Ведь они все… ты же видел? Лиц не рассмотреть, голоса не расслышать…
— Видел. Но всё равно узнал. Почему ты никогда не говорила?
— Нельзя! Именно благодаря тому, что там хранится моя фитарель, мы можем находиться так далеко от неё! Наверное, раньше в нём было что-то особое… усиленное?
— Вероятно, там и должны были храниться фитарели. Там, где дривы до них не достанут.
— Арифас… она столько раз приходила на помощь, отводила беду.
— Ты отпустишь её? — Лунар ещё приблизился, упёрся руками в дверь с обеих сторон от предводительницы. Та кивнула:
— Правда, не знаю, как. И не знаю, как буду без неё. Получается, все призванные хранители…
— Что с ними происходило?
— Исчезали после смерти охраняемого.
— К нам никто не возвращался.
— Я всегда думала, что это Предвестники из Зеркального Хранилища и что возвращаются они именно туда.
— Возможно, там и остаются, — кивнул Лунар. Помолчал немного. Поднял её подбородок, пристально всмотрелся в глаза:
— Ты мне веришь?
— Очень хочу.
— Но?
Предводительница вздохнула.
— Зачем тебе трёхцветные?
— Потому что если кто и сможет помочь, то они. Понять, что вам нужны перемены, убедить свои народы. И если кто и знал об Арифас-ра, тоже… только они. И надеюсь, ты не будешь спрашивать, почему я тебе сразу не сказал.
— Ну ладно, не сразу, но потом-то мог!
— Не видел, чтобы ты была готова.
— То есть решал за меня, готова ли я!
— Ты как предводительница тоже принимаешь на себя ответственность за решения. Разве нет? И фитарелями пользуешься, когда считаешь нужным.
— Так сразу перетянул бы на себя управление фитарелью! Зачем со мной вообще советоваться?!
— Сафира! — глаза воина помрачнели. — Я никогда не сделал бы этого специально… это у тебя в рефлексах выставить на колени, напомнить, кто тут предводительница!
— Извини, — пробормотала она. — Я тоже не должна была… я запаниковала.
— Знаю, — согласился он, провёл рукой по её щеке.
— А дальше что? — тихо спросила предводительница.
— Надеюсь, удастся освободить… и обойтись без потерь.
— А мы?
Воин наклонился, прошептал совсем близко возле лица:
— Не хочу отпускать тебя в Рога. Или не так. Хочу делить с тобой жизнь. Хочу быть свободным вместе с тобой.
— Я должна вернуться.
— Знаю. Значит, я пойду с тобой. И вместе что-нибудь придумаем.
Предводительница обнаружила, что он уже совсем рядом, руки сами скользнули на плечи. Как же хотелось верить, не слушая крики подозрительного разума!