Мой февраль
Шрифт:
И смородины терпкий куст…
Я довольствуюсь половиной,
Оттого и на сердце грусть.
Но когда в день осенней хмари
Это стройное существо
Вдруг улыбку свою подарит -
Мне не надобно ничего…
О родник синевы глубинной,
Не влеки, не вводи во грех:
Лишь довольствуясь половиной,
Может быть, я счастливей всех?
Грусть – живых обуза,
Сгинь же, поспеши!
Выпорхнула
Из окна души.
Злобно и жестоко
Давит тишина.
Ядовитым оком
Вперилась луна.
Подвести бы круто
Жизненный итог…
Что это, как будто
Прозвенел звонок?
Открываю – Бог мой!
–
Удержу ль восторг?
Пересохший рот мой
Тихий вскрик исторг.
Чувства, как из шлюзов
Хлынули, чисты…
Улетела Муза,
Но… вернулся ты!
Л.Л.А.
Прятать чувств своих не умею.
Без тебя мне трудней сейчас.
Обозначился горб сильнее
И ручьи потекли из глаз.
На другом конце телефона
Усмехаешься надо мной.
Твое сердце стучит спокойно,
Не знакомое с грусть-тоской.
Желтоглазого солнца око
Пробуждает для жизни мир.
Мне ж мучительно одиноко,
Будто выпил всю кровь вампир.
Когда молю: "О Господи, приснись!"
Бог, внемля просьбе страждущего сердца,
Идет навстречу мне: в ночную жизнь
Тебя впускает, закрывая дверцу…
Мне снится: злой молве наперекор,
Друг другу мы протягиваем руки,
Ведем непринужденный разговор,
Не думая о горестной разлуке…
С тобою в сновидениях мне сладко,
Хотя у снов убийственна разгадка.
Приснись мне таким же, как раньше:
Волшебной улыбкой лучась…
Чтоб сердце, не чувствуя фальши,
К тебе устремилось тотчас.
Приснись! Ну, чего тебе стоит
В мои сновиденья войти?
Погасшие силы утроит
Сияющий лик на пути.
На горе досталась тоска мне.
Коль ты не придешь наяву,
О черствость души, как о камни,
Разобьюсь в кровь о глаз синеву.
Люблю тебя, невзирая
На общество: маски, гробы…
Созданье Эдема и Рая -
Бесценный подарок Судьбы.
А Муза слетит безмятежно -
Стихи д-о-олго в сердце ношу.
Люблю тебя тихо и нежно
И ни о чем не прошу.
Позволь
В молчаньи застыв в стороне.
Ты будешь другим улыбаться,
Я мнить: улыбаешься мне.
Хочу смотреть, не отрываясь,
В твои бездонные глаза.
Толпы нисколько не стесняясь,
Любовь и нежность показать.
Вот сердце сжалось и разжалось…
То замолчит, то застучит…
Острей дамасского кинжала
Летящие из глаз лучи.
Как человек, судьбой забытый,
Амура шалости терплю.
"Не допустил бы ядовитой
Господь стрелы", – тайком молю.
"И это пройдет" –
(надпись на перстне царя Соломона)
Лучист и ярок,
Певуч и звонок
Был твой подарок
Мне в год Дракона.
Беда случилась
Чернее тучи:
Любовь разбилась
Звездой падучей.
Весна Дракона
Тоской исходит…
Верь Соломону:
"Все, все проходит…"
Я сама виновата,
Не смогла уберечь.
Наступила расплата.
Не предвидится встреч.
Безвозвратно потушен
Глупой ревностью взор.
Я, не чувствуя душу,
Веду разговор.
Я тебя потеряю -
Боль застыла в мозгу.
Я ее изгоняю,
А изгнать не могу.
Я выбросить любовь хотела
Из недр горячей головы,
Но в памяти мне то и дело
Являлись Вы и только Вы.
Глазам веселости хотела
При встрече с Вами я придать,
Но взор струился неумело,
Не излучая благодать.
Как изменить свой облик внешний,
Чтоб грусть была видна не всем?
Мой ручеек журчащий, вешний -
Язык – неповоротлив, нем.
Канаты-нервы на пределе,
Иду, не чувствуя себя…
Ну, неужели в самом деле
Не отрекаются, любя?
Не возвращайся никогда ко мне -
Твоих надежд я вновь не оправдаю.
К ногам, как лист осенний, припадаю -
Пройди его в вечерней тишине…
Не возвращайся никогда ко мне.
Я жду тебя при солнце, при луне,
В любое время, при любой погоде…
Разлуки месяц длился больше года,
Но чувства не остыли в глубине…
Не возвращайся никогда ко мне.