Моя судьба
Шрифт:
Услышав бархатный голос Николаса, я перестала дышать. На какой-то момент моё сердце замерло, в ушах зазвенело. Руки вспотели, а в горле пересохло. Злость тут же сменилась вдохновением. Посмотрев на принца, мои глаза встретились с его таинственным взглядом. Он смотрел прямо на меня.
– Николас! – крикнул король, потерев переносицу.
– С вашего позволения, я уйду. – попросил принц. – У меня нет желания вновь нарваться на твой летающий меч.
Встав с трона, Николас спустился с возвышения и прошёл мимо нас.
– Изабелла, побудь с ним. – королева нежно обратилась к дочери. – Пожалуйста.
Нехотя встав, принцесса последовала за братом, грубо толкнув Селестину.
– Ах! – Изабелла изобразила удивление. – Не заметила. Прошу прощения.
– Бедняжка. – Селестина схватила принцессу за предплечье. – Трудно жить с косоглазием?
Они играли в мою любимую игру. Смертельную.
– Ударишь? – спросила Изабелла.
Усмехнувшись, принцесса прошептала:
– Я только этого и жду.
Темнота заполонила сердца девушек. Их вражда душила меня, сделав невольным наблюдателем.
– Ты пожалеешь. – пригрозила Селестина.
Сестра сильнее впилась в ткань платья принцессы.
– В следующей жизни. – ответила она.
Изабелла оттолкнула Селестину и растворилась в толпе дворян. Ненависть между ними всегда упоминалась в беседах сестёр. Как только разговор заходил о королевской семье, Селестина пыталась оскорбить или унизить Изабеллу.
– Пожалуй, я тоже удалюсь. – потянувшись, принц Адриан встал с трона. – Не желаю и дальше учавствовать в этюде «счастливая семья».
– Ты никуда не пойдёшь! – Жером сделал несколько новых глотков вина.
Не слушая отца, под шум веселых разговоров и мелодичной музыки, принц безразлично прошёл мимо нас и вышел из тронного зала.
– Адриан! – крикнул король, но сын уже не мог его услышать. – Мелкий ублюдок.
– Благодарю, что прибыли на наш скромный приём! – королева Клеменс смогла выдавить широкую улыбку.
Скромный? Она должно быть шутит!
Вокруг было так много наряженных дворян, увесивших себя тоннами дорогих камней и роскошных тканей, что если можно было продать все их украшения, то Адория избавилась бы от бедности.
– Наслаждайтесь вечером! – приказала королева.
И вновь яркая улыбка.
В моём сердце появилась жалость к женщине. Выносить отвратительное поведение мужа и ужасный характер избалованных, эгоистичных детей было выше всякого терпения. Она была сильной и очевидно несчастной.
Поклонившись, мы отошли, как можно дальше от центра тронного зала.
– Они всегда такие? – я спросила, потерев щёку.
– Вивьен, они особенная семья. – ответил отец. – На плечах династии огромная ноша.
Он защищал
– Никакая ноша не оправдывает такого!
Я с отвращением коснулась липкой щеки.
Мне захотелось содрать кожу.
– Власть дурманит разум. – прошептала Флоренс.
– Я и подумать не могла, что король Адории будет вести себя так неуважительно! – я возразила.
– У тебя много смелости в словах, сестрёнка.
Приблизившись, Cелестина посмотрела на меня.
– Будь осторожна в присутствие Жерома. Сдерживай свою неприязнь так же старательно, как сдерживала сегодня. Иначе останешься без головы. Поверь, твой возраст и титул померкнут на фоне его жажды крови.
Селестина говорила искренне. В её взгляде было что-то мне незнакомое, совершенно странное и пугающее.
Беспокойство.
Моя сестра беспокоилась обо мне.
Селестина мотнула головой, сменив несвойственное ей настроение на игривую улыбку.
– Не хочу разговаривать. Хочу танцевать!
Селестина взяла Флоренс под руку.
– Ты со мной? – спросила Селестина.
– Да. – ответила Флоренс. – Нужно выпустить собравшийся пар.
Развернувшись, сёстры весело поспешили к танцующим. Даже не спросив, хотела ли я присоединиться. Меня не удивило их безразличие. С годами я становилась всё более незаметной.
– Гроссо!
Махая рукой, в нашу сторону шёл мужчина средних лет в шикарном фиолетовом костюме. Похожий на баклажан измазанный в золоте.
– Дерюби! – улыбнувшись, отец обнял друга.
– Твои дочери войдут в список претенденток? мужчина похлопал приятеля по плечу. – Моя Вирджиния будет в нём!
– Вивьен, ты не могла бы…
Одним взглядом отец показал, что мне лучше уйти.
– Конечно. Герцог Дерюби.
Поклонившись, я поспешила к дверям.
Беги из этого дворца, Вивьен.
В голове засела мысль об одиночестве. У всех вокруг были верные товарищи. У всех, кроме меня. В Горных Вершинах помимо тёти Вероники и Ричарда я общалась со своими двоюродными сёстрами. Вряд ли нас можно было назвать друзьями, ведь им было по десять лет.
Находясь среди роскоши и богатств, я была одинокой. Выйдя из тронного зала, я почувствовала обволакивающий тело холод. По оголённым плечам пробежали мурашки. Я тотчас пожалела, что наши меховые плащи забрали при приезде. Пройдя мимо стражников, я устремилась в глубь дворца. Опуская голову каждый раз, когда на пути попадались бродившие по коридорам дворяне или слуги. Мне хотелось остаться одной, раствориться в собственных мыслях, стать невидимкой. Их поклоны и заинтересованные взгляды создавали ощущение слежки на охоте. В снежных лесах я всегда была в роли кровожадного хищника. Но во дворце династии Дюран впервые почувствовала себя беспомощной жертвой.