Молчи, терпи
Шрифт:
Королева вновь услышала шаги позади себя. Принц не желал оставлять ее, заканчивать беседу на такой звонкой раздражающей ноте. Он шел медленно, но уверенно. Александр смущенно наклонился вперед, сократив расстояние… На каменной дорожке лежали чуть пожухлые лепестки опавших на ветру цветов…
– Я лишь хотел сказать, что Вы удивительны.
Голос Александра стал мягче и тише, он напомнил Эльзе тот тяжелый
– Не Вы один так считаете.
Джек.
Он появился слишком резко, словно взялся из ниоткуда. Его светлые волосы серебром переливались на свету, поблескивали впереди. Королева подняла взгляд к мужу и закусила губу. Она не ожидала встретить молодого правителя так скоро. Солнце показалось девушке слишком ярким, горячим… Словно кто-то шустро подкладывал поленья в небесный огонь, заставляя его гореть все ярче.
– Боюсь, что помешал…
– Нисколько, – резко ответил Александр. – Мы уже обговорили наши дела, – полушепотом добавил он.
Принц Южных Островов остановился, щелкнул каблуками туфель и кротко кивнул королеве. Молодому королю он не сказал ни слова, лишь развернулся и зашагал прочь. Несколько слов не заставят его забыть услышанное ранее, потушить пожар, что уже разгорался в его ледяной душе.
Александр скрылся за поворотом, исчез за изгибом живой темно-зеленой изгороди. Дыхание Эльзы сбилось, стало чуть громче. Девушка вновь опустила взгляд. Ее голубые глаза вспыхнули от страха, а пальцы чуть заметно дрогнули. Она боялась супруга…Джек ни разу не ударил ее, не сказал злого слова… Но тон его, жесты, взгляды – все в честолюбивом юноше заставляло королеву трепетать от нарастающего ужаса.
Молодой правитель не сказал ни слова.
Он смерил Эльзу жестким взглядом, которым обычно оценивают дорогую вазу, и неосторожно взял ее за бледную руку. Запястье девушки кольнуло болью, свежие отметины дали знать о себе. Девушка вздрогнула, но не одернула руки. Она смиренно ждала приговора, терпела страх, колотивший по ребрам, и кусала измученные ранами губы.
Джек все так же молчал. Он потянул Эльзу за собой, направляясь к замку, шагал быстро, стараясь наступить на каждый лепесток, размазывать их по земле… В минуты злости принц особенно любил ломать все вокруг, портить вещи, оставленные на его пути. Словно демон нашептывал ему столь злые мысли, внушал ненависть к собственному окружению, к людям, вещам и лицам…
– И долго это длилось? – спросил Джек
За звуком его резких, порывистых шагов королева не смогла различить слов. Ей пришлось додумать смысл фразы, выдумать слишком раздраженный тон, чтобы ответить… Девушка вздрогнула, и Джек заметил ее ужас. Он сделал вид, будто ему нет никакого дела, но разозлился лишь сильнее. Если Эльза начала беспокоиться, значит… Значит, подозревает он не зря?
– Нет, – тихо ответила смущенная королева.
– Почему я должен узнавать о том, где пропадает моя жена, от тупоголовых местных горничных?
Джек продолжал шептать, но слова выплевывал резко. Он нахмурил аккуратные брови и чуть ускорил шаг. Жесткие пальцы принца впивались в белоснежную руку Эльзы, они вновь оставят на ее запястье свои следы… Может быть, они сойдут до того, как кто-то заметит? Может быть, их место не успеют занять другие, более резкие и болезненные следы его касаний?
– Я…
– Ты решила, что не нуждаешься в объяснениях?
Девушка вздрогнула. Ей показалось, будто в коридоре в один миг слишком сильно похолодало, словно стены сковало льдом, заключило в морозные объятья. И где же эти чертовы слуги, почему они драят нижние комнаты сейчас, в эту самую минуту? Ничей взор не обратится к королеве в минуту нужды, ни одна рука не ляжет ей на плечо, словно в поддержку…
Королева молчала.
Ни одного слова не пришло ей на ум, нечем оправдаться. Мысли сбились в единую кучу, плотно жались другу к другу, словно пытаясь сплестись воедино… Из бесконечного потока разорванных мечтаний нельзя выхватить ни единого внятного объяснения. Джек начинал злиться, и чем сильнее становился его гнев, тем страшнее становилось Эльзе, тем холоднее было в наглухо запертых комнатах.
– Разве так ведут себя любящие супруги? – спросил Джек, чуть наклонившись к своей королеве. – Разве они покидают их в минуту нужды?
Эльза могла задать Джеку встречный вопрос об обязанностях верных и любящих супругов... Но он бы нашел, как ответить молодой королеве.
– Вы спали, мой король, – тихо вымолвила Эльза. – Разве могла я прервать Ваш сон?
Джек закусил губу. Настала ли его очередь смущаться?
Нет. Молодой правитель нисколько не горевал о том, что обвинил королеву в глупом надуманном преступлении. Он не видел в этом своей вины, не чувствовал угрызений совести или элементарного стыда.