Мой февраль
Шрифт:
Печально дня приход ловлю…
К себе людей я приручаю,
Но прирученных не люблю.
Повсюду расставляю сети
Из обалденно нежных слов.
Кто попадает в сети эти,
Узнает черную любовь.
Злым демон стал по воле рока.
Судьбу ужасную приняв,
Терзаю, мучаясь жестоко,
Любивших, любящих меня…
Душа дрожит, мороз по коже…
Грех тяжек, каюсь – на крови:
Не дай познать живому, Боже,
Вкус демонической любви.
"Запретный
Но он от жажды не спасет.
Ты не срывай его, не надо:
Он радости не принесет…" -
Так мне твердил один из трусов.
Но голос внутренний, как мед:
"Кто не познает плода вкуса,
В глухом неведеньи умрет…"
Маршрут же выбрав необычный,
Пытаюсь – не могу шагнуть:
Удавом черным безразличье
Твое мне преграждает путь.
"Я иду по росе, босы ноги мочу,
Я такой же – как все…"
С. Есенин
Все люди как люди,
А я – не как все…
Прогулки не будет
Босой по росе.
Душа умирает,
А тело давно
Во рву за сараем
Погребено…
Взмолюсь:
– О, услышь мя,
Скажи, не тая,
Мой добрый Всевышний -
Опора моя, -
Неужто прописан
Мне жребий такой:
"И ныне и присно…" -
Твоею рукой?
И сходит ответ
До предела простой:
– В наличии бед
Виновен застой.
В наличии бед
Виновен застой
И выхода нет
Из башни пустой.
За все придется платить на этом свете,
особенно за зло.
Трогать меня не смей -
Я из семейства змей.
Словом ужалю я,
Будто бы ядом змея.
Правильно говорят,
Есть и елей и яд.
Что б ни изволил лить -
Будешь за все платить…
Время расплат придет
Каждому – в свой черед.
Смертный за яд иль мед
Платит, пока живет.
"Ромашки*… Сказки…
Ты впадаешь в детство!" -
От возгласов таких
Куда мне деться?
"Впаданье" в детство -
Душ людских черта,
Руководит которой
Доброта.
"Не подходи,
До смерти забодаю!" -
Кричу, когда
Из детства "выпадаю". *Поделки
СОН КОТА ЛЕОПОЛЬДА
Поведаю
Там от погони натерпелся страха.
Вдруг зазвучал эфир, сзывая всех на пир
В честь дня рожденья дочки падишаха.
А кто, мол, не пойдет – наказан будет тот
И схвачен, и посажен в подземелье.
– Так что ж, – подумал я, – что, чем хана, друзья,
Не лучше ли желанное похмелье?..
Пришел я во дворец: сидит ее отец
На троне при рубиновой короне.
Гостей полным-полно. В бокалах не вино,
А молоко парное из-под пони.
А на столе, ой, мать!
–
Что только ни видать:
Салаты, заливное и жаркое,
Телячьи потроха, форельная уха
И всякое восточное такое…
Я выпил, забалдел. Увидеть захотел…
Все гости, вторя мне, заголосили…
И тут вошла Она, как полная луна, -
Вместилось в очи небо всей России.
Оптический обман или в глазах туман?
Я не видал таких прелестных кисок.
Но как мне ей сказать:
"Идемте танцевать?" -
Ведь трудно оторваться… от сосисок.
Вновь заиграл оркестр, все повскакали с мест.
(Наверно, был объявлен дамский танец).
Она вдруг подошла и лапку подала:
"Прошу на танец, мистер иностранец!"
От счастья жив едва, кружится голова,
От близости дыханье замирает.
Ну, как мне ей сказать, кем я готов ей стать? –
Она по-русски ведь не понимает.
Обижен, разозлен (раздулся, словно слон)
На школу, где сиамскому не учат.
Химера из химер – языковой барьер.
Я увезу ее – так будет лучше.
Сказал: "Вы, миссис, мур, зажгли во мне l?amour."
Она, кокетка, глазки закрывала (
Как будто поняла чего во мне зажгла)
И что-то по-сиамски прошептала.
Не понял я намек – в аэропорт увлек,
Поддавшись обалденному порыву.
Там белый самолет готовился в полет:
"Сиам-Харбин-Саранск-Москва и Рио".
Включил пилот мотор.
Знакомый контролер
Моей сиамской киске улыбнулся.
Мы сели в самолет и начал он полет…
И тут я, к сожалению, проснулся…
Р.S. Забылся сон давно, как старое кино.
Но с той поры в кошачьем мире драма:
Который год подряд – (не Лео ль виноват?) –
Россией правят кошки из Сиама.
ЛЕСНАЯ ПЕСНЯ
(старая песня на новый лад)
В лесу родилась елочка.
Стоял поодаль пень,
Который сватал елочку.
Почти что каждый день.
Но отвечала елочка:
– Сошел с ума ты, пень,