Мой чужой лорд
Шрифт:
— Он недалеко…
Я обернулась к Вэлькору. Знаки на его лице — странные, незнакомые, нечитаемые, снова наливались оранжевым тусклым светом. Вэлькор готовился к переходу в энергетическую форму. Ветер трепал край его мантии, казалось, что за спиной моего мужа распахнуто синее шелковое крыло.
Я вздохнула, сжимая в пальцах фиал с эссенцией жароцвета. Мне не хотелось этого делать, мне не хотелось снова соприкасаться с этой дрянью, но речь шла о людях, о неурожае и долгом бесплодии земель Дернхельма. Вот чего стоило мое нежелание. И кто я буду после этого? У меня был выход, я могла решить их
Эссенция горчила. В неразбавленном виде — не так выражено, и вообще у неё был сладковатый привкус, но она все равно была чуть горьковатой и пощипывала мне язык. К тому моменту, как я сделала последний глоток из пузырька, язык уже онемел и перестал что-то ощущать. Мгновенного эффекта у жароцвета не было, но голова чуть-чуть закружилась. Вот только сумасшедших драконов в своих небесах Дернхельм еще не видел. Если не сработает… Интересно, переживет ли Вэлькор столько супружеской близости? И не светит ли мне стать вдовой так скоро? Даже не знаю, печальное ли это было бы событие. Если ребенка мне перед своей скоропостижной кончиной заделать успеет — даже очень радостное.
— Фэй, мне нужен будет твой щит, — произнес мой муж, уставившись в небо, — через пять секунд. Четыре, три…
У него не было времени на объяснения, и мне некогда было их требовать, я просто выбросила руку вверх одновременно с Вэлькором, и мой энергетический щит наложился на его: это была странная картинка — мутный пузырь из переплетения моей белой и его темной энергии. Он был очень мутный и почти непрозрачный, но я смогла разглядеть поток пламени, обрувшившийся на эту защиту.
— Ты смотри-ка, даже не подумал, что может задеть тебя, — ядовито усмехнулся Вэлькор. Он будто чуял, о чем я думала несколькими минутами ранее. Или просто так совпало? Или очень хотелось подчеркнуть, что не так уж я Эвору небезразлична?
И это было досадно на самом деле, но нет, не подумал же и вправду. Если бы действительно любил — наверное, не стал бы атаковать Вэлькора, пока я была рядом. В остроте драконьего зрения я совершенно не сомневалась. И я бы не стала трогать Эва сейчас, даже при том, что не была в него влюблена и сроду о любви не говорила. Привязана была, да. Он долгое время был моей привычкой, с ним было тепло, хорошо и интересно поговорить.
А он — он мне о любви говорил. Много-много раз. Но сейчас — обрушил огненный шквал на мою голову и голову Вэлькора, кажется, не испытав никаких сомнений. Все-таки не такая уж это была и любовь. Все-таки больше похоть. И сейчас Эвор творил произвол, просто потому… что потерял игрушку?
Неприятная мысль. Очень горькая, очень обидная. Неужели я никаким другим образом не могу представлять ценность? Вот как сама я, а не тело для мужского удовлетворения.
— Убирай, — мягко шепнул Вэлькор телепатически, и я опустила руку, рассеивая щит.
В небе над нами вычерчивал гибким телом штрихи Обратной Пляски синий белогривый дракон. Ему было не до того, чтобы атаковать нас еще раз: во-первых, от первого залпа еще нужно было отойти, во-вторых, я была уверена, он просто воспользовался случаем, тем, что оказался рядом, мордой к нам. Отвлекаться от Пляски не рекомендовалось — снижалась эффективность.
— Значит,
— А вы можете? — тихо спросила я.
— Увы, — сейчас мой муж был настолько отстраненным, что даже почти не раздражал. — Мне придется задействовать все мои магические резервы, а в этом случае я… бываю слишком опасен. Так что лучше держись подальше. Отдачей может и задеть.
Честно говоря, он пугал в такие моменты. Я по-прежнему не понимала, где пролегает граница магии Вэлькора. Что он не может? Кажется, он мог всё, причем делал многие магически сложные трюки так легко, будто ничего проще и не было. Мне с трудом удавалось держать свои эмоции за эмоциональной границей, но … было ощущение что и граница это для Вэлькора — не особая и помеха. И чем дальше, тем страшнее мне становилось. Смогу ли я сбежать от этого чародея? От того, кто может сломать мою волю так же легко, как соломинку.
— Иди-ка сюда, — Вэлькор шагнул ко мне, прихватил за меховой рукав шубки, притянул к себе.
От его близости у меня дыхание перехватило. От его магии, бушевавшей в воздухе, уже сейчас кожа покрывалась мурашками.
— Не бойся, — тихо шепнул Вэлькор мне в губы. — Не бойся меня, Фэй.
Ему легко говорить. А я магически рядом с ним себя чувствовала как маленькая, ничего не умеющая девчонка.
А глаза у него красивые. Синие, яркие, сейчас — обеспокоенные, ранее — смеющиеся. И точно ли мурашки сейчас бежали по моей коже от страха? Может, это уже жароцвет? Но он вроде бы он не действовал так быстро.
Круглую печать заклятия Вэлькор переплел не глядя. Она была не очень сложная, но снова предназначалась мне, снова коснулась моей кожи — в этот раз лица, снова согрела магическим теплом.
— Теперь моя земля — твоя земля, — голос Вэлькора звучал глухо. — И если с тобой что-то случится — я почувствую и найду тебя. Ты поняла?
— Да, — сдавленно прошептала я. Снова всё слишком многозначно. Заклятие признания меня хозяйкой Дернхельма имело значение принципиальное. Теперь ни один житель Дернхельма не усомнился бы, что я жена лорда. И в пределах магических границ Дернхельма мне было чуть проще творить магию. Но и неприятная сторона у чар Вэлькора тоже была. Он бы меня нашел, даже если бы я захотела от него сбежать.
И не укроешься от него, не спрячешься. Нужно найти какой-то выход, нужно понять, как после исполнения долга мне освободиться от Вэлькора, но я пока не видела никаких путей.
Нет, это совершенно неподходящее настроение для Пляски, Фэй, ну-ка возьми себя в руки.
Пляска — ритуал любви к солнцу, мольба о его взаимности, великая жертва ради него. И нырять в Пляску с такой лютой точкой на сердце опасно. Солнце выпивает из дракона не только огонь. Солнце пьет радость, любовь, все самые теплые чувства. После Пляски чувствуешь себя опустошенным и измотанным, но нет ничего удивительней чувства, когда ты купаешься в признательности своего солнца, ощущаешь на себе пристальное внимание этого уставшего божества.