Молочник
Шрифт:
– Спасибо, - произнесла Луна, после чего достала журнал "Придира" и продемонстрировала мне.
– Свежий номер. Папа написал про возрождение Сам-Знаешь-Кого. Никто не верит Дамблдору из-за шумихи, поднятой огнекрабами, которые щипают министра за ягодицы, но мы же знаем, что директор говорит правду.
– Знаем. Только что делать с этим знанием, даже не представляю.
При взгляде на девочку в груди появилось томление... Она повзрослела и прибавила объёмов в интересных местах. Я тоже повзрослел и понял, что наступил тот момент, когда уже не смогу воспринимать Луну как подругу. Она кажется самым идеальным
– Луна, спасибо тебе за всё. Ты всегда была рядом со мной, всегда поддерживала и помогала. В прошлом году и вовсе спасла жизнь, рискуя многим. Ты самая замечательная девушка в мире! Я не привык доверять людям, но ты редкое исключение, словно свет в царстве тьмы. В мире существует мало людей, ради которых я готов свернуть горы, ты среди них находишься на первом месте.
Лавгуд покраснела и запаниковала, она взяла в руки журнал и стала с серьёзным видом в него смотреть, будто нашла что-то интересное. Что она не читает, было ясно, ведь журнал она взяла вверх тормашками. Похоже, что девочка смутилась и не знала, как реагировать на мои слова. Я застал её врасплох... В купе повисло неловкое молчание.
Раздался гудок, предупреждающий о скором отбытии. Поезд набрал скорость, за окном мелькали дома. К нам в купе заглянул пятикурсник Гриффиндора - Невилл Лонгботтом. Его круглое лицо горело от напряжения: одной рукой он тащил чемодан, другой держал свою жабу, которая норовила вывернуться.
– Привет, Гарри, - пропыхтел он.
– Привет, Джинни. Всюду забито, не могу место найти.
Тут же обнаружились те, к кому он обращался, они подошли с другой стороны - Гарри Поттер и Джинни Уизли. Луна как-то излишне радостно восприняла появление чемпионов, хотя прочитать это на притворно спокойном лице сумел бы лишь человек, который её хорошо знает.
– Ничего не всюду, - возразила Джинни.
– Здесь полно места. Здесь только полоумная Лавгуд и бешеный Криви.
Невилл пробурчал что-то в том смысле, что не хочет никого беспокоить.
– Не будь дураком, - засмеялась Джинни.
– Они не будут возражать соседству с двумя чемпионами!
– Идите в жопу!
– спокойным тоном произнёс я.
– Эй, ты чего?
– сказала Джинни.
– Привет, Луна. Можно нам к вам?
Луна оторвалась от журнала и подняла на гриффиндорцев глаза. Скользнув по Невиллу, её глаза остановились на Гарри. Она кивнула.
– Спасибо, - улыбнулась ей Джинни.
– Вы что, не слышали? Я вам сказал: вы в жопу, мы в Хогвартс. Нечего меня игнорировать. Чемпионы, они, понимаешь! Зашла звезда ютуба и сразу начала с оскорблений. Валите отсюда в тамбур, там на чемоданах своих езжайте!
Невилл и Гарри смутились и стали отводить глаза, а Джинни нахмурилась и стала бросать на меня гневные взгляды, её ноздри хищно раздувались.
– Колин, пусть садятся, - успокаивающим тоном произнесла Лавгуд.
– Джинни не хотела нас обидеть, у неё такая манера общения.
Невилл неразборчиво пробурчал что-то вроде извинений.
– Ну, прости,
– Извините и здравствуйте, Луна, Колин, - кивнул нам Поттер.
– Ладно, заходите, но будете обзываться, не посмотрю на титулы, выкину за шкварник в тамбур.
Гарри и Невилл положили три чемодана и клетку с белой полярной совой на багажную сетку и сели. Луна смотрела на них поверх перевёрнутого журнала. Изредка она моргала, но гораздо реже, чем нормальные люди. Она всё таращилась и таращилась на Гарри, который сел напротив неё рядом со мной и теперь жалел об этом. Девочка явно сравнивала нас - оба в очках, со шрамами, только один темноволосый, другой блондин.
– Хорошо провела лето, Луна?
– спросила Джинни.
– Да, - потусторонним голосом ответила Лавгуд, не сводя глаз с Гарри.
– Да, очень даже неплохо. А ты - Гарри Поттер, - добавила она.
– Я и сам об этом догадываюсь, - сказал Гарри.
– Нет, это я Гарри Поттер! А он клон, - показал я указательным пальцем на Поттера.
Невилл хихикнул. Луна перевела на него бледные глаза.
– А кто ты такой, я не знаю.
Почему-то в этой фразе мне послышалось: "Вы кто такие и какого чёрта к нам припёрлись?". Эх... Луна очень культурная и терпеливая девочка, она не может отказать пусть бывшей, но всё же подруге, даже если та начинает общение не с приветствий, а с оскорблений. Мне хотелось добавить: "Кто вы? Я вас не знаю. Свалите и дверь запилите!".
– Я никто, - быстро сказал Невилл.
– Неправда, - резко вмешалась Джинни.
– Невилл Лонгботтом - Луна Лавгуд и Колин Криви. Луна и Колин на одном курсе со мной, но на Райвенкло и на Пуффендуе.
– Ума палата дороже злата, - сказала Луна чуть нараспев.
– Прими мои соболезнования, Невилл. Только что слышал о твоём отце.
Подняв перевёрнутый журнал так высоко, что её лица не стало видно, Лавгуд замолчала. Гарри вскинув брови, посмотрел на Невилла.
– Колин, мне действительно жаль, - сказал Гарри.
– Джинни не хотела тебя обидеть.
– Ладно, проехали. Она пыталась убить меня, я...
– хотел сказать: "Я хотел убить её, так что теперь мы квиты. Один-один!".
– Хм... сделаю вид, что забыл об этом.
Джинни отвела взгляд в сторону, словно не замечая меня, но было видно, что ей стало некомфортно. Луна опустила журнал и посмотрела на меня с лёгким осуждением. Но ей можно, к тому же она знает о том, благодаря кому по той же схеме Джинни стала чемпионкой на Турнире Трёх Волшебников.
– Что случилось с твоим отцом, Невилл?
– спросил Поттер.
– Его убили, - всхлипнул Лонгботтом, он осунулся и задрожал.
Поезд, громыхая, ехал уже по открытой местности. День был странноватый, неустановившийся: то вагон был полон солнечного света, то набегали мрачные тучи. В купе повисла тишина, никто не знал что сказать.
– Пожалуй, мы пойдём, найдём знакомых, - поднялась Джинни.
Гарри и Невилл тут же засобирались, они с радостью хотели покинуть купе и сделали это раньше Уизли.