Молчаливый
Шрифт:
Его глаза погрустнели.
— Я договорился с семьей Уизли, они были бы рады видеть вас в гостях на весь август. Вас обоих или по отдельности. Мисс Грейнджер, если вы хотите, вы можете возвращаться к родителям, и потом либо принять приглашение миссис Уизли, либо приехать в Хогвартс уже к началу учебного года.
Гермиона заколебалась, а я решил уточнить кое-что.
— А мне вы предлагаете вернуться до августа
Не то чтобы я их опасался, но я уже узнал о существовании системы Контроля магии, и не хотел подставляться лишний раз за пределами замка.
— Если ты хочешь, ты можешь вернуться к Дурслям, Гарри, — ответил Дамблдор. — А потом я бы настоятельно рекомендовал тебе навестить Рона и Джинни: общество близких людей, возможно, будет теми положительными впечатлениями, которые позволят тебе вернуть память.
Разумная мысль... Душевнобольных часто разрешали посещать близким родственникам, и душевное тепло иногда возвращало их к жизни лучше, чем немногочисленные специалисты по ментальной магии. Странно, что для начала он предлагал мне навестить тех, от кого положительных воспоминаний у Поттера не было никаких, если верить Сириусу. Учитывая, что Уизли очень бедны... Нужно будет подумать, как компенсировать им пару лишних ртов.
— Если вы не возражаете, директор Дамблдор, — подумав, ответил я, — я бы хотел остаться в Хогвартсе. У Дурслей я не смогу практиковаться в магии и отстану от сверстников. К тому же, там нет такой замечательной библиотеки. Да и крёстный обещал помочь мне с практикой по чарам и защите...
— Я бы хотел, чтобы часть практики по чарам и защите у тебя была с профессором Флитвиком, Гарри, — покачал головой Дамблдор. — Сириус Блек очень сильный и довольно искусный маг, но... его репутация в стране делает его не слишком подходящим наставником.
— Хорошо, сэр, — я кивнул, не став выяснять, что в действительности не устроило Дамблдора в кандидатуре Блека.
— А я съезжу к родителям, — кинула на меня извиняющийся взгляд Гермиона.
Дамблдор, как и в прошлый раз, погрузился в изучение недр своего необъятного стола. Наконец он с заметным трудом вытащил весьма увесистый мешок, размером примерно с голову человека, и со звяканьем поставил его на стол.
— Министр Фадж распорядился передать его тебе, Гарри. Турнир Трёх волшебников официально выиграла Англия, но торжественной церемонии из-за гибели Седрика Диггори не будет. Это твой выигрыш за победу — ровно тысяча галлеонов.
Это хорошо... Деньги лишними не будут, а я многое хотел бы купить в ближайшее время.
Рядом с мешком лёг на стол небольшой кружок из белого и жёлтого золота.
— А это медаль победителя Турнира, — улыбнулся Дамблдор. — По обычаям волшебного мира ты можешь носить её в любое время.
— Пожалуй, это не самая лучшая идея, сэр, — скромно ответил я. Глупо
— И это тоже хорошая мысль, Гарри, — величественно кивнул директор.
========== Глава 8. Испытание. ==========
9 июля 1995. Косой переулок.
— Ты уверен, что мы в безопасности? — подозрительно уточнил я у крёстного, который в своей маскировке ограничился мантией с накинутым капюшоном.
— Аврорат недавно получил в подарок от оставшегося неизвестным благотворителя небольшую партию оч-ч-чень интересных амулетов, — хмыкнул Сириус, глубже надвигая капюшон на лицо. — Будучи в руках искусного мага, они предупреждают о том, что в радиусе десятка метров появился человек под Оборотным зельем. А в Косом переулке есть места, где ширина просвета между домами несколько меньше. Так что по дороге мы обязательно пройдем через несколько аврорских постов.
— Они так серьёзно подходят к делу? — удивился я. — В прошлый раз, когда я тут был, не ходило ни одного патруля.
— Это всё Грюм, — фыркнул Сириус. — Он как-то добился аудиенции у Фаджа и запугал его «уж-ж-жасным Блеком». Так что по некоторым участкам Англии теперь ходят полные патрули: с амулетами-детекторами Оборотного, с шарами, реагирующими на темные артефакты, а отдел Тайн раскошелился на собачек. Пусть они думают, что ловят меня, но в действительности Грюма интересовали слуги Лорда. А аврорам в конечном итоге наплевать, меня они будут ловить или же кого-то другого, с карманами, полными тёмных артефактов. Так что неудачливому слуге Лорда тоже не позавидуешь: сейчас попасться аврорам и разозлённой итогами Турнира Боунс — значит, получить очень большие проблемы.
— Что за собачки?
— О-о-о! — заржал Блек, — это очень милые создания. Впрочем, нам они не опасны: у меня с собой только палочка и ни единого артефакта. Так что обнаружить меня они смогут, только если будут сдирать капюшоны с каждого прохожего, которому не нравится погодка. А такого приказа у них точно нет, иначе Аластор предупредил бы.
Шлёпая сапогами по лужам, мы лавировали между закутанными в плащи или мантии с капюшонами волшебниками. Обещавшая с утра быть солнечной погода к обеду резко испортилась, и теперь небо было скрыто свинцово-серыми тучами, то и дело капал противный мелкий дождик, сменявшийся настоящим ливнем.
— Сейчас свернём с основной улицы, и будет потише, — произнёс Сириус, слегка севшим голосом.
Перед нами в нескольких метрах был первый аврорский пост — пятеро волшебников, стоявших под импровизированным навесом из брезента. Четверо бдительно осматривали прохожих, пятый сидел за небольшим столиком с различными хитрыми устройствами. Рядом с ними сидела странная чешуйчатая зверюга, на собаку похожая разве что размерами. Вытянутый нос твари изгибался то в одну, то в другую сторону.