Мое второе я
Шрифт:
— Ничего подобного у меня и в мыслях не было. — Арсений презрительно хмыкнул, а я нахмурилась. — Я знаю столько, сколько и ты. А какими сведениями располагает Раиса, известно лишь ей самой. Хотелось бы думать, знает она не больше нашего.
— Потому что не стала бы врать подруге? — продолжал ухмыляться Арсений.
— Потому что так проще.
Тут я огляделась и спросила с недоумением:
— Зачем мы здесь? — Машина тормозила на вокзальной площади.
— Собираюсь проследить за тем, чтобы ты села в поезд, —
— Но я не собираюсь никуда уезжать. Во-первых, я не могу оставить Раису, во-вторых…
— Во-вторых, тебе не терпится узнать, что ищут эти парни. Рассчитываешь заработать?
— Ну, если в деле серьезные люди, значит, то, что они ищут, чего-то стоит.
— Отлично, — кивнул он. — Узнавай на здоровье. Но без меня.
— Хочешь сказать, тебя это не интересует?
— Нисколько.
— Так я тебе и поверю, — фыркнула я презрительно, он пожал плечами.
— Если ты уедешь, я, так и быть, помогу Раисе, если нет…
— А я-то думала, ты рад меня видеть.
— Вовсе нет. Ты появляешься, и моя тихая, размеренная жизнь летит к чертям, потом ты исчезнешь в очередной раз, а я еще долго буду разгребать дерьмо.
— Грубость тебя не красит. Ты просто злишься.
— Ага. Что неудивительно.
— Давай мириться, — улыбнулась я и провела ладонью по его щеке.
— Начинается, — фыркнул он. — Когда тебе что-то нужно, ты нахально меня клеишь, а потом…
— В этот раз все может быть по-другому, — быстро произнесла я и потупилась. — Твоя судьба в твоих руках.
— Все в руках человека, а человек в руках женщины, — пробормотал Арсений.
— Дурацкий мужской шовинизм. У меня все эти годы никого не было, — добавив в голос меда, сказала я со вздохом, а он заорал:
— И что мне за радость от этого, если меня у тебя тоже не было?
К тому моменту он успел припарковаться возле дверей вокзала, и я спросила печально:
— Ты в самом деле хочешь, чтобы я уехала?
Арсений повернул голову и уставился в мои глаза. Я почувствовала легкое беспокойство. С одной стороны, очень хотелось броситься ему на шею, с другой — я точно знала, что делать этого не стоит, потому что всю оставшуюся жизнь я буду жалеть об этом.
— Маруся, скажи честно, я чем-то тебе глубоко неприятен или ты в принципе не способна любить никого, кроме себя?
— В принципе способна, — посуровела я. — Просто у нас разные представления о любви. Ты хочешь, чтобы я уехала, или нет?
— Черт, — выругался он и сдал назад, намереваясь покинуть площадь, а я вздохнула с облегчением.
— Мне надо купить кое-что из вещей, — выждав время, заметила я. Арсений не пожелал ответить, хмуро глядя перед собой. — А знаешь, я скучала, — добавила я и нарвалась.
— Заткнись! — рявкнул он.
— Хорошо… Ты собирался встретиться с человеком, на которого работает блондин. Я правильно поняла?
— Правильно.
— Что это за тип?
— Мой
— Расскажи подробней.
— Не такой он интересный парень, чтобы тратить время на болтовню о нем.
Сообразив, что пока Арсений злится, толку от разговора с ним ждать не приходится, я отвернулась к окну и замолчала, чтобы дать ему время прийти в себя.
Довольно скоро мы подъехали к зданию с вывеской на фасаде «Клуб «Седьмая луза». Арсений припарковал машину и взглянул с сомнением, точно пытался решить, что ему делать со мной.
— Ты надеешься увидеться с ним здесь? — сообразила я.
— Надеюсь.
— Тогда идем. — Я быстро выбралась из машины, и он нехотя последовал за мной.
В большом зале стояло шесть бильярдных столов. Возле ближайшего обретались несколько мужчин. Один бродил с кием в руках, остальные наблюдали за ним с таким видом, точно ждали конца света. Арсений подошел к компании и уставился на шары с большим интересом. Мужчины, как дети, — это убеждение я вынесла после долгих наблюдений за папой.
Наконец, тип с кием, вытянувшись вдоль стола, сделал удар, два шара закатились в лузу, и наблюдавшие с облегчением выдохнули. Рядом со мной оказался рослый мужчина с багровой физиономией, глаза навыкате, бритый череп и шрам на подбородке. Он поднял взгляд на моего спутника и улыбнулся:
— Арсений, рад тебя видеть.
— Сомневаюсь, — ответил тот. Не обращая внимания на его тон, Бритый продолжил с воодушевлением:
— Решил шары погонять?
— Нет, решил с тобой встретиться. Может, объяснишь, что за хрень происходит?
Бритый поднял брови в притворном удивлении.
— Что ты имеешь в виду? — Тут он повернулся ко мне, и улыбка на его физиономии стала шире. — Какая красотка. Твоя девушка? А как же та, рыженькая?
Арсений непроизвольно поморщился, а я лучезарно улыбнулась, поворачиваясь к нему:
— В самом деле, милый, а как же рыженькая?
— Так что происходит? — посуровел мой друг.
Бритый пожал плечами.
— Костя ведь все объяснил. Разве нет? Произошла ошибка. Твоя девушка не пострадала, так что… — Он развел руками.
— Выпей что-нибудь, милая, — кивнув в сторону бара, предложил мне Арсений. — А мы пока поговорим.
С большой неохотой я устроилась возле барной стойки, заказала кофе, наблюдая, как эти двое направились к бильярдному столу в глубине зала. Потоптавшись немного, они начали партию. Длилась она минут пятнадцать, все это время я изнывала от любопытства, очень сожалея, что не могу услышать, о чем они разговаривают.
Арсений все больше хмурился, говорил отрывисто, смотрел исподлобья, и вновь я подумала, что он мало похож на того парня, что снисходительно относится к моим выходкам. Бритый, напротив, говорил охотно, много улыбался и вроде бы не мог взять в толк, за что Арсений на него сердит.