Модератор реальности
Шрифт:
На искаженном болью лице Андрея сверкнула счастливая улыбка. Он знал, куда ему надо и как туда попасть.
Выйдя из замедления, сержант постучал кулаком в дверь:
– Эй, на посту! Долго мне здесь париться?
Часовой по ту сторону несколько секунд прикидывал, нарушить ему чуток устав или не стоит. Тяга к злорадству пересилила.
– Заткнись, придурок! Сейчас «передвижка» сменится – быстренько тебя в «Белый лебедь» свезет.
Андрей улегся на полку, подложив под затылок ладони, и блаженно закрыл глаза.
– Олеська,
Вячеслав уселся прямо на асфальт и прислонился к водосточной трубе. Дворик-колодец был пуст, видимо, с этого берега Невы народ тоже эвакуировали в южные районы. Да даже если кто и остался в домах и мог видеть в окно, как он перекинулся обратно, – плевать. Вытерев со лба пот, Слава взял на руки щенка и посмотрел на сидящую рядом собаку. Взгляд ротвейлера демонстрировал настороженное ожидание.
– Что? Я должен что-то придумать, да?
Ирина коротко гавкнула и попыталась вильнуть обрубком хвоста.
– Ага… Можно подумать, будто я всю эту кашу заварил. – Кротков тяжело поднялся на ноги. – Что? Нет, ты пока побудь собакой. Обувки у тебя нету, да и обратный переход довольно болезненный…
Чуток размяв ноги, Слава присел перед Ириной и слегка потрепал лобастую голову. Вздохнул.
– Что ж нам делать-то тепереча?..
Ира высунула язык и наклонила голову набок. Щенок извернулся, попытавшись тяпнуть Вячеслава за палец маленькими зубками, за что получил легкий шлепок.
– Ладно, Ирина Владимировна, сейчас отдышусь, и дальше побежим. За город, где народу поменьше… – Резко вскочив, Слава хлопнул себя по лбу. – Ой дурак… Иришка! Я – дурак.
Он снова присел, отпустил скулящего щенка и, схватив собаку за толстые щеки, притянул к себе ее морду и звонко поцеловал в нос.
– Это очень хороший мирок, Иришка, – там почти никого нет. И в настоящий момент он еще должен существовать.
Собака утробно зарычала и попятилась, скребя асфальт когтями.
– Эй, гражданин!
Вячеслав оглянулся на окрик. Из трубы подворотни во двор вошли двое в серой форме – лейтенант и сержант. Офицер, медленно приближаясь, присмотрелся к Славиному лицу.
– Эвакуация, надо всем покинуть этот район… Вы ранены?
Кротков отпустил собачьи щеки и с улыбкой поднялся.
– Нет-нет, все в порядке. Мы сейчас… Эвакуируемся.
Лейтенант замер на месте фонарным столбом, и сержант чуть об него не споткнулся. Оба несколько секунд смотрели на пустой пятачок возле водосточной трубы.
– Нет, ты видал?.. – Офицер бестолково расстегнул и тут же снова застегнул кобуру.
Сержант обошел начальника, сделал пару неуверенных шагов и, остановившись, пожал плечами.
– Когда из канализации всякая гадость прет, я уже ничему не удивляюсь. Пойдем в следующий двор, Лексеич, а?
Илья машинально вытер лысину платком и поднялся из-за стола. Дежурный оторвал взгляд от своих бумаг и посмотрел на подчиненного поверх очков:
– Что-то ты, капитан, сегодня какой-то…
Илья скривил лицо, прищурив один глаз.
– Живот побаливает. Съел, наверно, что-то не то… Пойду-ка я в сортир. О жизни подумаю. Справишься, Палыч?
Начальник разрешающе махнул рукой и снова уткнулся в свои бумаги. Илья вышел из дежурки, прошел по коридору и, войдя в туалет, задвинул за собой щеколду.
– Вот и славно, трам-пам-пам…
Он опустил крышку унитаза, уселся сверху и достал из кармана мобильник. Хотя процесс теперь мог протекать совсем без его участия, проверять время от времени не помешает…
Илья не успел открыть крышку, как телефон зазвонил. Глянув на подсвеченный экран аппарата, он усмехнулся:
– Что, девочка, неймется?
Илья поднес трубку к уху, нажал кнопку и приготовился сказать нечто язвительное.
Не успел.
Ухо проколола шершавая игла высокочастотного треска, и капитан медленно завалился плечом на стенку.
Илья вздрогнул и с удивлением посмотрел на зажатый в ладони мобильник. Кажется, был звонок? Нет, показалось. Капитал тряхнул головой, сбрасывая наваждение, и поднялся. Хватит рассиживать, служба есть служба.
Палыч сидел перед окошком и принимал по телефону какое-то сообщение. Закончив разговор, отправил на вызов группу, встал и заметил наконец вернувшегося подчиненного.
– Как живот?
Илья сунул руку между пуговицами кителя, прислушался к ощущениям и удивленно кивнул:
– А ты знаешь, прошел…
– Тогда работай давай, а то у меня уже ухо горит. – Майор ворча вернулся к своим бумагам.
Капитан сел на свое место, пробежал глазами сделанные начальником за время его отсутствия записи. Заметив маленькую неточность, Илья взял в руку авторучку и внес необходимые исправления. Он обернулся к Палычу, собравшись слегка подтрунить над рассеянностью начальника, и застыл, зацепившись взглядом за по-прежнему зажатую в пальцах ручку.
Майор поднял на подчиненного удивленный взгляд:
– Что? Опять живот?
Илья, нахмурившись, внимательно огляделся, порывисто вскочил и выглянул в зарешеченное окно. Развернулся к начальнику и долго всматривался в его лицо.
– Палыч… А дождь давно кончился?
– Дождь? Да не было сегодня дождя. Обещали, но – не было… Илюха, ты чего?
Илья неопределенно дернул глазом, успокаивающе махнул рукой и вернулся на свое место.
– Ничего, ничего, все нормально…
Он потер руками виски, щелкнул пальцами и что-то беззвучно прошептал. Раздраженно отбросив злополучную авторучку, резко встал и молча вышел из дежурки в коридор.