Море волнуется — раз
Шрифт:
— Мне не надо замену, — пробормотал несчастный жених. — Мне ее надо.
— Да ты на себя посмотри! — психанул все-таки Артем. — Немытый, небритый, усы вон уже на шее висят! Сидит, нюни распускает, на работе не появляется!
Эдик развел руками.
— Не могу я, Темыч. Душа ни к чему не лежит.
— Тьфу ты! Прям как баба малохольная! Собирайся давай, поехали.
Близнецы хором полюбопытствовали, куда это он собрался.
— На кудыкину гору! Мы на хрена сюда плыли, а? Всей компанией водку жрать?
От злости сводило скулы. Да на кой черт сдалась она, эта семейная жизнь, если человек — близкий человек, нормальный, вменяемый — вдруг сделался похожим на зомби?! Эдька, который ни при каких обстоятельствах не опускал рук, и все ему было нипочем, и неудач он будто бы не замечал, а пер себе дальше. Неторопливо, упрямо, уверенно, словно запрограммированный на успех.
А что сейчас? Из-за какой-то девицы — будь она триста раз красавица и умница! — так изводиться! Душа у него, блин, ни к чему не лежит!
Артем никак не мог взять в толк, при чем тут душа. Ну, поругались с бабой, ну, та психанула и была такова, так догони, разберись! Покайся, уж если на то пошло. Или плюнь и забудь. Куда проще?
А, ну да, Эдька же собирался жениться по любви, вспомнилось вдруг. Наверное, в этом вся загвоздка.
— Я не знаю, где она работает, — неожиданно признался Эдик.
— Как это? — удивился Степан. — Ты же вроде говорил, что на работе с ней познакомился.
— Ага, — Эдик вдруг улыбнулся, просветлев от воспоминаний, — она по поручению босса приехала в Анапу, а я там переговоры вел. Ну, помните, с Ляплиевым.
Степка с Сенькой кивнули, что помнят.
— Ну вот, мы там, в его конторе, и столкнулись. Я на нее налетел, кретин неповоротливый! А она бумажки рассыпала, а я…
— Короче, понятно, — остановил его Артем, догадавшись, что история знакомства может затянуться часа на два. — Дальше что?
— Что? А все, я влюбился, — Эдик улыбнулся еще шире, — вот так, с первого взгляда. Мужики, вы не поверите, но…
— Мужики верят, — снова резко вмешался Артем, — давай заканчивай с романтикой, переходим к делу. У этого… как его… Ляплиева можно узнать адрес ее фирмы?
Эдик пожал плечами и пробормотал, что это ни к чему.
— Как это ни к чему? — возмутился Семен. — Так ты хочешь с ней мириться или нет? Между прочим, у тебя свадьба меньше чем через неделю! Мы надеялись драку устроить с официальным предлогом!
— Ага, надеялись, — поддакнул брат.
— Не будет никакой свадьбы, — сказал Эдька, окончательно поникнув.
Артему очень захотелось треснуть его чем-нибудь тяжелым. Он даже огляделся в поисках подходящего предмета, от злости забыв, что собственный кулак весит полпуда.
— Кончай этот скулеж, а?
— Погоди, Темыч, не ругайся ты на
— Так надо делать, чтоб было хорошо! Какого лешего истерики-то закатывать?
— Ну, не могу я к ней пойти, понимаете? — заорал Эдик. — Ни черта вы не понимаете!
— Очень гордый, да? — прищурился Артем.
— Да при чем тут гордость, — отмахнулся несчастный влюбленный.
— Прям Москва слезам не верит, — пробормотал сентиментальный Семен. — Ты ее любишь, а где искать не знаешь… А мы на что? Команда верных друзей немедленно отправляется на поиски утраченного!
— Брось свои шуточки, — скривился Сенька.
— Я не шучу. Поехали, сами ее найдем, раз уж Эдька не может.
Эдик на самом деле не мог. Он взялся объяснять им, что это совершенно бесполезно, что они и раньше ссорились, но никогда дело не доходило до такого, а раз дошло, значит, Глафира его больше не любит.
— Раз не любит, нечего сопли на кулак наматывать, — раздраженно проговорил Артем. — Ребята подыщут тебе достойную замену.
— Заколебал ты со своей заменой! — еще громче заорал Эдик.
— Ни фига себе! — восхитился кто-то из братьев. — Во его крючит!
— Тебя бы тоже скрючило! — огрызнулся и на них Эдуард. — Что вы в этом понимаете-то? У вас же бабы каждую неделю меняются!
— Ничего подобного, — с жаром возразил Семен, — я с Танюшкой два месяца встречаюсь!
— Поздравляю! — зло сказал Эдик. — Прогресс налицо! Лет эдак через тридцать созреешь до гражданского брака, а к старости — так вообще и жениться решишь!
— Очень смешно, — ехидно откликнулся Сенька. — А может, мне и так хорошо? Может, я вовсе жениться не намерен!
— А я вот намерен!
— Так иди и женись!
— И пойду!
— Куда пойдешь? Ты даже адреса не знаешь!
— Брейк! — весело завопил Степан.
На некоторое время установилась тишина, в которой раздавалось лишь сердитое сопение Эдика, да с досадой кряхтел герой-любовник Семен.
— Ну? Чего решили? — угрюмо справился Артем.
— Ничего. Давайте напьемся, а потом я со скалы брошусь, — в том же тоне отозвался Эдуард.
— Ну-ну.
— Вот тебе и ну-ну! А ты бы что на моем месте делал?
Артем вдруг подумал, что с удовольствием оказался бы на этом самом месте… Потому он и злится на Эдика, что завидует.
Очень глупо! Неужели ему хочется вот так же беспомощно бегать по комнате и всерьез утверждать, будто «душа не лежит ни к чему»?! Может, у Артема солнечный удар, а? Правда, солнца нет и в помине.
Зато есть ветер и шторм. Вот с этим он умел справляться! А с неожиданными нелепыми мыслями — не получалось.
— Давай все-таки мы отвезем тебя к ней, — сказал Артем, прекрасно зная, что Эдька, единожды решив что-то, от своего не отступится.