Моя судьба

Га?бро Амелия

– Не волнуйтесь, леди Вивьен! – фрейлина убрала конверт в передний карман рабочего платья и улыбнулась. – Пошлю ганца сразу, как выйду от вас.

– Благодарю.

– Всё равно мой день свободный, как птицы в небе. Совсем нечем заняться. Так бы хоть вышла из дворца, показалась людям.

– Иногда можно нарушить пару правил ради удовольствия, – я игриво улыбнулась. – Не думаешь?

– Леди Вивьен, вы предлагаете…

– Я просто размышляю.

Двери моих покоев открылись и в комнату вбежала запыхавшаяся Анна.

Светлые волосы фрейлины выбились из тугих кос, а воротник рабочего платье помялся. Анна пыталась отдышаться, поправляя волосы. На её красных щеках выступили яркие веснушки, а серые глаза метались между мной и Люси.

– Ты опоздала! – Люси недовольно топнула ногой. – Третий раз за неделю!

– Извини, я не уследила за временем.

– Анна, если мисс Анабель узнает о твоих опозданиях, то отправит тебя на кухню! Или хуже, вернёт в подчинение принцессе Изабелле.

– Что плохого в принцессе Изабелле?

– Мы не знаем, Леди Вивьен. В этом и проблема, – Люси начала шептать. – Все приближённые принцессы держаться особняком. Никто из её фрейлин и пажей не общается с нами. Мы уверены, что принцесса их запугала. Но это лишь наши догадки.

– Глупые догадки, – вставила Анна.

– Анна служила у принцессы два года до того, как попала к вам, леди Вивьен, – Люси закатила глаза. – Но она отказывается что-либо рассказывать. Хранит верность даже после того, как принцесса её выгнала.

– Никто меня не выгонял! Я сама ушла, когда узнала, что во дворце поселят претенденток, – Анна глубоко вздохнула. – Я устала от принцессы.

– Как давно вы служите во дворце?

Анна и Люси уставились на меня. В голубых глазах Люси читалось удивление, а серые глаза Анны были испуганы. Подобная реакция на такой невинный вопрос меня еще больше заинтриговала.

– Люси. Как ты попала во дворец?

Я встала напротив фрейлин, чтобы видеть обоих.

– Я всю жизнь служила в семье герцога Вирсета. Но меня повысили до фрейлины, когда объявили претенденток на сердце принца Николаса.

– Почему герцог приставил тебя ко мне, а не к своей дочери Катарине? – я приблизилась к Люси. – Она тоже одна из претенденток.

– Леди Вивьен, я не думаю, что это было решение герцога, – Люси нервно сглотнула. – Мисс Анабель распределяла фрейлин. Она отправила меня к вам во служение.

– Ты общаешься с герцогом? С Катариной?

– С тех пор, как меня перевели во дворец, я не разговаривала с семьей герцога.

– Хорошо.

«Нас много. Но даже я не знаю, насколько».

В моей голове крутились слова Франциски о повстанцах. Я боялась, что ко мне могли приставить кого-то для слежки.

– Анна.

Я сделал шаг к фрейлине. Её светло-серые глаза не отрывались от моего лица. Былой испуг пропал. Взгляд наполнился силой и уверенностью.

–

Расскажи мне про свою жизнь во дворце династии Дюран.

– Ничего интересного, – голос девушки погрубел. – Леди Вивьен.

– Два года рядом с принцессой и совсем ничего интересного? – я усмехнулась. – Тяжело верится.

– А как ваша жизнь в Горных Вершинах? – Анна приблизилась ко мне. – Интересные семь лет?

– Анна! – крикнула Люси.

– Дочь герцога Гроссо возвращается в Адорию после семилетнего обучения у своей тёти, правительницы Горных Вершин. – Анна подошла ко мне вплотную. – Сомневаюсь, что вас учили вышивать крестиком.

– Ты права. Меня обучали совсем другому.

Я приблизилась к левому уху фрейлины и прошептала:

– С кинжалами я обращаюсь лучше, чем с иголкой.

Анну охватила злость. Сомкнув тонкие губы, фрейлина сжала кулаки, сдерживая нахлынувшие эмоции.

– Леди Вивьен, простите за такую дерзость!

Люси подбежала к нам и схватила Анну за руку, начала оттаскивать к двери. Фрейлина не отрывала от меня глаз.

– Я сама оденусь. Вы свободны.

– Благодарю, леди Вивьен.

Поклонившись, Люси открыла дверь и вытолкнула Анну из покоев. После чего, еще раз извинившись, скрылась.

Мои догадки оправдались. Злость и ненависть, которые показала Анна, были в точности такими же, которые испытывали адорианцы к знати и королевской семье. Анна была повстанцем. Я в этом убедилась. Но оставался один вопрос: кто её подослал?

Не затягивая мучительный корсет, я надела шёлковое платье на голое тело. Его небесно-голубой цвет сочетался с моими рыжими волосами, которые я решила не трогать и оставила висеть длинными локонами.

Подойдя к зеркалу, я осмотрела себя. Моё лицо выглядело по-прежнему здоровым: зелёные глаза с серым оттенком, круглый нос, густые брови и две родинки над пухлыми губами. Но изменения были заметны.

Я набрала вес. За отсутствием ежедневных тренировок мои щёки стали больше, а кисти рук перестали быть элегантными. Нас кормили всевозможными блюдами четыре раза в день, проводя чаепития между занятыми. Моя детская ненависть к собственному телу противно скреблась об стены моей любви к нему. Находясь среди красивых претенденток, я вновь приобрела неуверенность в своей внешности, которая последние семь лет меня мало волновала.

Моё тело стало пухлее. Живот слегка выпирал, а широкие бёдра, казалось, стали ещё шире. Из-за стресса и навязчивых мыслей, что я абсолютно бесполезна, я начала переедать. За месяц во дворце стала реже выходить в сад для ночных тренировок стрельбы из лука. Вместо этого я оставалась в своих покоях, читая любовные романы. Уплетала маковые булочки с ванильным кремом, запивая их жасминовым чаем. Книги помогали мне убегать от реальности и угнетающих мыслей. А сладкая еда делала меня счастливее.