Москва никогда
Шрифт:
Да… Что и говорить – славные были времена. Не то что сейчас. Последние несколько месяцев ночная жизнь штаб-квартиры «Пятерки» выглядела откровенно скучной. Рутинное дежурство. Усталый следователь. Часовой у двери. Десять человек по штату, плюс несколько особо рьяных сотрудников, задержавшихся на службе. Вот и весь контингент…
– Который есть ассортимент, – ситуация не располагала, тем не менее мнимый арестант улыбнулся, вспомнив крылатое выражение из далекого детства.
Тогда маленький Лёша еще только делал первые робкие шаги, пытаясь проворачивать хитроумные комбинации с помощью сверстников. Поначалу
Впрочем, секрет успеха новоявленного стратега заключался не только в грамотном подборе кадров. Любая, даже самая незначительная, операция продумывалась им до мелочей от начала и до конца.
Тем более странно на этом фоне выглядел последний демарш.
Ныне покойного Рогова больше всего удивило то, что Карпин пришел сам, хотя должен был послать кого-то другого. Для черной работы всегда найдется пара шестерок. Не пристало авторитетной фигуре заниматься такими делами. Несолидно это, неразумно и по-ребячески. Нечто наподобие «Посмотрите, на что я способен! Я самый умный и смелый! Не то что вы, жалкие трусы!».
Для безвременно почившего следователя так и осталось загадкой, что скрывалось за фасадом самоубийственной атаки: жест отчаяния или великая жертва?
Вообще-то набивший оскомину набор штампов не имеет ничего общего с истинным положением вещей. Нагромождение высокопарных терминов, и не более.
Несмотря на всю свою хваленую интуицию, Рогов не смог догадаться, что Карпину необходимо было лично «засветиться». Впоследствии, использовав это как козырь в большой игре. К тому же, прежде чем добровольно отдать себя в руки «Пятерки», он скрупулезно просчитал все варианты, включая предстоящий отход…
За размышлениями арестант не заметил, как прошли большую часть пути. До выхода из блока оставалось миновать два последних коридора, спуститься по пожарной лестнице на этаж вниз и покинуть здание через запасной выход.
Все шло точно по плану, как вдруг, после очередного поворота, конвоируемый лицом к лицу столкнулся с мужчиной со странной фамилией Чивайта.
Карпин запомнил бы этого сотрудника в любом случае. Во-первых, у него была отличная память. Во-вторых, в штате «Пятерки» состояло не так уж много людей. Если не считать мобильные полевые группы – около двухсот человек. И сейчас один из них совершенно некстати преградил беглецу путь.
Щелк…
Вспышка озарения подобна молнии.
Спешащему в кабинет Рогова следователю не нужно иметь за душой тринадцатилетний стаж оперативной работы, чтобы заподозрить неладное. Не отвечающий телефон. Подследственный вместе с конвоиром находятся там, где быть не должны. Плюс ко всему…
Зачастую побеждает тот, кто нападет первым.
Хотя изредка случаются исключения из правил.
Несмотря на весь свой опыт и послужной список, Рогов оказался не готов к предательству. Его застали врасплох в тот самый момент, когда он этого меньше всего ожидал. А вот Чивайта вполне допускал
Скоротечный бой в замкнутом пространстве, как правило, идет до первой ошибки. Слово «Aequo» бросает в атаку послушного зомби. На первых порах все складывается в пользу Карпина, захватившего инициативу. К тому же минимальное расстояние до цели – отличный бонус для рукопашной.
Потертая рукоять удобно ложится в ладонь конвоира. Шаг навстречу и короткий, без замаха, удар снизу вверх, направленный в брюшную полость. Всплеск адреналина до предела обостряет чувства, превращая нервы в звенящие от напряжения струны. После чего прекрасный во всех отношениях план начинает рушиться на глазах.
Отклонив корпус назад, Чивайта выбрасывает левую руку, пытаясь заблокировать выпад. Это удается лишь отчасти – лезвие пробивает кисть. Но, по сравнению со вспоротым животом, это пустяковая рана. Главное, удалось выиграть время, за которое правая рука успевает выхватить пистолет.
«Как мило!» – Капризная улыбка Фортуны обращается к новому фавориту, и чаша весов вновь изменяет свое положение. Теперь преимущество на стороне Чивайты, сумевшего подготовить достойный ответ.
– К барьеру, господа!
Призыв секундантов лишен смысла. Времена благородных дуэлей и неписаного кодекса чести безвозвратно канули в Лету. У нового века свои герои, считающие дурным тоном мелодраматические жесты с гордо вскинутой головой, слегка прищуренным взглядом и вытянутой вперед рукой. Они ведут огонь на поражение при первом удобном случае и из любого положения. Вдобавок – плевали с высокой колокольни на устаревшие правила.
– К барьеру!!!
Выстрел с бедра особенно хорошо смотрится в старом вестерне. Том самом, где красивый герой на глазах прекрасной возлюбленной попадает со ста пятидесяти метров в серебряный доллар или черное сердце злодея. В обычной жизни все не настолько прекрасно и не имеет ничего общего с наивным кино. Но если расстояние нулевое, можно стрелять, как угодно. Даже не открывая глаз.
Удар бойка по капсюлю побуждает опьяневшие от внезапно открывшихся горизонтов пули вырваться на свободу…
Одна попадает в живот.
Вторая в грудь.
Обе навылет.
Туз и десятка.
«Блэк Джек» у крупье с пистолетом!
Тело проигравшего неудачника отбрасывает назад. Запрокинутая голова с размаху бьется об стену, и, оставляя широкую кровавую полосу на стене, конвоир оседает на пол, не чувствуя боли.
В отличие от смертельно раненного зомби живой Чивайта все чувствует и понимает, что потерял из поля зрения Карпина. Отвлекся на секунду, пытаясь разобраться с нападающим, и…
Это не озарение, не всплеск адреналина и даже не шестое чувство, подсказывающее: «Быть беде». Скорее, четкое осознание факта, что прямо сейчас противник нанесет смертельный удар.
Инстинкт самосохранения заставляет палец судорожно нажать на курок, выстрелив в то место, где, по идее, должен находиться атакующий. Одновременно следует легкий поворот головы, и человек убеждается в том, что предчувствие не подвело.
Прямой в кадык.
Болевой шок.
Потеря ориентации.
Захват головы.