Мой капитан
Шрифт:
— На, держи, — сказал Валерий и отдал ей птенца.
И она стала глядеть на него и смеяться, как маленькая.
— Какой ты тёплый! — говорила она птенцу. — Ах ты бедный, ах ты рассеянный человек!
И птенец склонил голову к её большому пальцу.
— Тася! — крикнул Валерий. — Этот воронёнок, по имени Ворон, всё понимает. Его ругают — он обижается; если над ним смеются — сердится. А вот теперь...
— Нечего над нами смеяться! — сказала Тася. — А надо нас накормить. — И она понесла Ворона
А Петя всё глядел, как она уходила. Неужели она Валерию не мама?
Пете хотелось спросить, но было неудобно.
— А мне Нина Игоревна не настоящая бабушка, — сказал он, не глядя на Валерия.
— Знаю, знаю, — ответил Валерий, и Пете показалось, что он опять смеётся. — А мне Тася самая настоящая мама. Просто я её так зову.
Потом протянул Пете крепкую, загорелую руку:
— А ты занятный паренёк. Давай знакомиться. Тебя Петя зовут?
— Петя.
— Ну, а моё имя ты слышал, верно?
— Да.
— А ты знаешь, кто я?
Петя пожал плечами. Он знал, только не знал, как сказать.
— А что со мной случилось?
Петя покраснел и опять ничего не ответил.
— Ну так вот, слушай. Я капитан. Попал в кораблекрушение. Команда погибла, а меня вот выбросило на этот берег.
— А где же твой корабль? — спросил Петя.
— Вон там. — Валерий махнул рукой в ту сторону, откуда пришёл Петя. — Одни обломки на берегу.
Петя сразу вспомнил пустырь, и кости, и консервные банки. Моря он там не видел. И корабля тоже. Может, они где-нибудь ещё дальше, за пустырём?
— Как же теперь? — спросил Петя.
— Придётся здесь зиму зимовать, — ответил Валерий.
— Я тоже хочу здесь зиму зимовать, — сказал Петя.
— Тогда надо строить шалаш, — объявил Валерий. И Петя начал строить шалаш.
ШАЛАШ
Шалаш строить очень просто, надо только выбрать материал. Так сказал Валерий.
А материал — это из чего делают шалаш. Например, ветки.
— Какие возьмём? — спросил Валерий.
— Вот эти можно, — сказал Петя и показал на ёлочку: лапы у неё были длинные, очень удобные.
— Ну-ка, подлезь под неё, — велел Валерий. Петя полез. Под ёлочкой было темновато и душно.
А иголки очень кусачие. Пете все руки покололи. Травы под ёлкой почти не было, а земля сухая. И в одном месте, где корешки, — бугорок.
Петя разгрёб сверху землю, и показалась зелёно-белая шапочка гриба, вся в комочках земли.
Петя взял и выковырнул весь грибок — маленький такой, шапочка круглая, совсем почти закрытая возле ножки.
— Я гриб нашёл! — закричал он и выскочил из-под ёлки. Валерий положил грибок на ладонь:
— Это сыроежка.
— Её, что ли, сырую едят? — спросил Петя.
— Нет, — сказал Валерий. — Это только так говорят —
Петя потёр поколотые руки и сказал:
— Конечно, понравилось. Там грибы растут.
— Ты хочешь, чтоб и в шалаше росли грибы? — засмеялся Валерий.
Петя ничего не ответил. Он очень любил жареные грибы, и, если бы мама была здесь, они бы давно набрали грибов и пожарили.
Но он знал, что гриб, где ему нравится, там и вылезет, это ведь не клубника «виктория».
— А у вас нет сада? — спросил он.
— Нет. У Таси есть огород. Там огурцы и горошек. Хочешь?
Петя никогда не видел, как растут огурцы, и очень хотел их, даже очень! И зелёного горошка хотел! Он ведь в таких стручочках, и стручки тоже сладкие. Мама покупала.
Мама всегда знала, когда Пете хочется есть и чего именно хочется. А больше никто не знает.
— Нет, — сказал Петя, — спасибо. Я сыт. — И проглотил слюну. И пожалел, что не съел утром манную кашу, хотя и не любил её.
Валерий поглядел на Петю очень внимательно, потом вытащил из-под подушки часы — да, да, настоящие часы! — и приложил их к уху.
— Иди сюда. Видишь длинную стрелку? Ну так вот: не успеет она добежать до коротенькой, как придёт Тася и принесёт нам кефир.
Петя стал смотреть на стрелки, а когда устал и оглянулся, увидел тётю Тасю: она быстро шла от дома и несла в руках два белых стакана.
— Точность — главное в морском деле! — сказал Валерий. Петя был очень рад. Ему тоже нравилась точность; а ещё больше — кефир с сахаром.
ВОЛЧЬЯ НОЖКА
Вот если сказать Нине Игоревне: «Мне хочется построить шалаш». Что она ответит?
Она ответит: «Хочется и расхочется».
А тётя Тася, как услыхала про шалаш, сразу принесла Пете перочинный ножичек — маленький такой, с жёлтой костяной ручкой.
— Режь пока ветки, — сказала она.
— А какие?
— Это уж Валерий знает лучше меня.
— Тащи мне от каждого куста по листочку, — велел Валерий.
Петя притащил.
Один листочек был круглый, с зазубринками и шершавый.
— Это берёза, — оказал Валерий, — её ломать нельзя, она большим деревом станет.
— А разве берёза не белая? — спросил Петя. Он немножечко не поверил Валерию, потому что ведь берёзы белые, а у этого кусточка ствол коричневый.
Валерий, должно быть, понял, — поглядел на Петю и сказал:
— Пётр, премудрый человек, приходи сюда лет через десять — проверишь.
Петя покраснел и подал Валерию второй листок. Этот был гладенький, и рядом с ним на веточке несколько ягод: одни красные, а другие почернели уже.