Мотылек
Шрифт:
Катя. Катерина Андреевна.
Кабина машины Веры
Зоя. Я его вижу. Синий тент, номер девятьсот пятьдесят семь. Зуб даю, он.
Вера. Подрули поближе, мигай дальним, потом я в воздух бахну, оценим реакцию.
Зоя. Если он остановится, что тогда?
Вера.
Зоя. А с извращенцем что?
Вера (опуская стекло). С извращенцем? Пожурим немного.
Зоя. Ногами?
Вера. Используем все варианты. Начинай мигать.
Кабина грузовика
Петрович (глядя в боковое стекло). Всё! Угадал. Твои тети и дяди нам мигают.
Катя. Будете знакомиться?
Петрович (еще крепче сжимая руль). Это само собой, только мы с ними в одну игру поиграем — у кого клиренс выше.
Катя (восхищенно). Здорово!
Петрович. Ия говорю — здорово. Держись, дочка, на взлет идем.
Грузовик съезжает с основной дороги на проселочную и громыхает по ней.
Кабина машины Веры
Зоя. С трассы сошел. Он паскуда.
Вера. Сомнений нуль, только через два километра такие ухабы пойдут, что мы на дно сразу сядем, а он не заметит.
Зоя. Стреляй сейчас, пока не ушел.
Вера (целится, потом опускает ружье). Не попаду. Трясет. Разворачивай.
Зоя. То есть?
Вера. Я все дороги в районе наизусть знаю. Он все равно пойдет к трассе, только дальше, за пансионатом. Иначе никак. Другая дорога в реку упирается. Коровий брод там.
Зоя. Ну?!
Вера. Чего — ну? За пансионатом выезд, развилка через пятнадцать километров. Если на педали жать сильно будешь, то у моста догоним, перед развилкой.
Зоя. И?!
Вера. Зойка, у тебя какой пояс был по карате?
Зоя. Черный, второй дан.
Вера. По голове часто били?
Зоя. Бывало, но редко. У меня предчувствие. Уходила. Сэнсэй говорил, что такое предчувствие
Вера. Забудь, подколоть хотела. Короче говоря, так: гонишь прямо, проедешь под высоковольтной линией, и будет поворот направо. Не проскочи.
Зоя. Не бойся, не проскочу.
Вера. Зой, никогда не спрашивала — ты чего в проститутки подалась? Спорт оставила?
Зоя. Со спортом — всё. Мы с девчонками из зала в общагу шли, и к нам хулиганы пристали. Ночной магазин рядом был. Пьяные, злые.
Вера. Бедные хулиганы.
Зоя. Бедные не бедные, а один успел меня «бабочкой» по ноге цепануть. Сухожилие задел. И спорт — до свидания.
Вера. Домой надо было ехать, на работу устраиваться.
Зоя. Нельзя было. Меня отец растил. Он бывший мор-пех. Капитан. Ему почку на войне прострелили. На искусственной живет. Деньги нужны.
Вера. Работа?!
Зоя. Нет у нас в городе работы. Завод был, соки делал. Закрыли четыре года назад, а деньги доктору вынь и положь.
Вера. Много у тебя клиентов было?
Зоя. Два за год. Мужики меня не берут, потому что я в очках. Да и те два — так. Не умею я. Всё у девчонок спрашивала: как правильно, чтобы нравилось? Они мне всё по пунктам. И рычала, и по-матерному — один фиг.... Тухло у меня с сексом. На ринге проще было. Спасибо, девчонки за охрану платят.
Вера. Видишь — нет худа без добра. Вон поворот!
Зоя. Не слепая.
Кабина грузовика
Петрович (продолжая поглядывать в стекло бокового вида). Ишь как! Отстали. Великая штука — высокий клиренс!
Катя. Что такое клиренс?
Петрович. Клиренс — это сколько сантиметров от дна машины до дороги. Чем выше клиренс, тем легче через ямы проезжать. Тут никакие дяди с тетями не помогут.
Катя. Значит, мы выиграли?
Петрович. Выходит, так. Если они, конечно, нас в объезд не возьмут.
Катя. И что тогда?
Петрович. Плохо тогда. На шоссе догонят они нас, рано или поздно. Догонят. Вот что: я сейчас тебя у остановки, вон видишь — впереди остановка, высажу, а сам чуть проедусь. Если никого нет, то вернусь через полчаса. А коли дяди с тетями обмануть захотят — я их долго еще покатаю. Подальше чтобы отсюда.