Мой властелин

Браун Вирджиния

Бормоча что-то на языке команчей, он стал покрывать поцелуями ее шею, лицо, затем прильнул губами к ее губам, исторгнув стон из ее груди.

Он обнял ее за плечи, его пальцы скользнули под завязки сорочки и потянули их вниз.

Он обнял ее нагую грудь и провел большими пальцами по тугим соскам. Ее охватила дрожь. Она тихо вскрикнула и вцепилась в него обеими руками. Ее ногти впились в его спину, скользя по рубашке, она почувствовала, как изогнулись его сильные мускулы, когда он замер, обняв ее.

В его глазах

пылал огонь желания. Он тяжело дышал. Вдруг он медленно выпрямился и поставил ее на ноги.

— Только любопытство, да?

Дебора покраснела. Когда она натягивала сорочку, ее руки дрожали.

— Очевидно, я солгала, — произнесла она, не узнав собственного голоса. Он был слишком спокойным, в то время, как внутри у нее все трепетало от желания и смущения.

— Хоть в этом ты сознаешься.

Он остановил на ней долгий взгляд и снова заговорил:

— Твоя кузина идет. Я слышу. Мне лучше уйти.

Одиночество вернулось. Это был быстрый и холодный захватчик. Она не могла позволить ему расстаться с ней еще раз.

— Ястреб, Зак, подожди. Я… я по тебе скучала. Я беспокоилась.

— Правда?

Он помолчал.

— Я не забуду об этом, когда Даймонд станет ошиваться вокруг тебя, а ты будешь ему улыбаться. Но при людях мне лучше не замечать тебя. — Он скривил губы. — Скоро ты поймешь почему.

Она не успела у него ничего спросить — он ушел в открытое окно. Дебора услышала его легкие шаги по черепичной крыше, а потом мягкий звук — он спрыгнул вниз.

Дебора опустилась в кресло. Наверное, она сошла с ума. Она должна была закричать, вытащить его под пули. Но вместо этого едва не отдалась ему. Готова была его умолять, чтобы он ее взял.

Дебора дождалась стука в дверь, поднялась и впустила Джудит.

— Ты очень тихая, — сказала Джудит.

Они сидели в тенистом дворике асиенды Веласкесов. Ласково пригревало солнце.

— Я просто задумалась.

— О Заке Баннинге?

Дебора подняла голову, и Джудит нетерпеливо вздохнула:

— Я тебя не понимаю. За тобой ухаживает Декстер Даймонд, а ты холодна с ним. Если так и дальше пойдет, он от нас отвернется.

— По-моему, он круглый дурак.

— Дебора!

— Ну что? И кто сказал, что я думала о Заке Баннинге, или Ястребе, или как там его зовут.

— Он человек опасный, говорят, настоящий убийца.

— А что именно говорят? — Дебора опустила штопку и спокойно взглянула в голубые глаза кузины.

Джудит покраснела.

— Ну, во-первых, что он бандит. Пять месяцев назад в Эль-Пасо произошла перестрелка, тогда его и увидел мистер Даймонд. Он действовал так быстро и жестоко, что Даймонд решил, будто лучшего охранника не найти. И все знают, что он полукровка, а полукровки отличаются своей жестокостью. Он на всех нагоняет страх.

— Откуда ты об этом узнала? — спокойно поинтересовалась Дебора.

— Хэнк Уорфилд сказал.

— А,

твой пылкий поклонник, который делает предложение при первой же встрече.

— Ну, тогда он был немного навеселе. Но вот уже целый месяц ведет себя, как настоящий джентльмен.

— Только и знает, что распускать сплетни.

— Для тебя лучше твоего дикаря никого нет! А что он надругался над тобой, я знала это еще до нашего спасения, — огрызнулась Джудит.

— Но именно этот дикарь доставил нас к форту, — парировала Дебора, — а за нами никто не пришел, или ты забыла об этом.

— Ему пришлось нас освободить! Команчерос нас видели и сказали об этом военным, а когда нас увидел патруль, они узнали, где мы находимся. Ах, Дебора, — произнесла она с волнением, — я знаю, он… заставил тебя. А ты его защищаешь.

Дебора прикрыла рукой лицо.

— Не знаю, почему я так делаю, — горестно произнесла она. — Иногда я верю в то, что слышу о нем, но если бы ты поговорила с ним, поговорила по-настоящему, ты думала бы о нем так же, как я. Он оказался в ужасной ситуации и теперь просто пытается выжить.

— И для этого стреляет в людей прямо на улице? Дебора резко вскинула голову:

— Я не хочу больше об этом слышать. Возможно, я ошибаюсь, но он не такой плохой, как ты о нем думаешь. И помни, ты мне обещала, — строго прошептала она.

Джудит кивнула:

— Я никому не скажу, кто он такой, но думаю, это не имеет значения.

— Спасибо, ты меня успокоила.

От Джудит не ускользнул сухой тон Деборы, и она опустилась на колени перед кузиной.

— Я знаю, ты ненавидишь меня за то, что я так о нем говорю.

— Нет, просто я смущена. Я ничего о нем не слышала с того вечера, думаю, он давно меня забыл.

— Ты и правда, так думаешь?

— Думаю, но не уверена.

— Надеюсь, что забыл! — порывисто произнесла Джудит. — Хотелось бы, чтобы он ушел и больше не возвращался!

Дебора была ошеломлена ее злостью.

— Почему ты его ненавидишь? — спросила она.

— Я их всех ненавижу.

Пальцы Джудит вцепились в изогнутый стул, на котором сидела Дебора.

— Они все дикари. — Джудит перешла на шепот. — Их жестокость не знает границ. Никогда не забуду мерзкую каргу, которая надо мной издевалась. Никогда! — Она умолкла, в глазах блеснули слезы.

— Джудит? — Дебора нежно коснулась ее щеки. — С тобой что-то случилось? Я знаю. Расскажи мне, иначе я не смогу тебе помочь.

Губы Джудит задрожали.

— Если я расскажу, ты станешь меня презирать. Она замолчала.

— Нет. Ничего не случилось. — Она покачала головой. — Ничего плохого, как ты себе представляешь. Я же сказала. Это было мне предназначено судьбой. Но теперь все позади. — Она пожала плечами и уже спокойно сказала: — Извини, не могу с легкостью простить их, как это сделала ты.