Мото

Невер М.

– Я знаю. – Кайла берет Сэм за руки. – Но с кем мне действительно нужно поговорить прямо сейчас, так это с Ризом. – она умоляюще смотрит на меня.

Сэм уступает просьбе Кайлы.

– Завтра, – строго уточняет Сэм. – Я твоя на весь день. Никаких «если», «или» и «но». Я беру отгул на работе, и мы поговорим. Обо всем.

– Да, обо всем. – Кайла кладет руку на живот, и лицо Сэм вытягивается.

– Ты беременна?

Кайла слегка кивает.

– Господи, девочка, ты сводишь меня с ума. – Сэм притягивает Кайлу в свои объятия

и сжимает мертвой хваткой.

– Я не специально, клянусь, – Кайла крепко обнимает ее в ответ. Будто она ее единственный спасательный круг.

Сэм покидает дом так же, как и вошла. Повелительно и властно.

Как только она уходит, остаемся лишь я, Кайла и чертова куча нерешенных проблем.

Я тупо смотрю на Кайлу, не зная, что сказать. Просто продолжаю прокручивать в голове слова священника.

«Клятвы, которые вы дадите сегодня утром, не могут быть нарушены безнаказанно. Ваша связь так же сильна, как нить, которая соединяет вас вместе. Что это за нить? Веревка? Провод? Сталь? Только вам двоим решать».

Какая она, наша связь? Прочна, как сталь, или хрупка, как струна?

Боюсь, что она так же хрупка, как истрепанный кусок веревки. И боюсь услышать, что все кончено, что Кайла уходит и забирает с собой нашего ребенка.

Что в конце концов я умру, жалкий и одинокий.

– Как давно ты знаешь? – расстроенная Кайла нарушает молчание.

– Я узнал об этом, когда мне было двадцать два. – неловко прочищаю горло. Об этом трудно говорить. Особенно когда на кону так много всего. – Поначалу я стал очень быстро уставать. Потом начались обмороки. Я потерял сознание на трассе прямо посреди гонки. Пронесся по тротуару, сбил с ног полдюжины гонщиков, а затем врезался в стену из шин. Можешь посмотреть на YouTube, если хочешь.

– Нет, спасибо. – она даже не допускает этой мысли.

– В любом случае, пришлось уносить меня на носилках. К счастью, все обставили как обычную ошибку гонщика, но я знал правду. Что-то было не так. Поэтому я пошел к Дэву. Он только что поступил в медицинскую школу. Мы договорились, что в качестве меры предосторожности я воспользуюсь его именем, чтобы обратиться к частному врачу. После того, как я получил диагноз, все закрутилось как снежный ком.

– Восемь лет? Ты злоупотребляешь своим сердцем в течение восьми лет? – Кайла испускает мучительный выдох.

– Гонки – моя жизнь. Я не мог отказаться от них. Несмотря ни на что. Неважно, насколько я болен. Я бы предпочел умереть на гоночной трассе, чем где-либо еще.

– Я уже это поняла.

– Понимаю, что ты расстроена.

– Не думаю, что расстройство подходящий термин, – отвечает она бессердечно.

– Ты бросишь меня, Кайла? – собираюсь с духом и выпаливаю свой худший страх. Зачем оттягивать неизбежное? Я бы предпочел просто сорвать пластырь прямо здесь и сейчас, чтобы знать, с чем столкнулся.

– А ты этого хочешь, Риз?

– Нет. – смотрю ей прямо

в глаза. – Почему ты вообще спрашиваешь об этом?

– Потому что ты обрек наши отношения на провал. Ты лгал мне с того момента, как мы встретились, – ее голос повышается.

– Не принимай это близко к сердцу. Я лгу всем. Все мое существование – вселенная лжи. Я убегал от своего прошлого и своего будущего столько, сколько себя помню. – хватаю ее за руки. – Ты – единственное, что заставляет меня хотеть перестать убегать.

– Как ты собираешься это сделать? – бросает Кайла. – Оставишь все, чем живешь? Прекратишь гонки? Будешь жить спокойной, нормальной жизнью? – она настроена скептически, и у нее есть на это полное право.

– Спокойной и нормальной? Нет, это не по мне. – грустно улыбаюсь. – Но я готов искать приключения где-нибудь в другом месте. С тобой. Вами двумя. – кладу руку ей на живот.

– Не обнадеживай меня, Риз. – Кайла хватает меня за запястье. – Если ты этого не хочешь, или есть какие-то сомнения... не давай обещаний, которые не сможешь сдержать. – она смертельно серьезна.

– Я подвел многих людей в своей жизни, Кайла. И полон решимости не подвести тебя. Ты – единственная, с кем я все сделаю правильно.

Она тяжело дышит, желая, чтобы каждое слово было правдой.

– Итак, если ты прекратишь участвовать в гонках, – она проверяет воду, – что будем делать дальше?

Ее вопрос вселяет некоторую надежду.

– Сначала хочу поучаствовать в последней гонке, – оптимистично заявляю я.

– Следующей? В Остине? – спрашивает она.

– Нет. На острове Мэн.

– Что за гонка? – нерешительно уточняет Кайла.

– Настоящая уличная гонка. Она была в моем списке желаний в течение многих лет. И если придется остановиться, то я хочу, чтобы она стала моей последней.

– Не если, Риз. Ты должен остановиться. Или ты разочаруешь меня. Потому что будешь мертв. – ее заявление звучит свирепо.

– Я не сдамся без боя. – подхожу к ней ближе, сокращая расстояние между нами. Я презираю его и хочу, чтобы оно исчезло.

– Это и пугает больше всего. Твоя готовность отдать в залог свое тело, которое в итоге не выдержит.

– Я буду бороться за жизнь, детка, – уверенно заверяю я. – Изменю свой образ жизни, изменю свою судьбу.

– Вот так просто, да?

– Почему это должно быть трудно?

– Потому что люди не меняются.

– Меняются. Я тому доказательство.

– Ты еще ничего не изменил, – указывает Кайла.

– Я все изменил, – решительно возражаю. – Я женат, и у меня скоро будет ребенок. Я никогда этого не планировал. А теперь все, о чем думаю – о покупке дома для нашей семьи, с кроватью, в которой буду просыпаться каждое утро и ложиться спать каждую ночь. Больше никакой кочевой жизни.