Москва никогда

Брайт Владимир

– Нож вытащи, пригодится, – приказал Карпин, не обращая внимания на человека, бьющегося на полу в предсмертной агонии.

Послушная марионетка безропотно выполнила указание.

– Направляемся к выходу. Легенда – ты конвоируешь меня в четвертый блок. Слово «Aequo» – приказ к атаке. Действуй быстро и эффективно.

Заметив непроизвольно сжатые в кулак пальцы, Карп быстро продолжил:

– Это сон. Ситуация смоделирована. Опасности для твоей жизни нет.

Методика глубокого зомбирования хороша тем, что позволяет «активировать» человека в нужный момент посредством ключевой фразы. Как правило, это выражение,

никогда не используемое в обычной жизни. Однако время от времени случаются накладки, связанные с психологическим стрессом, частично разрушающим заложенную в подсознание жертвы установку. Задача опытного «кукловода» – заметить первые признаки зарождающегося кризиса, успокоив подконтрольного зомби.

Судя по реакции часового, он вернулся к «нормальному состоянию».

– Пошли, – сложив руки за спиной, мнимый арестованный вышел из комнаты, оставив за спиной очередной труп.

Сколько их было на его совести за прошедшее время, и не сосчитать. Если теория насчет воздаяния в загробной жизни верна, гореть Алексею Петровичу Карпину за его многочисленные прегрешения в адском пламени целую вечность.

Гореть… Огонь…

В угасающем сознании умирающего следователя рассыпавшийся снопом искр окурок превращается в падающую звезду. А прошедшая жизнь – в свечу на ветру. Легкое дуновение ветра, каприз ветреной красотки Судьбы или дьявольский план хитроумного авантюриста – и все безвозвратно прошло.

Словно и не было вовсе…

Глава 25

Падающая звезда

01.00 по восточноевропейскому времени

В двенадцать лет мы с приятелем заключили пари насчет того, кто дольше продержится под водой, задержав дыхание. Спор происходил в бассейне после окончания тренировки. Шум, гам, суета. Окончившие занятие группы уходят, другие приходят. Воспользовавшись паузой, мы умостились у бортика в начале дорожки, там, где совсем мелко. Надели очки, «прокачали» легкие, сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, и, присев на колени, опустили головы под воду. Спор оказался жизненно важным, поэтому лично я был настроен более чем решительно. Как оказалось – приятель тоже.

Когда надолго задерживаешь дыхание, первые несколько секунд переносятся легко. Но чем дольше находишься под водой, тем больше начинает казаться, будто виски и затылок зажаты в тиски. Вскоре появляется звон в голове, напоминающий огромный безжалостный гонг, раз за разом возвещающий о начале нового раунда. Тот самый долбаный гонг, с последним двенадцатым ударом которого окончится бой…

И чья-нибудь жизнь.

Бумсс…

От невыносимого жара легкие сворачиваются в трубочку, словно горящие листья, а сердце превращается в натужно ревущий двигатель с пробитым картером. Еще немного, и его переклинит из-за отсутствия масла.

Как назло, именно в этот момент секундная стрелка замедляет свой ход, трансформируясь в густую каплю смолы, нехотя сползающую по стволу древнего, как мир, дерева. И начинает казаться, что так будет всегда. При этом единственное желание бьется в клетке распадающегося на фрагменты сознания. Безумно хочется сделать вдох. Такой глубокий, чтобы на несколько секунд опьянеть от переизбытка кислорода, забыв обо всем на свете, кроме безграничного облегчения.

Бумсс…

С высоты птичьего полета две мчащиеся по ночному шоссе машины кажутся цветными пятнами, медленно перемещающимися по поверхности

огромного мыльного пузыря, застилающего все видимое пространство. Цель одного светового пятна – во чтобы то ни стало обогнать противника, другого – не позволить это сделать. Беззаботная игра хороша лишь до тех пор, пока на поверхности сферы не начинают появляться яркие огненные всполохи – предвестники неминуемой смерти.

Бумсс…

Чахоточный пулемет харкает не фрагментами легких, перемешанных с кровью, а полновесными пулями. Ожесточенная ненависть бездушного механизма входит в резонанс с хаотичными мыслями женщины за турелью, чей призрачный налет безумия подобен плесени. На первый взгляд кажется – ничего страшного. Удалил пораженный участок, и все. Однако это всего лишь верхушка айсберга. На самом деле плесень уже разрослась, пустив глубокие корни.

Бумсс…

Когда встречаются два равных по силе противника, ни один из которых не собирается уступать, в дело вступает Его величество Случай. Неважно, как именно он распределяет награды: подбрасывает в воздух монетку или кидает игральные кости. Во главе угла – результат. Победитель получает право продолжить игру. Проигравшему в качестве утешительного приза достается забвение.

Бумсс…

Подчас в моменты, связанные с непосредственной угрозой для жизни, восприятие обостряется до такой степени, что начинает казаться, будто твоя сущность, выйдя за узкие рамки обычного тела, сливается с окружающей средой. При этом сознание впитывает, как губка, совокупность изменений, происходящих в определенный отрезок времени, пытаясь выделить из них самое важное. Плюс ко всему, с пространством и временем происходят удивительные метаморфозы. Несколько коротких секунд растягиваются в световые годы, а короткая дистанция – в необъятную бесконечность вселенной.

Бумсс…

Непроизвольная задержка дыхания и резкий выброс в кровь адреналина – вот и все мои козыри в смертельной гонке. Первая скрипка и сольная партия у Герцогини. Именно с ее «легкой» руки мы можем…

– ФЛИНТ, ОСТАНОВИСЬ…

Валет сделал то, чего по неписаным правилам делать не положено ни в коем случае – вышел на связь, принудительно «закоротив» внутренний канал. Теперь, вплоть до извлечения имплантата или смерти одного из нас, мы будем связанны неразрывно.

– Поздно…

Я не кривил душой, когда говорил что водитель «Пятерки» не свернет. На его месте любой бы пошел до конца. Единственным шансом беглеца было сбросить преследователя с дороги. Нашим – убить его, прежде чем он это сделает.

– Не мешай!

Не исключено, что дело вовсе не в таблетках, а в искренней заботе о жизни командира и дока. Или это нечто наподобие крика отчаяния вслед самоубийце, бросившемуся в бездну? В любом случае, уже ничего нельзя изменить, и он совершил БОЛЬШУЮ ошибку.

Впрочем, разбор полетов лучше оставить на потом. При условии, что оно вообще когда-то настанет. Судя по тому, с каким фанатичным упорством пули-птицы, покидающие насиженное пулеметное гнездо, устремляются в небо, салютуя безумству храбрых, наши, и без того призрачные, шансы стремительно тают на глазах.

– Бери ниже!!!

Герцогиню явно «заклинило»: она продолжает стрелять в пустоту.

В отличие от вышедшей из-под контроля женщины, водитель грузовика уверен в себе. Легкий поворот руля, и колеса отклоняются влево, изменяя направление движения многотонной бронированной махины.