Монгол. Черный снег
Шрифт:
Я смотрел на него, пытаясь прочитать что-то в его лице. Его слова звучали правильно, но я знал его слишком хорошо. Если Ашар что-то предлагал, он всегда думал о своей выгоде.
— Почему ты хочешь мне помочь? — спросил я, медленно затягиваясь сигаретой.
— Потому что я знаю, на что способен Батор, — сказал он. — И потому что… — он замолчал, его взгляд стал ледяным. — Ты, может, и не помнишь, Тамир, но мы были друзьями.
— Были, — резко бросил я.
Тонкая трещина пробежала по его ухмылке. Он откинулся на спинку стула, будто
— Ты всё ещё злишься из-за неё, да?
Моё сердце заколотилось сильнее. Я не дал себе показать это, но его слова резанули, как нож.
— Ты про Диану? — я усмехнулся, хотя в голосе звенела сталь.
— Ну а про кого же ещё? — ответил он с издёвкой.
— Мы не поссорились из-за неё, — тихо сказал я, но в моих словах звучала угроза.
— Правда? А я помню иначе, — он склонил голову, глядя мне прямо в глаза. — Ты тогда чуть не размозжил мне голову.
— Потому что ты заслужил это, Ашар, — отрезал я.
Он улыбнулся, но в его глазах было что-то тёмное. Что-то знакомое, но ненавистное.
— Ты ведь понимаешь, что она никогда не будет твоей? — произнёс он, будто между делом. — Она смотрела на тебя, как на старшего брата или отца. Ну и с нашей эммм профессией…особо к женитьбе не располагает. Да и ты особо не ходок по бабам.
Я резко выдохнул, чувствуя, как внутри всё закипает.
— Заткнись, — бросил я.
— Ладно-ладно, — он поднял руки, будто сдаваясь. — Я просто вспомнил старые времена. Не сердись.
Сука. Слишком хорошо он умел бить туда, где больно. И он знал, что я это понял.
— Что ты предлагаешь? — резко сменил тему я, чувствуя, что разговор заходит не туда.
Он снова подался вперёд, его голос стал мягче, почти конфиденциальным.
— Я могу договориться с Батором. У меня есть связи, Тамир. Знаю людей, которые могут уладить это.
— Уладить…ты мне об этом уже говорил, может хватит повторять одно и тоже? — усмехнулся я, холодно. — Ты думаешь, он просто послушает?
— Не послушает, — он прищурился, — но успокоится. Если я скажу, что ты готов с ним "дружить", он поверит.
— Играть по его правилам? — сквозь зубы спросил я.
— Это только временно, — ответил он, его взгляд был слишком уверенным. — Это даст нам время.
Я смотрел на него, чувствуя, как внутри меня всё скручивается. Его голос, его манеры, его слова — всё это кричало: не доверяй. То есть о требовании Батора убить Тамерлана он не знал…Или знал?
"Ашар слишком спокоен. Слишком уверенно говорит. Как будто всё уже решил за меня."
— Хорошо, — сказал я после паузы. — Сделай это.
Его лицо расплылось в довольной улыбке.
— Ты не пожалеешь, брат.
— Только если ты меня не подставишь, — резко бросил я, глядя прямо ему в глаза.
Он поднял руки, изображая невинность.
— Ты же знаешь, я всегда за своих.
— Да уж, — бросил я, вставая. — Ты всегда за себя,
Я ушёл, оставив его в этом вонючем баре. В голове гудело. Его слова, его взгляд, его манеры. Всё это сидело у меня внутри, как яд.
"Наблюдай за ним. Не доверяй."
Эти мысли били по моему мозгу, пока я выходил в ночной холод. И я знал: Ашар замышляет что-то. Вопрос только в том, что именно.
Я вышел из бара, но его запах ещё какое-то время, казалось, преследовал меня. Эта гнилая смесь табака, дешёвого виски и дешёвых слов. Ночной воздух ударил в лицо, холодный и острый, как лезвие, но меня это не отрезвило. Моя голова гудела, вены пульсировали.
Я закурил. Руки дрожали, но я убедил себя, что это не от злости, не от подозрений. Сигарета задымилась, а я уставился в тёмное небо, разрывая в себе его слова на части.
"Я могу договориться с Батором. Это даст нам время."
Бля, Ашар, а почему я тебе не верю? Почему твоя улыбка, твои уверенные фразы кажутся мне не спасением, а петлёй? Ты думаешь, что меня на этом можно поймать?
Пепел упал на куртку. Я резко смахнул его рукой и пошёл к машине, гулко хлопнув дверью, как будто это могла вытолкнуть из моей головы его образ.
Диана.
Её имя прокололо мой мозг, как игла. Я вспомнил его тон, когда он говорил о ней. Спокойный, безразличный, почти язвительный. Словно он всё ещё пытался меня задеть, вывести из равновесия. "Она смотрела на тебя, как на старшего брата."
Я стиснул зубы так сильно, что скулы заболели. Ашар умел это. Умел подливать масла в огонь там, где оно уже полыхало. Он знал, что Диана для меня — не просто человек. Что её присутствие, её прикосновения, её проклятые глаза — это как баланс между тем, что держит меня в здравом уме, и тем, что сводит с ума окончательно.
— Сука, — выдохнул я, резко завёл машину и дал по газам так, что покрышки взвизгнули.
Глава 26
Я вернулся домой поздно. Слишком поздно, чтобы что-то чувствовать, кроме усталости. Голова гудела, как будто кто-то невидимый колотил по черепу молотом. В висках пульсировало. Мысли о Баторе, о грёбаном Ашаре и о том, куда всё это катится, тянули вниз, как якорь.
Открыл дверь, даже не включая свет. Шагнул внутрь и замер.
Тишина.
Не просто обычная, ночная тишина. Это была другая тишина. Она казалась плотной, как бетонная плита. Как будто в доме больше никого не было.
Я поставил ботинки в коридоре, слишком медленно, прислушиваясь к каждому звуку. Ничего. Ни единого шороха.
— Диана? — позвал я, но голос прозвучал глухо.
Ответа не было.
Что-то холодное, липкое поползло по спине. Инстинкт. Он всегда работает, когда дело касается чего-то неправильного. Когда что-то не так.