Московский вектор
Шрифт:
Смит выпрямил спину.
– Добрый вечер, сэр.
Руководитель «Прикрытия-1» Натаниэль Фредерик Клейн усмехнулся.
– Слишком уж официально, подполковник. Как видно, стены вокруг тебя не без ушей. Мэгги сказала, ты попал в какую-то переделку.
Смит сдержал улыбку. Он был на сто процентов уверен, что хотя бы один скрытый микрофон да записывает сейчас его слова. Инспектор Карасек его явно подозревал.
– Я звоню из пражского отделения полиции. Вчера во второй половине дня на нас напали трое
Клейн ответил не сразу.
– Понятно, – наконец проговорил он. – Правильно сделал, что вышел на связь, Джон. Положение опасное. Я бы сказал, крайне опасное. Расскажи поконкретнее.
Смит повиновался: начал описывать подробности случившегося, придерживаясь той версии, которую изложил полиции. Если его подслушивали, не стоило давать повода приставать к нему с лишними вопросами. Фред Клейн был достаточно умен – явные пробелы мог заполнить и самостоятельно.
– Вы попались в лапы профессионалам, – с уверенностью произнес Клейн, когда Смит замолчал. – Спетой команде, убийцам по найму, владеющим приемами рукопашного боя и оружием.
– Несомненно, – согласился Смит.
– Русские?
Смит задумался, воспроизводя в памяти слова и интонации Волосатика. Когда тот прекратил разыгрывать из себя попрошайку и заговорил по-английски, Смит сразу уловил легкий акцент – какой именно, определить было сложно.
– Возможно, – ответил он, пожимая плечами. – Но я не уверен.
Клейн несколько мгновений молчал.
– А где конкретно доктор Петренко работал в Москве? – поинтересовался он.
– В Центральной клинической больнице, – ответил Смит. – Отличный был парень. Один из лучших специалистов в своей области.
– В Центральной клинической больнице? – задумчиво переспросил Клейн. – Любопытно. Весьма и весьма любопытно.
Смит повел бровью. Все время оставаясь в тени, Клейн имел свободный доступ к сотням информационных источников. Знали ли другие американские либо европейские разведорганы о внезапном появлении новой болезни в Москве?
– Так или иначе, тебе несказанно повезло, – продолжил Клейн. – Они запросто могли тебя пришить.
– Да, сэр, – согласился Смит. – Кстати, местная полиция оценивает ситуацию примерно так же.
Клейн фыркнул.
– Готов поспорить, они засыпали тебя неожиданными и обескураживающими вопросами. Не могут понять, как ты вышел из переделки живым. Так обстоят дела?
– Примерно так, сэр, – ответил Смит, криво улыбаясь. – Добавьте к этому слова «персона нон грата» и поймете точно, в каком я сейчас положении. Меня выпроваживают вон, первым же рейсом через Лондон.
– Неприятно, но не смертельно – ни для твоей карьеры, ни для нас, – прокомментировал Клейн. – Но давай ближе к делу: ты еще в опасности?
Смит как следует обдумал вопрос.
– Не исключено, – сознался он. – С уверенностью судить нельзя, но… Не исключено.
– Понял, – невозмутимо ответил Клейн. Связь оборвалась, но менее чем через минуту возобновилась. – Организую тебе подмогу, правда, не очень надежную – слишком уж мало времени. Чтобы ты не пропал там совсем один. Можешь подождать примерно с час?
Смит кивнул.
– Без проблем.
– Замечательно. Перед выходом из участка еще раз позвони. – Клейн помолчал. – И постарайся уцелеть, Джон. А то я с ума сойду, заполняя ворох чертовых бумажек.
Смит улыбнулся.
– Буду иметь это в виду, – пообещал он.
Человек средних лет в теплом коричневом пальто, перчатках, меховой шапке и зеркальных солнцезащитных очках вышел из полицейского участка на улице Конвиктска и, не оглядываясь, торопливо зашагал на юго-запад, в сторону реки.
В узком переулке неподалеку его ждал черный седан «Мерседес» с тонированными окнами. Остановка автотранспорта в этом месте была запрещена, но на лобовом стекле «Мерседеса» красовался знак дипломатического ведомства, а потому знаменитые своим усердием пражские инспекторы дорожного движения обходили нарушителя стороной.
Человек все так же торопливо открыл дверцу водителя, сел за руль. Снял шапку и очки, бросил их на соседнее кожаное сиденье. И рукой в перчатке пригладил только сегодня подстриженные темные волосы.
– Ну и? – послышался сзади гнусавый голос. – Что удалось разузнать?
– Американец все еще в полиции, – ответил, глядя в зеркало заднего вида, водитель – румын Драгомир Илинеску. Собеседника он почти не видел. – Но они недолго его продержат. Сегодня же отправят через Лондон в Нью-Йорк, как ты и сказал.
– Под охраной?
– Насколько я понял, без. Чехи и в аэропорт отпустят его одного.
– А насколько надежен наш человек? – спросил голос.
Илинеску пожал плечами.
– Еще ни разу не подвел нас. Нет причин подозревать его в предательстве и сейчас.
– Отлично. – В тени заднего сиденья блеснула белозубая улыбка. – Тогда устроим подполковнику Смиту самое необычное в жизни путешествие. Подавай сигнал остальным. Начинаем немедленно. Роли распределены.
Илинеску послушно взял телефон, нажал кнопку на шифраторе, но вдруг замер в нерешительности.
– Имеет ли смысл так рисковать? – спросил он. – Петренко ведь мертв, украденные материалы уничтожит вода. С основной задачей мы справились. Американец выжил, но разве какой-то там доктор может нам помешать?