Мой ангел
Шрифт:
– Вы слишком самокритичны.
– Польщена вашей оценкой.
Этот вечер казался нескончаемым, и, что бы ни делала Хелен, ее постоянно преследовал взгляд Марка. В конце концов она почувствовала, что еще несколько минут, и она просто сойдет с ума. Хелен срочно требовалась передышка. Выскользнув из комнаты, она пробралась в библиотеку. Девушка включила настольную лампу, обошла стол и почти упала в кресло, положив руки на столешницу. И вдруг она поняла, что и здесь ей не удастся скрыться от Марка. Он здесь часто бывает, сидит в этом кресле,
В своих бумагах!..
Взгляд Хелен невольно метнулся на ящики стола, и один оказался приоткрытым. Хелен слегка потянула ручку, и ящик легко выдвинулся, открывая свое нутро: бланки, письма, счета, какие-то записи... Искушение было слишком велико, чтобы отказаться от соблазна. Сейчас она может найти что-то, улики и доказательства, которые либо окончательно развеют ее неясные подозрения, либо подтвердят их. Кажется, так говорил какой-то озабоченный ростом преступности полицейский в детективном сериале.
Хелен даже не подумала о том, что это рабочее место Марка, а он вообще может не иметь никакого отношения к возможным делишкам Роберта и Адамса. Она была слишком озабочена тем, что рассматривала записи Марка. Звук хлопнувшей двери насторожил ее, и она оторвалась от своего занятия. Господи, что она делает?! Хелен попыталась привести бумаги в прежний вид и со стуком захлопнула ящик. Погасив лампу, она уже в темноте схватила первую попавшуюся книгу с полки и бросилась к дверям. Сердце грохотало так, что Хелен казалось, будто этот стук слышно во всем доме. Она распахнула дверь и... налетела на какое-то препятствие.
– Ах!..
Как будто это мог быть кто-то другой, кроме Марка Макиавелли!
Он тут же схватил ее, развернул и толкнул обратно в библиотеку. Вспыхнул верхний свет, и Хелен зажмурилась, ослепленная. Когда она открыла глаза, то сразу наткнулась на разъяренный взгляд Марка. Схватив ее за руку, он двинулся к столу и приоткрыл тот самый ящик, в котором копалась Хелен.
– Так, – сказал он, и от его сурового тона она похолодела и отвратительно запаниковала. Ей нужно было оставаться абсолютно спокойной, но при виде Марка сердце колотилось в бешеном темпе, а живот скрутило. – Что вы здесь делаете?
– По-моему, бывать в библиотеке мне не запрещено.
– Бывать в библиотеке, но не рыться в моих бумагах!
Она открыла рот, чтобы послать его ко всем чертям, но оттуда не вылетело ни звука. Хелен попыталась проскочить к двери, но Марк очень ловко перехватил ее и вернул на прежнее место. Хелен поняла, что сбежать не удастся.
– Пропустите меня! – потребовала она, но это требование больше всего походило на жалкую мольбу по причине ее слабого и испуганного голоса.
– И не подумаю. По крайней мере, до тех пор, пока не узнаю, что вы здесь вынюхиваете!
– Ничего! Я пришла, чтобы взять книгу!
– Интересно... в разгар вечера вам понадобилась книга. Позвольте поинтересоваться,
– Что? – Она облизнула пересохшие губы, а потом, разобравшись в ситуации, горячо заверила его: – Очень!
– Действительно? – осведомился Марк, засовывая руки в карманы и изучая ее с пристрастием полицейского детектива.
– Истинная правда, – выдавила Хелен, делая еще одну попытку выскользнуть из библиотеки.
Марк снова надвинулся, и Хелен снова отступила.
– Не приближайтесь ко мне! – выкрикнула она и вытянула руку ладонью вперед, словно пытаясь таким образом остановить его.
Марк замер. Его глаза сузились, а на губах появилась недобрая усмешка.
– Прекрасно... – процедил он. – Как вам это удается?
– Что?
– Казаться испуганной и беспомощной! Ладно, сейчас мне некогда разбираться с вами. Так что немедленно уходите отсюда. Но напоследок хочу вас предупредить, мисс Гамильтон, что я найду время и выясню все: и что вы делали в моем кабинете, и что искали в этих бумагах – я припомню все ваши прегрешения. И, если я поймаю вас за этим неблагодарным занятием еще только раз, обещаю: легко вы не отделаетесь. Вы здорово пожалеете о своем шпионстве!
Хелен почти не спала ночь, думая об угрозах Марка. Господи, как неудачно все получилось! Он уже не просто следит за ней, он старается не выпускать из виду: покинул изысканное общество, своего работодателя и отправился на ее поиски...
Она встала с темными кругами вокруг глаз и с невероятной головной болью. Хелен спустилась к завтраку и встретила вышедшего из столовой дядю.
– Доброе утро, Хелен. Ты что-то неважно выглядишь.
– Все в порядке, я просто не выспалась.
С Марком она столкнулась в дверях и едва не шарахнулась от него.
– Что-то вы слишком бледная сегодня, мисс Гамильтон, – ядовито проговорил он.
– Не ваше дело.
– Я уже устал слышать одно и то же, обновите свой репертуар.
Хелен уселась за стол, и тут же в столовую впорхнула свеженькая как огурчик Одри.
– Хелен, ты ужасно выглядишь!
Сначала дядя, потом Марк, а теперь Одри! Она должна всем и каждому говорить, что с ней все в порядке?!
– Со мной все в порядке. Я просто плохо спала.
– И в последнее время ты сама не своя.
– Я же говорю, это из-за бессонницы.
– Ну да, ты плохо спишь, а раздражение выплескиваешь на окружающих. Чего стоит только твое отношение к Марку... Ты раздражаешься, психуешь и шипишь на него по малейшему поводу.
– Иногда мне кажется, что я с трудом могу выносить просто его присутствие, – солгала Хелен.
– Я волнуюсь, Хелен, и твой дядя тоже.
До Хелен вдруг дошло. Она похолодела и очень медленно повернулась к Одри.