Моя мишень
Шрифт:
— Расстанетесь, и что тогда? Отцу придется брать подработку, чтобы тебя доучивать? Уже возраст не тот. А учиться еще сколько! Поздно ты решила поступать, дочка. Смирилась бы, курсы какие-то нашла трехмесячные. А лучше одумалась и позвонила Саше.
После восьмого июля, впрочем, стало полегче. Билеты в Москву сгорели и меня отпустило, словно других уже и не взять. Поезд ушел, самолет улетел, мосты сожжены. Саша перестал писать, смирился и бросился искать новую идею для заработка. Я хорошо поработала на него, он сильно поднялся на нашем канале. Я ему ничего не должна, мы расстались друзьями.
Мой
Выйду на улицу, посижу с соседками, поболтаем о том о сем. Они что-нибудь смешное про Нику расскажут. Он ей, оказывается, не разрешал ездить на своей машине, они слышали, как она отказалась брать такси, попросила ключи, он покрутил у виска и молча пошел в подъезд. Она мялась, мялась у подъезда, потом все же вызвала машину. Он, конечно, с ней плохо обращался, держал на расстоянии. Но со мной ведь все иначе? Почему тогда что мама, что будущая свекровь так смотрят, будто им меня жаль?
***
Скоро месяц, как я прилежно жду своего офицера, считаю дни, строчу ему романтические сообщения. Сижу в его квартире за книгами, делаю домашку, совсем как школьница. Через пару часов мне нужно выходить, чтобы успеть добраться до своего репетитора по химии, которая обещала подготовить меня к экзаменам. Мы с ней полны энтузиазма.
На столе вибрирует сотовый, на экране надпись: «Альбина». Моя приятельница из той, другой жизни, которую я оставила ради химических формул и ежедневного ощущения себя глупой неудачницей.
— Алё! Привет, Алька! — отвечаю на вызов. Странно, обычно она мне пишет в чате.
— Марго, дорогая, выходи!
— Куда выходить? — на всякий случай я поспешно подбегаю то к одному окну, то к другому — ни Альбины, ни кого-то другого нет.
— Как куда?! Мы возле подъезда стоим! — в трубке звучат голоса Софы и Дарины, они наперебой здороваются и зовут меня поторопиться.
— Вы в Красноярске, что ли? С ума сошли?! — сердце мгновенно ускоряется от волнения и внезапной радости. — Подожди, Аль, вы возле родителей, наверное.
— Да, мы стучались-стучались, а никто не открывает!
— Так они на работе, а я сейчас живу отдельно. У парня.
— О-о-о, — тянут они. — А с ним можно познакомиться?
— Берите такси, сейчас скину адрес! Познакомиться вряд ли, но я безумно, просто безмерно вам рада!
Через час девушки разуваются в Лешиной прихожей, я смотрю на них во все глаза и борюсь с желанием запищать от восторга. Не ожидала, что так сильно соскучусь! Три мои красавицы и умницы! Совсем не изменились: темные волосы — у Дарины и Альбины длинные, ниже талии, а у Софы — короткий стильный боб, — модная одежда, лучезарные улыбки. Они очень привлекательные, яркие и в этот момент кажутся мне такими родными, как никогда раньше.
Мы бросаемся друг другу в объятия, целуемся в щеки и некоторое время даже прыгаем, как в кино. Я думала, что больше никогда их не увижу. Они рассматривают квартиру, оглядываясь, слегка приподняв брови. Софа ставит на стол
— Еле нашли диетические десерты. И винишко! У тебя есть бокалы? Нужно выпить за встречу.
— Еще только девять утра, — смеюсь я, открывая кухонный шкаф, в котором хранится посуда.
— Марго, мы с самолета! Нужно в себя прийти. Ты не могла свалить куда-нибудь поближе? — закатывает глаза Дарина. — Столько лететь! Чем плох какой-нибудь Воронеж?
Мы разливаем вино и чокаемся за встречу, а потом долго-долго болтаем без остановки. Я едва не забываю позвонить репетитору и отменить предстоящую встречу.
— Вы надолго прилетели? — спрашиваю у девочек.
— Пятнадцатого обратно. Ты же знаешь Саню, он кое-как на четыре дня отпустил! Да еще и всех одновременно, Анжелика сейчас одна отдувается.
Я киваю и говорю в трубку:
— Ольга Леонидовна, давайте отменим все наши занятия до шестнадцатого июля?
Глава 35
Мои губы всегда выглядели естественно, но при этом — соблазнительно. Я увеличивала их совсем чуть-чуть, чтобы акцентировать внимание, но теперь они вернулись к первоначальному скучному виду и стали… обыкновенными. Так же я сняла нарощенные пряди волос. Немного поправилась — буквально на два-три килограмма, но лицо стало круглее, а талия не такой безупречной. Девочки категорически забраковали мой простецкий внешний вид, как и Лешину квартиру, район и содержимое холодильника. Одобрили фигуру моего парня — я показала им несколько фотографий — и его машину, на которой мы объездили половину города, пытаясь хоть как-то себя развлечь.
Жить у меня они отказались, сняли несколько номеров в гостинице, что расположена в самом центре, и начиная со второго дня я ночевала у них. На улице Мира удобно, не нужно тратить деньги на такси, все под рукой. Да и возвращаться одной ночью в тот район страшновато. Соседки за меня, конечно, горой, но перед ними немного неудобно шляться ночами, пока парень работает, борется с терроризмом.
Ничего предосудительного мы не делали, никто не собирался творить глупости. Я — особенно. Дарина, правда, быстро нашла себе поклонника и отделилась от нашей компании, но тут ничего удивительного, она всегда была темпераментной и общительной. Вечерами мы развлекались в барах, тратили деньги, танцевали, днем однажды даже взяли обзорную экскурсию по городу, но сбежали с середины — тоска!
Подруги вели свои личные блоги, иногда нарочно фотографировали часть моей одежды или волос, как бы провоцируя подписчиков, намекая, что с ними есть кто-то четвертый, но прямые вопросы игнорировали. Я же просто наслаждалась девичником.
В ресторанах и ночных клубах я не давала мужчинам ни малейшего повода флиртовать с собой, ни с кем не заговаривала, никому не улыбалась. Не хотелось. Мы прекрасно проводили время, очень много смеялись — Господи, да мы постоянно смеялись! Обсуждали провинциальных красоток, наглых парней, старую музыку и пресную еду. Посетили в том числе и «Романтику», но в этот раз все было совершенно иначе: я не чувствовала себя изгоем, наоборот, в глазах мужчин читала лишь восхищение нашей компанией. Никакого наркоконтроля, лишь комплимент от администрации в виде бутылки дорогого шампанского.