Моров. Том 5
Шрифт:
Окунев приземлился среди рядов кресел и залег за мебелью, избегая новых пуль. Из соседних кабинок только сейчас раздались крики боли умирающих людей, не сумевших защититься.
Я спокойно впитал некротический фон из пыточной и, не сводя взгляда с мага смерти, активировал печати.
Безмолвие. Громадная круглая фигура, испещренная порванными нитями, вспыхнула в пространстве над сценой. Щит праха, удерживаемый чародеем, мгновенно осыпался без следа, а поднятые мертвецы вновь рухнули на пол, так и не успев повторно открыть огонь.
Все печати в районе
В этот же миг сработала вторая моя печать.
Под потолком вспыхнул ритуальный рисунок яркого фиолетового света. Из узоров к полу потянулись щупальца. Они стремительно ударили в пол сцены, выбивая из досок пыль. Удар занял лишь мгновение, и к крикам умирающих в других кабинках присоединились еще два: испуганный — пленницы и болезненный — мага смерти.
Щупальца свернулись, сужаясь в точку. Некромант вспыхнул зеленым пламенем, разрывая волшебную плоть. Ступив на доски пола, он одним взглядом остановил летящую в него пулю Окунева. А затем взмахом руки поджег весь ряд кресел, за которым укрывался «Косарь».
Визжащая от ужаса девчонка, которую щупальца не тронули, бросилась прочь, а к сцене, наоборот, устремились остальные охранники чародея. Они открыли огонь на бегу, стреляя по окнам наугад. Один сорвал с разгрузки гранату и швырнул ее в пламя, зажженное некромантом.
Третья печать полыхнула в воздухе. Успевший укрыться за новым щитом мертвых маг смерти остался цел, а вот его помощники спотыкались, делая свой последний шаг. Верхние части туловищ съезжали, чтобы рухнуть на пол рядом с нижними конечностями.
Окунев, успевший сменить укрытие, вновь открыл огонь. Несколько пуль бессильно свистнули в воздухе, сбитые некромантом. А вот заклинание «Косаря», возникшее в это время за спиной мага смерти, он упустил.
Ледяные шипы с треском выросли из сцены под углом, устремляясь к спине чародея. Стихийный удар втиснулся в щит мертвых, но рассыпался. Однако и своей цели он достиг — тени замедлились, обнажая прорехи в защите некроманта.
Потоки некротического фона хлынули в сторону мага смерти из соседних кабинок. Он спешил поскорее насытить резерв, чтобы продолжить бой и восстановить свою защиту. Накопленная энергетика смерти спешила к новому хозяину, чтобы восполнить его силы.
Я усмехнулся, и подпитка сменила направление, устремляясь ко мне. Мой резерв тут же пополнился. Не до краев, но потраченное на печати я вернул. А вот некромант, вынужденный поддерживать свою защиту постоянным вливанием магии, остался без восполнения.
«Косарь» швырнул в сторону врага очередь огненных шаров, заставляя чародея отвлекаться на их отражение. А в этот момент с потолка в некроманта ударил мощный разряд молнии, мгновенно разрушивший и без того потрепанный щит.
Магу пришлось убегать, чтобы не попасть под удары огнешаров. Он рыбкой нырнул со сцены. Но уже в момент прыжка лежащий на досках мертвец, повинуясь
Мозги с кровью и обломками черепа брызнули на доски, оборвав существование мага смерти. Он рухнул на пол у первого ряда кресел и уже не подавал признаков жизни.
Весь бой занял меньше минуты.
Я спокойно перешагнул через окно и, поддерживая собственное тело магией воздуха, спустился к трупу. Жизненная эссенция погибшего впиталась в мой резерв, делая его едва заметно объемнее.
— Это все? — высунувшись из-за кресел, уточнил Василий Владимирович.
— Все, — ответил я, пинком переворачивая тело немца.
На его груди висел небольшой амулет в виде нательного католического креста. Но это — лишь внешняя оболочка. Благодаря магическому взору я видел, что внутри хранился накопитель, сейчас совершенно пустой. Видимо, именно в него некромант и собирал разлитый в кабинках некротический фон. А раз он явился сюда с пустым накопителем, значит, не собирался его поглощать сразу, а передавал кому-то другому.
Курьер с шестью узлами — это серьезно.
Сверкнуло лезвие сакса, магический удар отсек голову немца, и я телекинезом поднял и артефакт, и трофей.
— Допрос? — уточнил Окунев, спокойно подходя ближе.
— Допрос, — подтвердил я. — Нужно быстро проверить, что там в кабинках.
Однако двоюродный дядя лишь плечами пожал.
— После меня там один пепел, можешь убедиться, но я бы не тратил время.
Спокойно кивнув, я направился к выходу. Пора забирать пленников и уходить из клуба.
В этой части здания ни камер для видеозаписи, ни иных следящих устройств не было. Услышать шум сражения из общих помещений тоже невозможно: о звукоизоляции здесь позаботились. Клиенты слишком высокого уровня, собирать компромат на таких может себе позволить далеко не каждый аристократ.
— Тогда уходим, — сказал я и первым направился к выходу.
Массовый сон помог и в этот раз. Иначе всех пленников пришлось бы успокаивать, объяснять ситуацию. А так они просто заснули и не сопротивлялись.
Пригнанный автобус оказался с водителем, так что мы с двоюродным дядей расположились с комфортом на передних сидениях и расслабились. Иллюзия превратила бронированный транспорт в уже зарекомендовавший себя мусоровоз, так что по городу мы ехали без каких-либо проблем.
— Это вопиющее нарушение международных договоров! — гневно глядя в объектив камеры, заявил толстый пожилой мужчина с остатками седых волос вокруг плеши. — Похищение наших подданных, угроза принесения в жертву кровавыми магами под патронажем польской власти! Как монарх благословенной Чехии, я официально заявляю — король Польши должен принести извинения чешской короне и оплатить компенсацию пострадавшим. А все до единого маги ковена магов крови должны взойти на эшафот. Если же этого не случится в течение суток, войска чешской королевской армии нанесут удары по военно-стратегическим целям на территории Польши. Мое слово.