Моя империя древних

Шимуро Павел

Часть дикарей бездельничала, часть обрабатывала брёвна. Некоторым пока чисто физически нечего поручить так что остаётся наблюдать, как они наблюдают за другими и учатся… Но это не точно…

— Эй! — я указал пальцем на ближайшего дикаря, которому ещё не дал имя. Он немного потупил, но всё же подошёл ко мне со словами: — Вождь? Звать?

— Звать, звать! — я похлопал его по плечу и указал на пачку брёвен. — Тащи ко мне! — он посмотрел на свои руки, потом на брёвна… Я догадывался о чём он думает, но при этом ничего не сказал. Раз не может дотащить, пусть просит помощи у других дикарей слоняющихся

по округе от безделья.

— Вождь! — он несколько раз назвал меня Вождь и потом начал жестикулировать, только по отношению к своим товарищам. Они быстро друг друга поняли и уже через пару минут, я наблюдал, как четыре человека едва волочат брёвна в мою сторону.

Когда они перетащили четыре обработанный брёвна, которые будут теперь служить в виде стоек, я подозвал их к себе. Нужно поставить тяжёлые деревянные столбы в лунку, а потом уже залить раствором, который я уже начал размешивать.

По цвету и текстуре, этот цемент больше напоминает трёхсотый и если сделать семьдесят пятый раствор, которого должно хватить, то можно получить надёжный способ пережить предстоящую бурю.

Вывалив пропорции на землю, я залил всё это дело водой и начал мешать руками. Мне не хотелось портить инструмент, да и руки отмыть намного проще. Хорошенько перемешав все, я быстро указал на столб и дикари внемля моим словам, начали пыжиться. Такое дерево весит крайне много и тощие бедолаги едва смогли установить его в вырытое отверстие. Бревно шаталось, но не так сильно, как я предполагал. Если залью лунку раствором, то боюсь его и качнуть будет невозможно.

Аккуратно, не теряя и капли раствора, я утрамбовал его, сверху прикрыв травой и сушеными листьями. На оставшиеся три лунки, мы потратили больше часа. После каждого подъёма столба, им приходилось отдыхать. Кто-то пил воду, а кто-то просто лежал на земле, касаясь голым задом довольно жестких сорняков.

Совсем скоро и Иосиф вышел из вагона. Он вытирал руки каким-то тряпьём с круглыми глазами глядя на то, что мы делаем.

— Как? — когда он подошел ко мне, то сразу же спросил о том, каким образом мы успели продвинуться так далеко. — Ты знаешь, как цемент сделать и даже песок с щебнем нашёл?

Подобные вопросы я боюсь больше всего. Я не переживаю о том, что дикари увидят магическое появление инструментов и ресурсов, а таких, как Иосиф — вдумчивый, внимательный и подозрительный человек.

— Не задавай глупых вопросов, лучше помоги нам, — я махнул рукой со строгим выражением лица. Лучше замять это дело, как можно скорее. Не хочу слышать то, как он допытывает меня в попытках разнюхать что-то. Людская любознательность, она в любом возрасте берёт верх над рассудительностью и тактом. — Помогай дикарям устанавливать брёвна, а я тем временем буду заталкивать раствор.

— С этим раствором…— Иосиф немного помедлил. — Дом будет очень крепок!

У меня так и горело желание рассказать ему про предстоящий шторм, но лучшим выбором будет промолчать. Это так же может сыграть мне на руку, мол Вождь — предсказатель и прочее.

— Установим ещё четыре бревна и можно будет заняться стенами, — я примерно прикинул объём работы и утвердительно кивнул. Мы должны успеть до предстоящего шторма. — Вперёд!

Каждый был занял своей работой. Парни под предводительством

Иосифа, заталкивали брёвна в лунки, а я быстро трамбовал раствор. Цемент смешанный с песком, водой и мелкой щебенкой должен постоять некоторое время, чтобы затвердеть. За это врем я смогу напилить достаточно досок для пола и крыши.

Когда мы установили все столбы, я указал дикарям аккуратно вытащить все доски. Их нужно обработать и всеми силами довести до практически гладкой поверхности. Нельзя, чтобы кто-то схватил занозу, которая в последствии начала бы разлагаться в коже…

Ошкурить доски можно и куском стекла, ведь ничего другого у нас нет. Я приказал дикарям вытащить всё из вагона и раздал каждому по стеклу, что смог найти за пределами вагона. Ещё в первый день я старательно очистил его от осколков, ну как очистил, просто выкинул наружу через разбитые окна.

Дикари быстро перетащили длинные доски и положили их прямо перед вагоном. Каждому из них я показал, как правильно ошкуривать и после серии досок, я передал стекло ближайшему ко мне. Он с интересом смотрел на своё отражение в небольшом кусочке довольно острого стекла, а потом принялся водить рукой по поверхности доски. Первые разы он спотыкался и чуть-ли не резался, но со временем наловчился. Я отвязался от них после того, как каждый из них закончил с одной доской. Это говорило о том, что они действительно поняли суть работы.

— Доски скоро ошкурят, брёвна установили, — под нос пробормотал я. — Осталось…— е успел я договорить, как Иосиф меня перебил, продолжив мою мысль.

— Ждать…— с меланхолией в голосе сказал он подняв глаза к небу. — Просто ждать и верить, что это небо вскоре станет снова светлым, — к моему ужасу, когда я поднял глаза к небу вслед за лекарем, то встретился в тем, что чёрные тучи медленно заслоняют прекрасную синеву.

— Неужели! Разве ещё не слишком рано? — я был шокирован тем, что увидел. Разве система не говорила о трёх днях? Что тогда происходит? Как объяснить этот ужас, что разворачивается над нашими головами?

Дорогие читатели, пожалуйста поставьте лайк и напишите коммент, это очень поможет книге. Спасибо, что проявили интерес к моему творчеству.

Глава 15

Грядет шторм!

Тучи над головой перекатывались, между ними мелькали ярки всполохи молний. Гнетущая чернота опустилась на землю, практически полностью перекрывая солнечный свет. Изменение погоды произошло если не мгновенно, то по крайней мере быстро. Никто из нас не был готов к таким переменам, поэтому дикари и Иосиф с ужасом в глазах были заворожены этой апокалипсической картиной.

Казалось, что небо скоро падёт нам на головы и раздавит в пыль, вот насколько ужасающи выглядели перемены.

В полумраке я взглянул на Иосифа, тот так и не оторвал взгляда. Его лицо побледнело, казалось, что перемены с небом воскресили в нём какие-то страшные воспоминания, которых он не хотел касаться долгое время, ну или же запечатал их глубоко в своём сердце.

Я подошёл к нему, осторожно коснулся плеча со словами: — Ты как?

Он вздрогнул будто бы очнувшись от кошмара. Его дрожащее тело резко развернулось, так, чтобы я не видел его лица.