Мой герой
Шрифт:
— Они дают мне возможность написать сценарий.
— Что? — Она резко выпрямилась и широко раскрыла глаза. — О, Мич, это замечательно. Я так тобой горжусь.
Он продолжал поглаживать ее пальцы.
— Я никогда этим не занимался.
— Думаешь, сможешь?
— Не уверен.
Эстер начала говорить, но затем оборвала себя. Наконец ей удалось подобрать нужные слова.
— Странно, если бы меня спросили, я бы ответила, что ты самый уверенный в себе человек, которого я знаю. Кроме того, я бы сказала, что ты слишком
— Придумывание сюжетной линии комиксов сильно отличается от создания сценария голливудского фильма.
— И что?
Он не мог не улыбнуться.
—Дразнишь меня моими собственными словами,так?
— Ты можешь писать, и я первая должна признать, что ты обладаешь очень живым воображением. Кроме того, ты знаешь своих героев лучше, чем кто-либо другой. Я не вижу здесь проблемы.
—Проблема в том, что я боюсь все испортить. В любом случае, даже если я и не напишу сценария, они хотят сделать меня креативным консультантом.
—У меня нет универсальных рецептов, Мич. — Но?
Эстер наклонилась, положив руки ему на плечи.
—Напиши сценарий, Мич. Ты будешь сам себяненавидеть, если даже не попытаешься. Нетникаких гарантий, но, кто не рискует, тот не выигрывает.
Он взял ее за руки и крепко сжал их, смотря ей в глаза.
— Ты правда так думаешь?
— Да, правда. Я верю в тебя. — Она наклонилась к нему ближе и поцеловала его.
— Выходи за меня замуж, Эстер.
Он почувствовал, как похолодели ее губы. Медленно,очень медленно она оторвалась от него.
—Что?
— Выходи за меня замуж. — Он схватил ее за руку, не давая вырваться. — Я люблю тебя.
— Нет, пожалуйста, не делай этого.
— Не делать что? Не любить тебя? — Он сжал ее в объятиях, не выпуская. — Уже слишком поздно для этого, и, я думаю, ты это знаешь. Я не лгал тебе, когда сказал, что ни к кому не чувствовал ничего подобного тому, что чувствую к тебе. Я хочу провести с тобой всю свою жизнь.
— Я не могу, — прохрипела она задыхающимся голосом. Казалось, каждое слово, которое она произносит, обжигает ей горло. — Я не могу выйти за тебя замуж. Я не хочу вообще выходить замуж, ни за кого. Ты не понимаешь, о чем просишь.
— Тот факт, что я не был женат, вовсе не значит, что я не знаю, что такое семья. — Мич ожидал встретить удивление, даже некоторое сопротивление. Но теперь он понял, что просчитался. Из ее глаз лились слезы, а в голосе звучала паника. — Эстер, пойми, я — не Аллан, и мы оба знаем, что ты больше не та женщина, какой была, когда вышла за него.
— Это не важно. Я не собираюсь проходить это снова и не хочу подвергать этому Рэдли. — Она вскочила и начала одеваться. — Ты поступаешь безрассудно.
— Я поступаю как? — Стараясь успокоиться, он подошел к ней и стал застегивать сзади кнопки на блузке. Она застыла в напряжении. — Да это ты опираешься в своих выводах
—Я не хочу об этом говорить.
— Может, и не хочешь, и может, сейчас для этого не лучшее время, но тебе придется это сделать. — Несмотря на сопротивление, он развернул ее лицом к себе. — Нам придется это сделать.
Ей хотелось бежать отсюда, бежать далеко, чтобы забыть все, что было только что сказано. Однако, понимая, что в данный момент это невозможно, ей пришлось противостоять ему.
— Мич, мы знаем друг друга лишь несколько недель и только сейчас начали осознавать, что нами произошло. И что же, по-твоему, произошло? — требовательно спросил он. — Разве не ты утверждала вначале, что тебе не интересен случайный секс?
Эстер побледнела, потом наклонилась, чтобы подобрать пиджак.
— В нем не было ничего случайного.
— Да, не было. Ни для кого из нас. Ты это понимаешь или нет?
— Да, но…
— Эстер, я сказал, что люблю тебя. Теперь Мне хотелось бы узнать, что ты чувствуешь ко мне?
— Я не знаю. — Она онемела от возмущения, когда он опять схватил ее за плечи. — Я же сказала, что не знаю. Думаю, я люблю тебя. Люблю сегодня. А ты просишь меня рискнуть всем, что есть у меня, той жизнью, что я построила для нас с Рэдли, всем моим и его миром ради чувства, которое, как я уже знаю, может однажды просто исчезнуть?
— Любовь просто так не исчезает, — поправил ее Мич, — ее можно убить или ее можно подпитывать, заботиться о ней. Это уже зависит от людей, связанных отношениями. Мне нужны от тебя обязательства, семья, и я, в свою очередь, хочу дать тебе все это.
— Мич, это случилось быстро, слишком быстро для нас обоих.
— Черт возьми, Эстер, мне тридцать пять лет, я не какой-нибудь безмозглый подросток, у которого свербит в штанах. Я хочу жениться на тебе не потому, что мне нужен удобный секс и горячий завтрак, а потому, что мы можем вместе создать нечто настоящее и важное.
— Ты не знаешь, что такое брак. Все это — лишь твои благие намерения.
— А ты помнишь только плохое, Эстер. Взгляни на меня. Взгляни на меня! — потребовал он снова. — Когда, черт возьми, ты перестанешь использовать отца Рэдли как критерий?
— Это единственный пример, который я знаю. — Она снова вырвалась из его объятий и постаралась перевести дыхание. — Мич, мне, конечно, льстит тот факт, что я нужна тебе.
— Ну и черт с ним.
— Пожалуйста. — Она нервно пригладила волосы. — Ты дорог мне, и единственное, в чем я абсолютно уверена, так это в том, что не хочу тебя потерять.
— Брак вовсе не означает конца отношений, Эстер.
— Прости, но я не могу думать о браке. — Ее голос сорвался от волнения и паники. Она вынуждена была остановиться и успокоиться. — Я пойму, если ты больше не захочешь меня видеть. Но лучше… Я надеюсь, что мы просто оставим все как есть.