Могол
Шрифт:
Их губы соприкоснулись. Он положил свою руку на ее ладонь. Ему с трудом верилось в происходящее. В то, что в его объятиях оказалась мусульманская принцесса.
Она взялась за персик рукой, и Ричард отодвинул голову. Персик полетел на пол, ага обеими руками притянула его голову к своей. Их губы сомкнулись, и Ричард почувствовал прикосновение ее языка.
Он не знал, что делать со своими руками. Но еще до того, как он на что-то решился, принцесса откинула голову.
— Кто послал тебя ко мне? — спросила она.
— Мансур Али из
— Мансур?! — улыбнулась она. — Он верный слуга. Думаю, Блант, у тебя есть, что дать мне в подарок. Дать то, чем ты владеешь. Здесь и сейчас.
Он потянулся к ней. Принцесса засмеялась и встала. Не успел он и глазом моргнуть, как сари соскользнуло с нее на пол. Она, переступив одежду, направилась к бассейну. Медленно спускаясь в воду по ступеням, она давала Ричарду время насладиться привлекательностью ее тела. Как он и предполагал, она была отлично сложена и очень соблазнительна. Отплыв к другому концу бассейна, она повернулась к нему лицом. Ее волосы были искусно собраны и скреплены золотой заколкой.
— Вам не жарко, Блант? — спросила она.
Ричард не мог остановиться на полпути. Он скинул туфли, разделся, каждую минуту ожидая, что его схватят стражники и потащат на ужасную казнь, обвинив в святотатстве и, несомненно, в оскорблении правителя.
А ведь он совсем недавно говорил Дею, что приехал в Индию не для того, чтобы спать с женщинами.
Принцесса стояла в дальнем конце бассейна, облокотившись спиной о мозаичную стену из плиток, раскинув руки в стороны и положив их на край водоема. С каждым вздохом ее маленькие, совершенной формы груди появлялись из воды, чтобы через мгновение исчезнуть снова.
Опустившись в бассейн, Ричард увидел, что глубина в нем всего около пяти футов. Раздвигая грудью воду, он двинулся к улыбающейся принцессе.
— У вас прекрасная фигура, Блант, — заметила она. — Вы собираетесь заставить меня кричать от удовольствия?
Непонятно, то ли она хотела этого, то ли нет, но Ричард был уже рядом с ней. Она могла почувствовать его прикосновение. Ага обвила шею молодого человека руками и поцеловала его. Затем ее ноги раздвинулись в разные стороны, чтобы обвить его бедра.
Он вошел в нее прежде, чем сообразил, что делает. Она громко вскрикнула, то ли от боли, то ли от удовольствия. Его тело, крепко обвитое руками и ногами женщины, оказалось полностью в ее власти.
— Ты варвар, — выдохнула Джахан-ага ему в ухо. — Варвар! — Она откинула голову. — Отнеси меня на софу.
Ричард поднял ее на руки и по ступенькам вынес наверх. Около дивана он остановился в нерешительности: они ведь мокрые, однако ее это совершенно не волновало, и через мгновение они уже лежали среди подушек.
— А сейчас... — начала было принцесса.
— Ваше высочество, — запыхавшись вбежала во внутренний дворик одна из служанок, — ваше высочество...
Ага села.
— Тебя высекут, — резко бросила она. Ее голос походил на удар кнута.
Девушка упала на колени перед хозяйкой.
—
Ага мгновение хмуро глядела на нее, затем повернулась к Ричарду.
— Ты должен уйти. Он ревнивый. Приходи завтра. Вы получите то, что хотите, но ты останешься в Агре — это мое условие. А сейчас возьми свою одежду и ступай за девушкой. Спеши!
Глава 17
ПРИНЦЕССА
Ричарду пришлось поторопить основательно истомившегося и потерявшего терпение Френсиса Дея вернуться домой, поскольку он не рискнул сразу рассказать, что с ним произошло. Да и потом предостерег капитана никому не говорить о случившемся. Хозяин судна смотрел на него в испуге.
— Вы переспали с дочерью султана? В мусульманской стране. О Боже! Мы уже на колу, в этом нет сомнения.
— Поверьте мне, Френсис, я также смущен, как и вы, — объяснил Ричард. — Это вовсе не моя инициатива. Я поступил по ее велению. И скажу вам, все ее угрозы в мой адрес притворны. Обе ее служанки и Касым-хан, да, думаю, и Мансур Али знали, что произойдет еще до того, как приглашали меня встретиться с ней.
— Думаете, что она своего рода императорствующая шлюха!
— Все может быть. Она определенно не девственница. Но убежден: она выполнит свое обещание.
— И вы будете счастливы остаться здесь с петлей на шее?
— Это дом моей семьи, — сказал Ричард. — Почему я не могу здесь жить? Кроме того, — добавил он, — разве я и в этом случае не служу компании?
Однако, несмотря на внешнюю беспечность, Ричарду Бланту было о чем подумать. Дей совершенно прав: даже если принцесса приказала ему, все равно он совершил самое ужасное преступление по законам мусульманского мира. Более ужасным было разве что богохульство против Пророка. Но он был явно не первым мужчиной, уступившим чарам принцессы. Возможно, она и в самом деле своеобразное чудовище в женском обличье, вступающее в связь с мужчиной только ради удовольствия уничтожить его в дальнейшем. Словом, история о Клеопатре Египетской повторилась с ним, хотя он не верил, что все именно так. Она могла бы просто посадить его в тюрьму, чтобы получать удовольствие от его страданий. А ведь принцесса поставила условием для получения компанией льгот его пребывание в Агре.
О своем отце она сказала: «Он очень ревнивый». Отец, конечно, может ревновать свою дочь. Но ага сказала об этом так, будто он был ее любовником. Как говорил Касым-хан, принцесса — живое воплощение своей умершей матери — женщины, о которой скорбел до умопомрачения ее всемогущий отец. Неужели подозрения Ричарда окажутся правдой? Тогда эта семья стремится к самоуничтожению.
Она хочет, чтобы он остался в Агре. Разве не этого же самого желает и он сам? Ему многое нужно сделать. Ему нужно вернуть своей семье былую удачу. А если удастся, то и рассчитаться со Спарту.