Мор мечей
Шрифт:
В первый раз в жизни Габриэль наблюдал бой со стороны. Да, это была всего лишь мелкая стычка, но люди умирали так же, как и в великих битвах. Ему не нравилось смотреть.
Габриэль дергался. Ему хотелось броситься наверх вместе с Зеленым отрядом, а потом вместе с Красным. Он боялся потерять Изюминку, Дэна Фейвора, Тома, Смока. Всех.
– Плохой из меня солдатский император, – буркнул он.
Постепенно он подъезжал все ближе и ближе. Его отряд – и герцогиня Веники – следовали за ним.
Вардариоты Зака пошли рысью.
– Сражайтесь как следует, братья! – крикнул он. – Кесарь смотрит!
Вардариоты заорали и ринулись вперед. На ярком солнце вспыхивали сабли и горели красные куртки.
Они тоже заехали на самую вершину и исчезли в облаке пыли.
Изюминка подняла забрало, прокляла Тома Лаклана и сплюнула в пыль. Отпила из фляги, взятой у оруженосца. Вокруг люди в зеленых сюрко снимали шлемы, пили воду и пытались отдышаться. Красные налетели на врага и снесли его с вершины холма. Схватка продолжилась там.
Изюминка отдала флягу своему новому пажу, Ромни.
– Попей, парень. Где Фейвор, черт его дери?
Как будто в ответ, солнце сверкнуло на стали в лесистой долине справа от нее. Она довольно кивнула.
– Коноводы! – крикнула она. – Справа!
Капитан митлийцев выехал вперед, подняв копье с белым лоскутом. Его оттеснили к восточному краю возвышенности, а позади уже виднелся отряд Дэна Фейвора. Капитана сопровождал десяток бойцов покрупнее. Том Лаклан двинулся ему навстречу вместе с Майклом. У него за спиной лучники уже раздевали мертвецов.
– Мы пришли изложить свои условия, – сказал темноволосый капитан.
– Нет, – возразил Том. – Сложите оружие или деритесь. Никаких условий, никаких переговоров.
– Пошел к черту, – ответил митлиец и напал.
Копье ударило прямо в грудь Тому. Он свалился с седла, оставив Майкла наедине с десятком врагов.
Майкла поразила глупость митлийцев. Он выхватил меч и отбил копье, прошедшее с левой стороны седла как напоминание о смерти, а потом вложил весь свой вес в контрудар. Меч не смог проткнуть чужой шлем, но сила удара вынесла врага из седла.
Майкл получил два удара, отбил один и вырвался из окружения.
Оставшиеся в живых митлийцы строились для атаки. Майклу показалось, что поведение собственного капитана удивило их не меньше, чем его самого. Позади них люди Фейвора уже натягивали луки. Робин Хасти и Канни, невидимые за спиной сэра Майкла, переглянулись и выстрелили.
– Какого хрена они делают?
Робин вогнал стрелу в коня в пятидесяти шагах. Митлийцы не озаботились доспехами для лошадей – длинных луков они раньше не видели.
Плохиш Том встал на ноги.
– Его так просто не возьмешь, – сказал Канни. – Прекращай стрелять!
– Редут на реке готов сдаться, – сказал герольд, сглотнув. Он боялся.
С кинжала Тома Лаклана капала кровь. С перчатки тоже. Он
Убили всех. Красные и зеленые стреляли, пока не упал последний солдат, а рыцари прикончили выживших. Выкупа не брали, пленных тоже.
– Пощады не будет, – сказал Том.
Сэр Майкл все еще оставался в седле, и горячка боя его миновала.
– Том. – Он коснулся плеча горца молотом. – Сильно.
Лаклан встал.
К счастью для всех, включая герольда, на вершине появился император со своими приближенными. Они ехали быстрой рысью, пока вардариоты пробирались обратно через лес. Поверх золоченой брони на императоре красовалось алое бархатное сюрко. На поясе висел меч, но в руке он сжимал простой жезл из белого дерева. Он махнул жезлом Тому и натянул повод. Нордиканцы тоже придержали коней. Харальд Деркенсан выкрикнул что-то на родном языке, и все нордиканцы разом спешились и взялись на топоры.
Император оглядел гору трупов.
Майкл открыл забрало.
– Ваша милость, капитан напал на нас, подняв белый флаг.
– Что? – поморщился Габриэль.
Герцогиня Веники полюбовалась на труп, который пнул Том.
– Кастильоре, любимчик герцога. Ты вырос в моих в глазах, – сообщила она Тому.
Том изобразил довольно пристойный поклон. Он уже успокаивался, только лицо оставалось багровым. Герольд рухнул на колени.
– Прошу пощады, господин, – взмолился он на неплохой архаике.
– Пощадить, – выплюнул император и двинулся дальше. – Зак! Вперед.
Командир вардариотов взмахнул булавой, и его всадники бросились на запад. Дорога была открыта.
Лаклан обнял испуганного герольда.
– Прости, парень. Черт попутал. – Он поскреб подбородок, и с бороды отвалился кусок засохшей крови. – Пусть сдаются, чего уж там.
Часом позже лодки на веслах прошли мимо укреплений, которые могли бы перекрыть путь через реку огнем из двух тяжелых катапульт.
Обоз проехал вдоль возвышенности нетронутым, не замедляя движения. Схоларии тряслись в арьергарде, глотая пыль и проклиная императора. Сэр Георгий пустил свою великолепную ифрикуанскую кобылу в галоп, чтобы передать недовольство солдат лично командующему. Император кивнул ему. Он смотрел на запад, вдоль реки Терно. Там уже виднелись горы, напоминающие зубы какого-то чудовища.
– Для человека, который наследует империю, я достаточно наглотался пыли, – сказал Комнин.
Изюминка уже сняла доспехи. Ей перевязывали руку. Обнаженному по пояс сэру Данведу зашивали рану. Он казался спокойным, но много ругался.
– И все же глотать пыль лучше, чем драться, – ухмыльнулась Изюминка. – Ай! Мать твою!
– Завтра вы поменяетесь, – ответил Габриэль. – Впереди длинная узкая долина, где герцог может угощать нас подобным образом каждый день, пока у него не закончатся наемники.