Московский вектор
Шрифт:
– Я ведь не дурак, – спокойно сказал он. – Вы профессионалы. Не стали бы соваться в зону опасности без поддержки.
Смит повернулся к окну, чтобы вдруг охватившее его отчаяние не заметил Брандт. И уставился на освещенные светом фар заснеженные овраги, булыжники и деревья.
Брандт снова наклонился к рации.
– Останавливаемся.
Машина, в которой они ехали, проскочив мимо поворота, внезапно затормозила. Остановились прямо позади и «Волга» со вторым «Эксплорером». Захлопали дверцы, люди Брандта, держа наготове автоматы, высыпали на дорогу.
Джон
Смит сильнее сжал зубы, пытаясь придумать, что можно предпринять. Со связанными за спиной руками не очень-то погеройствуешь, пришла в голову безутешная мысль. Броситься вперед, на Брандта? Но поможет ли это Кирову? Отвлечет ли от него внимание? В любом случае другого выхода нет.
Он осторожно пошевелил руками и ногами, разминая перед броском мышцы.
– Спокойно, подполковник, – произнес Брандт ледяным тоном. – Или я вышибу вам мозги.
Смит повернул голову.
Блондин смотрел на Смита, нацеливая дуло пистолета ему в голову.
Внезапно, раньше, чем кто-либо успел среагировать, джип российского производства свернул на подъездную дорогу и на всей скорости помчался прочь.
Команда Брандта открыла огонь – скованную морозом ночную тишь разбил прерывистый автоматный рев. В «УАЗ» посыпался град пуль. Ветровое стекло разлетелось на куски, ходовую часть продырявило в нескольких местах.
Но джип, ничуть не сбрасывая скорость, круто свернул с дороги, помчался вниз по склону лесного холма. С оглушительным треском врезался в березу и медленно упал вбок, в овраг. Тусклое сияние единственной фары еще с несколько секунд освещало деревья наверху и вдруг погасло. Холм снова накрыла кромешная тьма.
Джон и Фиона в ужасе переглянулись. Выйти из чудовищного переплета живым Кирову было не по силам.
Брандт, все еще держа Смита на прицеле, взял микрофон рации.
– Фадеев? Брандт. С преследователем мы разобрались. Бери машину и подъезжай сюда вверх по дороге. Обследуешь то, что осталось от джипа, и заберешь у водителя документы. Попытайся выяснить его имя. Понял?
Из рации послышался ровный голос:
– Понял.
Брандт кивнул.
– Замечательно. Когда закончишь, доложи в московский офис. А мы поедем в монастырь.
Выслушав ответ снайпера, он отключился и взглянул на Смита с Фионой.
– Крышка вашему другу. – Он улыбнулся. – Скоро спокойно займемся главным: попытаемся выяснить, на кого вы работаете и что успели рассказать своему боссу.
Часть IV
Глава 36
Баку, Азербайджан
Широкие проспекты и узкие аллеи Баку, крупнейшего города в Кавказском регионе, тянутся вдоль побережья Каспийского моря на несколько миль. Многоэтажные здания и суета современного бизнес-центра уживаются в Баку со старинными мечетями, дворцами и втиснутыми меж мощеных улочек базарами.
На
Из центрального лифта в президентском здании вышел, катя перед собой тележку с накрытыми салфеткой тарелками, человек из обслуживающего персонала. Шло экстренное заседание Совета обороны, на котором обсуждали сосредоточение российских войск в соседнем Дагестане. Время было позднее, поэтому генералы и министры попросили принести ужин прямо в зал.
Два человека в темных форменных одеждах, хмуря брови, шагнули навстречу официанту.
– Охрана, – заявил один, размахивая удостоверением. – Дальше нельзя. Тележку завезем мы.
Официант устало пожал плечами.
– Только не перепутайте тарелки. – Он отдал офицерам перечень блюд, заказанных каждым членом Совета обороны. Зевнул и зашагал прочь.
Когда дверцы лифта закрылись за ним, охранник быстро поднял салфетку и нашел тарелку с пити – густым супом из баранины, гороха и лука.
– Оно, – пробормотал он, глядя на товарища.
– Пахнет вкусно. – Второй охранник цинично улыбнулся.
– Еще как, – согласился первый. Быстро осмотревшись и убедившись, что за ними никто не наблюдает, он достал из кармана пузырек, вылил его содержимое в суп и вернул пузырек на место. Второй охранник медленно повез тележку по коридору. Очередной вариант ГИДРЫ приближался к жертве.
Белый дом
Президент Кастилья обвел внимательным взглядом мрачные лица подчиненных, собравшихся за столом в зале переговоров Белого дома. Всех тревожил назревавший конфликт с Россией, но никто понятия не имел, каким путем можно выйти из ужасающего дипломатического и военного кризиса.
Президент знал, что неизвестность измучила всех. Доказательств по сей день не было. Лишь обрывки сведений и ничего не подтверждавшие факты: от загадочной болезни умирало все больше людей здесь, в Соединенных Штатах, и в других государствах, слухи о военных приготовлениях России распространялись, и все настойчивее звучали заявления Кремля об «опасной нестабильности» в соседствующих с РФ странах. Сложить эти обрывки в завершенную картину, которая показала бы миру, что замыслил Дударев, без более весомых свидетельств не представлялось возможным. Убедительная причина бросить Дудареву вызов у Америки и Европы до сих пор отсутствовала.
Кастилья повернулся к Уильяму Уэкслеру, директору Национальной разведывательной службы.
– А нельзя ли изменить траекторию полета уцелевшего «Лакросса», чтобы тщательнее осмотреть приграничную российскую территорию?
– Боюсь, нет, господин президент, – с неохотой признался привлекательный бывший сенатор. – «Лакросс-5» был запущен позднее. В «Лакроссе-4» на то, чтобы изменить траекторию, элементарно не хватит топлива.
– Сколько понадобиться времени для создания нового спутника? – спросил Кастилья.