Mortal Kombat: Icedpath
Шрифт:
Возмущенный гул усилился втрое еще через несколько минут.
Лю Кэнг, взбесившись окончательно от тактики Милины, рванулся к ней "вилосипедным пинком", его боевой клич упругим эхом отскочил от скал… но ступни проехались по пустоте, а лиловая материя и глубокие янтарные радужные оболочки с вертикальными зрачками, усмехнулись ему. Поймай меня, красавчик. Слабо?
Эденийцы уже рычали.
Саб-Зиро заподозрил неладное. Смертельная Битва рассыпается фарсом, значит ли это, что час снятия масок кладбищенского карнавала пробил?
Он
Синдел зажмурилась.
Синдел вонзила наманикюренные ногти в виски. Словно кто-то жил и слишком громко — в ее черепе. Ее веки подергивались. Саб-Зиро предположил, что так она выглядела в момент реанимации… воскрешения после тысяч лет в семейном склепе. Теперь колдун возвращал королеву к исходной точке.
Император повернулся к жене.
На "сцене" Милина в очередной раз обхитрила Лю Кэнга.
Саб-Зиро привстал с его места, невзирая на злобный шип сзади: "Слышь, сел быстро, не стеклянный!"
Эденийцы улюлюкали, требуя шоу.
Шао Канн обнажил клыки, ужасающе схожие с украшением маски. Шэнг-Цунг сделал пасс рукой.
Синдел расцарапала лоб и щеки, ссадины раздвинулись в бледной неживой коже покорно, словно под скальпелем патологоанатома, выставляя коричневую загнившую плоть.
Вуду, подумал Саб-Зиро. — Некромантия и вуду.
На заднем плане появился и пропал Реин.
Синдел распрямилась.
Милина застыла. Лю тоже.
Потому что королева Синдел закричала.
Цунами заостренного всемогущего ультразвука, от которого лопались барабанные перепонки, и молекулы детонировались антивеществом, опрокинулось водородной бомбой. Эффект схожий: людей посрывало со скал, они скомкались диссоциированным пучком ужаса.
Ничего не могло существовать в радиусе крика. Он — Стихия.
Он катился по телам тысячетонным асфальтовым катком.
"И возвестил первый ангел об Апокалипсисе…"
Кое-кому удалось припасть к земле, зажать руками уши и голову. В числе счастливчиков оказались и Защитники.
Лю Кэнг плюхнулся прямо на арену. Он успел подумать, что теперь-то Милина воткнет в него саи… и ошибся.
Джакс, выругавшись цепенеющими в зашкаливающем ужасе губами, закатился под "сидение".
Китана упала на колени, роскошные волосы рассеялись иероглифическими дорожками гнева… и беспомощности.
Саб-Зиро с каким-то недоумением почувствовал, как зловещие ноты растекаются внутри него…
(Синдел победила. Фаталити. Всем нам).
Эденийцев прижало к камням, они висели на остриях подобно украшениям, переводным картинкам. Их расплющило могучим криком королевы.
Шаткое сооружение серых скал покачнулось детской каруселью. Под вжатым в пористую породу
Королева замерла в экстазе, отпуская затаенную Силу. Сила была грехом, очередным предательством, вроде самоубийства или нынешней лже-жизни… да, она служила Канну.
Так сладко — быть палачом и правой рукой тирана! Так сладко — слушаться приказов…
Синдел кричала.
Шао Канн расхохотался, и его хохот присоединился к звуковому безумию свежей партитурой.
Его план сработал… возиться с идиотским Турниром ему надоело еще в первый раз. Не его методы — стравливать жалких смертных и ждать кто же одолеет.
Если можно ускорить процесс. Некромант-советник подал недурную идею.
Нежить-Синдел — ключ. К Порталу…
На Шэнг-Цунга ультразвук Синдел не действовал тоже. Колдун с клопьей методичностью высасывал души гибнущих людей, и души пищали слабенькими "си" в торнадоподобных аккордах Синдел.
Камнепад размалывал беспомощных зрителей в вопиюще-багровое месиво. Чей-то череп, похожий на чашу с рубиновым вином, треснул подле Саб-Зиро, расплескав содержимое и запачкав темные волосы ниндзя.
Саб-Зиро, все еще выбитый из колеи чудовищным воплем, откатился от глыбы размером с небольшой дом, чудом не расплющившей его.
(где остальные?)
Он попытался встать, но землетрясение, вызванное Синдел, мстило им за осквернение Каньона. Камнепад был везде, Саб-Зиро едва уворачивался от смертоносных по весу кусков, мелкие же давно разбили спину и руки, набились крошкой в мокнущий шрам. Он, извиваясь, заскользил прочь… Он не собирался подыхать сдесь, как муравей, на чей муравейник наступил ботинок. Он увернулся от очередного оползня, двум эденийкам повезло меньше. На Саб-Зиро опрокинулись чьи-то отрубленные ноги и распоротое надвое туловище.
Первобытный животный хаос смел эденийцев.
(черт, надо-действовать… где все? Я должен остановить… если не Синдел, то Канна… что он задумал? Остановить…)
В его лодыжку вцепились чьи-то ногти. Избегая очередной порции камней, он обернулся.
Китана.
— Используй Силу! — он прочитал по губам, в оглушительном топочущем грохоте нельзя расслышать что-либо.
Он кивнул. Он заставит себя… пытка-опять-не-привыкать. Он оторвал голову от проваливающейся земли, в глазах плыли синусоиды.
Сделать. Что-нибудь.
И тут ультразвук Синдел стих. И последовавшая тишина, кою лишь подчеркивали предсмертные стоны добиваемых Шэнг-Цунгом, лязгнула клыками.
Крик — это Синдел. Тишина — Шао Канн.
Нечестная победа — самая сочная виноградная гроздь. И, похоже, Император сорвал ее.
— Портал! — тонко взвизгнула Китана.
Она имела в виду фиолетово-розовую спираль, протянувшуюся посреди неба и земли, словно рассвирепевшие боги скрутили горизонт штопором. Воронка мерно пульсировала — нездоровым сердцем, средоточием черной магии.