Мое чужое сердце
Шрифт:
Сердце на сумасшедшей скорости рухнуло вниз, а потом, подпрыгнуло вверх, с болью забившись на прежнем месте. Перед глазами всё поплыло от осознания только что услышанных слов.
— Так докажи! Докажи… Не отталкивай. Позволь быть рядом… — не договорила, ощутив прикосновение слегка шершавого пальца к нижней губе.
— Ты же понимаешь, что после этого не отпущу ни через год, ни через два? Возврата в прежнюю жизнь не будет. Привяжу к себе и не отпущу до последнего вздоха.
Что-то мелькнуло в его глазах. До боли знакомое. Будто из прошлой жизни. Оно вызвало странный трепет во всем теле и чувственное покалывание на кончиках пальцев. Она помнила его откуда-то. Была уверенность, что
— И не отпускай, — попросила, обвив крепкую шею руками и привстав на носочках. — Держи так крепко, как только сможешь.
Влад склонился к ней, прижался ко рту, пока ее губы не разомкнулись, и он смог коснуться языка. Это было восхитительное, острое ощущение. Потом прерывался на чуть-чуть, всего лишь на пару вздохов, чтобы вновь припасть к горячим губам, сделать их влажными, раскрыть, заставляя ее вздрогнуть от соприкосновения языков. Заставляя голову кружиться.
Стало так легко, будто крылья за спиной выросли. Не решался даже в мыслях допускать подобное. Сейчас же… ринулся с головой, не побоявшись разбиться о чистую душу. Почувствовал, как натянулись мышцы от падения. Думал, вот-вот и достигнет дна, заполнит собой так же, как она заполнила его. А его всё не было, этого дна, падал и падал без конца и края. Потому что душа у неё бездонная, вместила его целиком. Со всеми грехами и недостатками.
Испытав странную, бесконтрольную дрожь возбуждения подхватил на руки, расслышав стон удовольствия, и поспешил в дом. Сейчас он отогреет её. Всей силой своей любви заставит воспламениться.
Стоило только подняться в квартиру, как волнение одолело обоих. Это была смесь остроты, предвкушения и чего-то запретного, того, о чем каждый так долго боялся мечтать.
Пока опускал на пол, прижав к стене и припав с поцелуем к нежной шее, зазвонил телефон. Стася вздрогнула. Сразу в голову полезли самые мрачные мысли. Вот сейчас он ответит, отдалится от неё, возможно, даже уедет. Сердце заскрипело, не желая мириться с неизбежным. Но Влад даже не посмотрел на экран. На ощупь нашел кнопку питания и отключил мобильный, отбросив на диван, вновь возобновив ласки. Хотел зацеловать до хриплого стона, прикоснуться к её коже и почувствовать, как она прикасается к нему.
Для этого стоило освободиться от одежды. Сбросил с неё пальто, стащил с себя свитер.
Всё происходило быстро — на животных инстинктах и желаниях. Даже если и захотела что-то сказать — не смогла бы. Во рту пересохло. Сглотнула, стоило Владу снять с неё кофточку и запустить указательный палец под бретель бюстгальтера, отведя в сторону. Она упала с плеча, оголив кожу. То же самое он проделал и со второй. Мучительно медленно. Не выдержала. Завела руки за спину и, расстегнув крючки, отбросила к телефону на диван. Первым порывом было прикрыться, испытывая неловкость из-за шрама, но потом, встретившись с восторгом в его глазах — поборола сие стремление, ведь он видит его не впервой. Сердце громыхало с такой силой, что левый сосок подрагивал в такт его ударам.
Влад опустил взгляд, заметив этот трепет, и крышесносная волна желания пронзила пах, едва не заставив взвыть. Обхватив девушку за талию, поднял над полом и припал к этому самому соску губами, с жадностью втянув в себя.
Поддавшись инстинктам, которые в этот момент главенствовали над всем, Стася крепко обхватила его ногами, обвила шею руками и закинула голову назад, содрогаясь от влажного скольжения языка по разгоряченной коже.
Влад быстро поднялся по лестнице и, подойдя к кровати, осторожно опустил на неё девушку. Как же блестели её глаза. Его Настя… Маленькая, красивая, нежная и такая родная.
Его
— Боюсь, я разочарую тебя, — честно призналась, опустив голову. Больше всего испытывала неловкость из-за своей неопытности. Хотелось стать для него самой-самой. Наброситься со всей страстью, воплотить давние эротические фантазии в реальность, но боялась. Не боли. Нет. Боялась, что не понравится ему.
Почему-то от этих её слов опьяняющий хмель ударил в голову. Возникло легкое головокружение. Робкая догадка пронзила затуманенное подсознание и вызвала щемящую нежность.
— Настя… — только и смог выдохнуть, почувствовав, что начал теряться от желания. Если до этого хотел наброситься со всей силой сексуального голода по ней, то сейчас, пришлось невероятным усилием воли обуздать сей порыв.
Стася не поняла, почему он застыл. Ещё недавно буквально задыхался от страсти, теперь же гладил её спину, скользил ладонями вверх-вниз, задумавшись о чем-то.
Зашевелилась, решив, что он передумал и встретилась с заинтересованным взглядом.
— Глупая… — Влад упивался её красотой, открытостью и искренностью и не мог поверить, что всё это время она была не тронута. Он первый. И единственный. Уж он постарается. Убьет любого, кто прикоснется к ней. — Уменя никогда не было девственницы, — прошептал хрипло и со стоном прижался к её груди, обвив руками тонкую талию.
— Какая есть. Уж прости. Мне далеко до всяких там Любань и дочерей авторитетов. Тебя никто не заставлял жениться на мне. Видели глазки? Теперь получай.
Шамров засмеялся:
— Так в этом вся прелесть. Ни за что и ни когда не откажусь, даже если будут убивать.
— Ты специально? — встрепенулась, обхватив его лицо руками и застав посмотреть в глаза. — Не смей так говорить! Слышишь? Никто не отнимет тебя. Я не позволю. Понял? — глаза предательски увлажнились. Прикусила губу, чтобы не расплакаться.
Он сразу уловил эту перемену. Крепко обхватил руками, стал покрывать поцелуями лицо, как ещё недавно делала она:
— Ты только будь рядом. Всё остальное — херня.
Стася хотела возмутиться, не согласиться с ним, но он не позволил, подтолкнув на середину кровати. В приглушенном свете ночника она увидела, как слетели вниз джинсы, как за ними последовало нижнее белье. Его и её. Теперь она полностью была обнаженной.
Влад с жадностью прошелся глазами по её идеальному телу. Сглотнул. Реагировал так, будто впервые увидел. Сейчас главное не кончить от первого же толчка в неё. Каждое прикосновение к ней уже было мучительным, просто невыносимым.
Не смотря на то, что был на грани, что потерялся в реальности, а все мысли сосредоточились на чувственной дрожи лежащей под ним девушки, отстранился. С тяжелым дыханием, рвущимся наружу рывками, с адской болью в паху не смог войти одним рывком. Только не с ней. Возможно, переживал больше самой Стаси. Пофиг. Он сделает так, что бы по максимуму огранить неприятные ощущения. Заставит даже забыть собственное имя и принять его всего, целиком без тени страха и боли.
Обхватил икры ладонями и согнул ноги в коленях, слегка разведя в стороны. Стася не противилась, ожидая, что он, после того, как надел презерватив расположиться сверху, но не тут-то было. Изнывая от пульсирующей тяжести внизу живота, от которой стремилась избавиться как можно скорее, она с широко распахнутыми глазами уставилась на то, как Шамров опустился между её колен, припав губами к внутренней стороне бедра. Дернулась от страшной догадки. Ещё не готова к подобному. И так была на пределе, не хотела, чтобы он заметил, насколько она влажная.