Мой чужой лорд

Шэй Джина

Она улыбалась этим утром.

Флиртовала.

Лгала…

— Вы останетесь с нами до слушанья, пресветлый? — свой пустой голос Вэль слышал будто со стороны.

— Да, — Оракул снова взглянул на Фэй. — Я здесь, чтобы выступить в защиту интересов княжны Тэлонис.

— Защиту? От меня, я полагаю? — сдержанность никогда не была достоинством Вэлькора. Особенно, когда его вроде бы тщательно отстроенная, уверенно стоящая жизнь складывалась на глазах будто карточный домик под порывом ветра.

— Правильно полагаете. Именно от вас, — Оракул чуть усмехнулся краем рта.

— С чего

вы взяли, что я могу навредить своей жене? — с тихой свирепостью поинтересовался Вэль. Кто и что сказал Совету? Дэлрей? Князь Тэлонис?

— У вашей жены очень смелая прическа, лорд Вэлькор, — лицо Оракула не дрогнуло. — Это вы ей столь много позволяете или у этой смелости какие-то иные причины?

Он знал. Это было видно по прищуру его странных глаз, меняющих цвет от блекло-серого, почти белого, до бездонно-черного. Вопрос в том, насколько много он знает. В принципе… Про Оракула говорили многое. Например, что в принципе он может видеть все, что видела магия Кхата. И если… Если Оракул знает, допустим, о ночи консумации… Ничего хорошего Вэлькору это не сулило. Особенно сейчас, когда было непонятно, чего хочет Совет.

— Пресветлый, в чем конкретно состоит вопрос слушания? — медленно произнесла Фэй, будто и не слышала выпада в сторону Вэлькора. — Что именно хочет Эвор?

— Я полагаю, воссоединиться с вами, моя дорогая, — улыбнулся Оракул. — Он настаивает на глубоких чувствах между вами.

Вэлькора бросило в жар. Рыжий ублюдок… Кхат, вот почему ты породил настолько живучую подлую тварь, которая не гнушалась абсолютно ничем ради собственных капризов. Чужая невеста? Чужая жена? Плевать. Эвор хочет — мир должен подать. Что самое паршивое, судя по всему — у него есть неплохие шансы отнять у Вэлькора и Фэй. И… Можно ли хоть как-то ему помешать? Ну… Если у него получится, то не исключено, что драконий закон Вэлькора уже не остановит. Если спрятать Мелиру в Ухл-Горте… Если подумать, как заставить людей покинуть Дернхельм… Фэй, разумеется, это ему не вернет, но и Дэлрею она тоже не достанется…

Фэй выскользнула из рук Вэля. Шагнула к краю башни, соскочила вниз и уже через секунду взмыла к небесам. Сбежала. Как ее взволновала перспектива воссоединения с Дэлреем.

Мир, такой солнечный и теплый, еще этим утром — леденел на глазах.

— Ну что ж. Раз юная леди нас оставила, сразу разрешим некоторые вопросы с вами, юноша.

Над ладонью Оракула быстро, практически мгновенно, вспыхнула и переплелась из желтых знаков печать заклинания. Вэль не успел даже среагировать — печать уже слетела со своего места и обожгла кожу под рубашкой.

Это Фэй пришлось объяснять, что за заклятие сплел для неё Вэлькор. Он сам безошибочно ощутил эффект. Телепатическую нить, протянутую между Вэлем и Фэй рвануло наотмашь, аж заныло в висках. Все заклинательные связи между Вэлькором и женой оказались разорваны. И… Рубануло не только по связям. Еще и по возможностям самого Вэля. После этого заклинания Вэль уже не смог бы захватить волю… Фэй. Только ее, согласно плетению заклинания.

Нет, Оракул точно был в курсе событий первой брачной ночи. Ничем иным это заклятие не объяснялось.

— Какого… — яростно произнес Вэлькор, пытаясь чуть продышаться.

Заклятие было слишком неожиданным и довольно бесцеремонным.

— Все вы понимаете, юноша, — Оракул взглянул на Вэля теперь уже с ярко выраженным недовольством. — Мне не нужно, чтобы вы давили на вашу жену. Я знаю, что вы можете.

— Вы не хотите? — повторил Вэль. — Или Совет?

— Я — голос магии, — ровно произнес Оракул. — Я её воля. Магия требует, чтобы я защищал интересы юной леди, и я защищаю. Воля Совета меня не волнует. В конце концов, мнение Совета — это всегда и мое мнение.

— Многозначно звучит, — Вэль потихоньку брал себя в руки. — Я надеюсь — заклятие временное?

— Все зависит от итога слушанья, — все с той же прохладцей в голосе сообщил Оракул. — Если дело будет решено в вашу пользу, я сниму заклятие. Если нет, не исключены и другие ограничения.

— От чего зависит исход дела? — без особой надежды поинтересовался Вэль. Как он и ожидал, Оракул ему не ответил. Кажется, только Фэй и было позволено задавать вопросы. А она сбежала.

— Сегодня я по-хорошему прошу вас, юноша, — все с той же непреклонной неторопливостью, не терпящей никаких возражений, произнес Оракул. — Дайте вашей жене один тихий вечер. Пусть подумает без вашего давления, без вашей импульсивности.

— Вы меня не знаете, — вспылил Вэль.

— Я вас вижу глазами магии, юноша, — бесстрастности Оракула можно было позавидовать. — Вам дам редкой силы магический дар, вы умудрились его развить до неслыханных для вашего возраста высот и потому изволите считать, что в мире все должно крутиться вокруг вас. Вот только я вас разочарую, юноша. Джанху нужны драконы. Ваша жена уже была на пороге Спячки, не так ли?

— Да, — тихо откликнулся Вэль. Его вообще жутко оглушали воспоминания о тех страшных днях, когда он боялся отойти от Фэй, ловил каждый ее вдох, боялся, что магия снова начнет покидать ее тело.

— Больших усилий стоило удержать ее, так ведь?

— Да, — пустота, обнимавшая плечи Вэлькора, усиливала свою хватку.

— Девочка ненавидела свою долю, — ровно произнес Оракул. — Ненавидела собственную сущность, магические законы, из-за которых оказалась связана с вами. У нее есть поводы для этого. В этих условиях Спячка была просто обязана с ней случиться. А Джанх искренне заинтересован в том, чтобы не терять своих драконов.

— Она хотела уйти в Спячку еще тогда? — тихо спросил Вэль. Сколько стоили её “ты мне нужен”?

Оракул пристально взглянул на него. Будто взвешивал, стоит ли говорить.

— Необязательно, — качнул головой пресветлый. — Очень вероятно, что нет, потому что вам удалось увести её от края.

Удалось… Звучало так, будто это имело какое-то значение. Будто это не Фэй сейчас сбежала, чтобы не находиться рядом с ненавистным мужем. Ну конечно, сейчас же можно не притворяться, есть конкретная перспектива воссоединения с бывшим женишком…

И вроде понятно, что сам идиот, сам вытрепал жене все нервы в самом начале, но были ли хоть какие-то шансы? Ей хватило ума притвориться неравнодушной, вытянуть у Вэля эмпатическую печать, спрятаться за ней, лгать… В конце концов, он не дал ей уйти в реинкарнацию, сбежать от него таким образом.