Мото
Шрифт:
– Он скоро проснется. – мама улыбается мне. – Я все равно хотела несколько минут побыть с тобой наедине. В следующем году сделать это не получится.
– А по телефону? – предлагаю альтернативу, воруя немного сахарной глазури указательным пальцем.
– По телефону будет уже не то, – она печально повторяет мои движения, подцепляя пальцем немного глазури. – Не пойму, как восемнадцать лет пролетели так быстро?
– Мама, не расстраивай меня в мой день рождения. – закатываю глаза, слизывая глазурь с пальца. Ох, уж
– Я не хотела, – мама оживляется. Она хоть и любящая, и заботливая, но не относится к мелодраматическому типу. Ясно, что этот день рождения особенный для нее. – У меня для тебя есть... – ее прерывает стук в дверь.
– Тук-тук. – входит мой отец. – Доброе утро, именинница. – он сияет, пересекая комнату, чтобы поцеловать меня и маму.
– Доброе утро, – отвечаю ему взаимностью, наслаждаясь сладостью домашнего кекса.
– Пришел уточнить, что мои девочки хотят на завтрак.
– Вафли с клубникой и взбитыми сливками! – все согласно традиции.
– И зачем я вообще спрашивал? – смеется он.
– Не знаю. Может, тебе просто нужен был предлог, чтобы увидеть меня, – самодовольно предполагаю я.
Родители обмениваются косыми взглядами – они часто делают это в моем присутствии.
– Мне не нужен предлог. Я твой отец, и если захочу тебя увидеть, то увижу. – папа крепко целует меня в макушку.
– Где мальчишки? – спрашиваю я. Обычно к этому времени мои младшие братья, Кайл и Кеннеди, прыгают на кровати, поднимая шум, словно маленькие вредители, которыми и являются.
– Эти неугомонные? Они все еще спят. Всю ночь играли в Xbox. До обеда их точно не увидим. – папа притворяется, что раздражен, но он никого не обманет. Синяки у него под глазами говорят сами за себя. Гарантирую, что он играл с ними, гоняя на виртуальных супербайках до полуночи. Может, в середине января и снежно, но эти трое всегда найдут способ прокатиться на мотоциклах. Виртуально или нет.
– Позову вас, когда завтрак будет готов. – папа дарит мне еще один поцелуй, прежде чем с важным видом выходит из комнаты.
– Папа! Двойные взбитые сливки! – кричу я, когда его темноволосая голова исчезает внизу лестницы. – Двойные, слышал? – он вскидывает руку в знак согласия.
Я люблю этого человека. Несмотря на то, что он не мой биологический папа, он единственный отец, которого я когда-либо знала. Мой биологический отец был легендой мотогонок и умер до моего рождения. Из того, что рассказывает мама, он был удивительным человеком. И каждый день рождения я мечтаю об одном и том же – чтобы я могла знать его. Я часто задавалась вопросом, как моя мама вышла замуж за моего дядю, и каждый раз, когда я ее об этом спрашиваю, она отвечает, что их отношения были сложными, и однажды, когда я стану старше, она расскажет мне всю историю. Сейчас мне восемнадцать. Насколько старше мне нужно стать?
– Может, помочь папе приготовить завтрак? – нетерпеливо сбрасываю одеяло. Если хотите вытащить меня из постели, то все, что нужно сделать – упомянуть взбитые сливки.
–
– Ой? Подарки? – подпрыгиваю на матрасе. Я такая же озорная, как десятилетний и двенадцатилетний братья, спящие дальше по коридору.
– Да, подарки. – мама вытаскивает длинную коробку из-под моего одеяла.
Я принимаю ее с волнением. Она красиво завернута в блестящую белую бумагу и украшена фигурным бантом.
– Я так долго ждала, чтобы отдать это тебе. – мама смотрит, как я разрываю бумагу. Открываю коробку и смотрю на содержимое. Цепочка с кулоном. Мама вытаскивает ее из подушечки и берет в руки. – Это сердцебиение твоего отца. Он подарил его, когда сделал мне предложение.
В горле сразу же образуется комок.
– Его настоящее сердцебиение? – слегка касаюсь волнистых линий, сделанных из бриллиантов, чувствуя себя неожиданно близко к нему. Ближе, чем когда-либо.
– Угу, – с тоской подтверждает она.
У меня много памятных вещей отца – трофеи, шлемы, даже его мотоциклетная куртка, но ничего такого личного, как это. Ничего, что помогла бы почувствовать его таким... реальным.
– Хотела бы я знать его... – сжимаю челюсть, когда мои глаза щиплет. Не хочу плакать, но я знаю, что это неизбежно. Мой отец – чувствительная тема для нас обоих.
– О, милая. Ты и так знаешь его. – голос мамы пронизан любовью и состраданием. – Ты – это он. У тебя его дух, его огонь и напор. У тебя даже глаза его. – она ласкает мое лицо. – Каждый раз, когда мы смотрим на тебя, мы видим его.
Мои губы дрожат.
– Правда?
– Правда. Он любил тебя и хотел тебя так же сильно, как и я.
Улыбаюсь сквозь слезы, когда она вручает мне еще один подарок. Он большой и плоский, словно книга. Я быстро раскрываю его и читаю название вслух:
– «Приключения Винни-Пуха». Раньше ты все время читала мне ее.
– Но эта книга особенная.
Мама открывает его на первой странице, где от руки написана цитата: «Если наступит день, когда мы не сможем быть вместе, храни меня в своем сердце. Я останусь там навсегда».
Провожу кончиками пальцев по четкому, уверенному почерку, который почти идентичен моему.
– Возьми ее с собой в свои приключения, – мама берет меня за руку. – Если и есть что-то, что любил твой отец, так это приключения.
– Я так и сделаю. – обнимаю книгу и клянусь брать ее с собой, куда бы я ни пошла. После окончания средней школы я учусь за границей, в Австралии. И у меня список желаний длиной в милю. Я определенно унаследовала нечто большее, чем просто папин почерк. По всей моей комнате развешаны фотографии, на которых я прыгаю с парашютом, езжу на гоночной машине и моей любимой черно-розовой «Ямахе». Такое чувство, что я езжу на байке с той минуты, как научилась ходить.