Моя девочка

Соболь Яна

Цапаю Лизины широкие темные очки, чтобы скрыть заплаканные вусмерть глаза. Накидываю капюшон на голову, надеваю джинсы и куртку, набрасываю на плечо холщовую сумку и выхожу под дождь.

Дождь — это то, что мне надо. Солнца сейчас я бы не выдержала. Солнце — это подруга и Фил, это счастье. А у меня на душе пасмурно.

Струи мгновенно пробираются под куртку, холодят спину, смывают следы слез со щек. Даже ледяной ветер воспринимается как отдушина.

И никакого тебе транспорта. Я прохожу через весь студенческий

городок, не встретив ни одной машины или автобуса. Оступаюсь и едва не падаю. Перехожу вброд особенно бурный поток, и теперь мои кроссовки полны воды.

Надо идти вперед. Где-то за пределами студгородка есть, кажется, дешевый хостел, как раз мне по карману. Как бы меня там не обокрали, но ведь и там люди живут. Одна знакомая так всю Россию объездила, как раз используя эти самые хостелы. И жива-здорова. Правда, мне лучше убраться куда подальше.

Хотя… Кто искать-то будет? Мама? Кира? Или Филипп?

Прямо передо мной распахивается дверь, чуть не ударяя меня по носу. Вываливаются веселые студенты. Проклиная непогоду, они торопятся обратно в общежитие.

Я сваливаю с территории колледжа и бесцельно брожу по городу.

Где-то сбоку призывно звенит колокольчик, повешенный над блестящей вывеской, из проема и открытых настежь окон тянет ароматным кофе и свежей выпечкой так, что желудок срочно требует чего-нибудь в него забросить.

Ну да, ну да, стейки — это хорошо, конечно, но они были очень давно. Не ела я уже больше суток. И не пила тоже. Значит, могу себе позволить зайти в кофейню, посидеть с самыми обычными людьми. Ладно, кофейня не самая обычная, а пафосная и жутко дорогая, но искать чего-то другого у меня просто нет сил.

— Привет, Кира, — улыбается милая официантка.

А я была здесь от силы пару раз и не запомнила ее имя. Смотрю хотя бы сейчас на бейджик.

— Привет… Лиза.

Гримаса, видно, вышла та еще. Официантка на мгновение даже потеряла свою фирменную улыбку.

— Простите, мне нехорошо.

— Да я вижу. Может, врача вызвать?

— Не надо. Лучше большое латте без корицы и булочку с маком.

— Возьмите лучше синнабон, только что завезли. Это просто чудо какое-то! Честно признаться, мы их сами берем.

Ага, конечно, и крыло от самолета за ту же цену. Официантке наверняка полагается процент за раскрутку клиентов на всякую дорогую вкуснотищу.

— Не стоит. Хотя… какого черта! Давайте.

Дороговато, конечно, особенно для девушки без определенного места жительства, да какого хрена? Живем один раз.

Скидываю тяжелый капюшон, отбрасываю назад промокшие волосы. Чувствую, как ледяная вода стекает по ногам, хлюпает в кроссовках.

Выхлестываю обжигающий кофе и понимаю, что начинаю дрожать изнутри. Холод будто решил выйти из меня прямо сейчас. Прямо здесь.

Смотрю на булочку, дивно скрученную и обмазанную вкуснейшей подливой.

Думаю,

что не смогу откусить ни кусочка, в результате уминаю весь синнабон. Кстати, большой синнабон. Да к черту цену!

— Привет, Кира.

Зашибись! Только его не хватало в моей непроглядной жизни…

Артур садится прямо передо мной, выкладывает перед собой стопку работ. Блестит стеклами круглых очков.

— Давно не виделись. Ты выглядишь… Кхм. Чуть хуже, чем всегда. Ты в порядке?

— Да лучше всех!

— Почему опять пропустила лекции?

— У меня были проблемы.

— С кем?

— Со сном.

— Со сном, значит, — он понимающе кивает головой и тяжело вздыхает. Подпирает ладонью щеку, как бабушка на скамейке.

Официантка появляется рядом, протягивает чек в кожаной обложке.

— Позволь мне заплатить, — перехватывает чек Артур. — А может, еще повторить? Знаете, эти кружки такие маленькие.

Он поднимает кружку и удивленно вертит ее перед своим носом. Так забавно вышло! А главное, донельзя нормально. Я не могу удержаться от смеха, хоть немного отвлекаясь от собственной боли, что пожирает меня изнутри.

— Спасибо, но не стоит тебе…

— Да, Кира. Да, стоит. Это такая малость! Давай я хоть чем-то помогу тебе. Люди должны помогать друг другу, а тебе сейчас нужна помощь. Это для меня, только для моего успокоения. Идет?

Я киваю, благодарная. Как он может быть настолько добр ко мне после того, как я с ним обращалась? Я не заслуживаю чужой доброты.

Решаюсь присмотреться к Артуру. Столько времени ходила на его пары, а толком и не рассматривала никогда. Ну, разве в клубе, но там было темно.

А ведь он неплохо выглядит, не зря студентки на него западают. Еще бы, сама надежность! Крепкий голубоглазый высокий мужчина. Взгляд — внимательный и добрый. Полная противоположность моему темноглазому и черноволосому демону, высокомерному жесткому снобу.

Все, я забываю про Филиппа. Ну, хотя бы на время.

Мы пьем кофе и едим наши булочки, и я невероятно благодарна Артуру за его помощь. А за молчание — особенно.

Как же здесь темно! Нога болит, все тело ломит, даже голова кружится. Я ловлю себя на том, что чуть было не засыпаю, клюю носом в тарелку.

— Эй-эй, Кира! — откуда-то издалека доносится до меня встревоженный голос Артура. — Ты уверена, что с тобой все в порядке?

Я делаю глубокий вдох, пытаясь прийти в себя.

— Да, в полном. Спасибо, что помог, но теперь мне надо идти.

Надо идти, пока я совсем не расклеилась. Я хватаю сумку и выскакиваю из кафе.

— Кира, общежитие в другой стороне, — не отстает Артур.

— А я хочу погулять, — не оборачиваюсь я.

— Кира, поверь, не стоит вам принимать поспешных решений. Ты разрешила угостить тебя кофе, так разреши подвести.