Модератор реальности

Абакумов Игорь

– Сережку покормить надо…

Слава усмехнулся и щелкнул пальцами. Ирина вздрогнула, передернувшись от картины превращения, но быстро с собой справилась и расстегнула пуговицы на халате. Откинув клапан приспособленного для кормления бюстгальтера, Ира прижала Сережкину головку к груди.

– Отвернись.

– Красивая грудь. – Слава снова занялся изучением небес. – Никогда не видел ничего подобного.

Ирина бросила короткий взгляд на своего пациента и, улыбнувшись уголками губ, опустила ресницы.

– Кто послал призраков?

– Что? – Ира посмотрела

с удивлением. – Каких призраков?

Младенец что-то гукнул, не отрываясь от груди.

– Понятно, вопрос снят. Про летающие тарелки можно, значит, не спрашивать…

– Про какие еще тарелки?

– Да вот про эти.

Кротков рывком вскинул руки к небу и пронзительно засвистел. В ту же секунду горизонт взорвался клубами серой мглы, рванувшейся к небу. В сжимающемся кольце оказалась заперта едва заметная на фоне бледного неба пара дискообразных летательных аппаратов. Убегая от несущихся серых стен, тарелки метнулись к центру круга, пикируя прямо на застывшего там человека, воздевшего к небу руки.

21.39. Пятница, 14 мая 2010 г., г. Санкт-Петербург, ул. Гатчинская

«Бобби» обиженно надул плохо прорисованные губы и демонстративно отвернулся.

– Ничего не поделаешь, дружок, – Катерина одну за другой подгружала программы-взломщики из своего арсенала, – мне нужны все права. Тут уж не до церемоний…

Девушка резко выдохнула и решительно нажала повисшую в виртуальном пространстве огромную, но без изысков, кнопку с надписью «Вход».

– Поехали!

Виртуальные звезды размазались искрами по не менее виртуальному космосу.

21.04. Понедельник, 9 мая 1988 г., трасса Киев – Борисполь, map #1851

Андрей запустил время, вытянув шею, взглянул на ложащуюся в свете фар под колеса бетонку и удовлетворенно кивнул самому себе. Прикрыв глаза, он чуть поводил головой из стороны в сторону и легонько ткнул водителя стволом в спину:

– Останови.

Солдат испуганно ударил по тормозам и застыл, напряженно вцепившись в рулевое колесо.

– Глуши. – Андрей открыл дверь, бочком вышел из машины, продолжая держать водителя под прицелом. – И вылазь.

Заложник подчинился, суетливо выключив зажигание, выпрыгнул из автомобиля и поднял руки. От недавнего «дедовского» лоска и высокомерия не осталось и следа. Солдат судорожно сглотнул.

– Не убивай, а? – Он не мог оторвать взгляда от дула автомата. – Я не выдам. Я – никому. Я…

– Помолчи. – Андрей окинул взглядом машину. – Магнитола работает?

Водитель непонимающе кивнул и побледнел еще больше.

– Открой капот и багажник. – Автоматный ствол качнулся, советуя подсуетиться.

Солдат нагнулся к кабине, дернул ручку открытия, обегая машину, подцепил крышку капота и метнулся к багажнику. Андрей осмотрел содержимое грузового отсека и кивнул на объемную брезентовую сумку.

– Освободи этот мешочек, захвати инструмент и пошли вперед.

Заложника начала бить судорожная, заметная даже в сгущающихся сумерках дрожь.

– Я…

– Да не трясись ты, сапог, отпущу тебя. Аккумулятор снимай.

Через пять минут Андрей

отнес к обочине сумку с аккумулятором, автомагнитолой, выдернутым из обшивки двери динамиком и оглянулся на застывшего возле мертвой машины солдата.

– Руки опусти. – Он поставил сумку на землю и кивнул на открытую водительскую дверь. – Садись.

Заложник опустил руки и неожиданно бухнулся на подкосившиеся колени:

– Не убивай, брат!

Андрей поморщился и досадливо сплюнул:

– Тьфу на тебя! Сказал же – отпущу. Садись в машину и снимай с ручника, быстро!

Водила суетливо подхватился и, всхлипывая, прыгнул в машину, вцепился в «баранку» и вжался в кресло. Андрей захлопнул дверь, обошел капот и, дав команду на замедление, построил позади автомобиля портал.

– Катись…

Он слегка толкнул ногой бампер, и машина медленно скрылась в вихре. Нащупав во внутреннем кармане кителя футляр аудиокассеты, Андрей усмехнулся, подхватил сумку и шагнул с обочины бетонки в лес.

Вне времени. Вне пространства, map #?

Ирина молча, без эмоций разглядывала раскинувшееся далеко внизу дерево миров. Чего ждет от нее пациент? Вопросов? Восторженного визга? Благодарного броска на грудь?

А с какой, собственно, стати?

Ну да – поменялись ролями. Теперь он руководит всем этим «экспериментом». А она – так, непонятно кто. Пришла сбоку посидеть… Так на это – давно наплевать. Устала. Если самцу необходимо чувствовать себя центром вселенной – да ради бога!

Слава бросил короткий взгляд на нахмуренные брови и, словно прочитав Ирины мысли, усмехнулся:

– Не дуйся, пойдем сейчас… – Он отвернулся. – Разберусь только с этими…

Вячеслав не спеша подошел к одной из двух матовых, маскирующихся под окружающую серую мглу тарелок и положил на покатый бок аппарата ладони.

Спустя минуту тарелка рухнула сквозь прозрачную поверхность и, уменьшившись до размеров точки, потерялась среди ветвей «дерева».

– Просто, как мечта о всеобщем равенстве… – Слава проводил тарелку глазами. – Пускай исправляет, что успели натворить…

Он подошел ко второму аппарату, повторил фокус с ладонями, и в борту невнятной конструкции открылся овальный люк. Кротков приглашающе махнул рукой:

– Пошли. Выберемся отсюда с комфортом.

Ирина вытянула слегка затекшую ногу, сверкнув оголившимся бедром, и перехватила поудобнее заснувшего младенца. Продолжая смотреть вниз, проговорила ровным голосом:

– Сережка описался… – Она подняла глаза на подошедшего Вячеслава. – У тебя сухих пеленок нет?

Слава присел на корточки и внимательно присмотрелся. Ирино лицо было все так же спокойно и бесстрастно, ни одна его черточка не изменила своей формы, и только большие карие глаза неожиданно подернулись странной невесомой пленкой. Вячеслав, несколько растерявшись, тупо наблюдал за набухающей в уголке глаза сверкающей каплей. Ничего не понимая и не зная, куда деть ставшие вдруг неудобными руки, Слава провел пальцами по пепельному завитку волос на виске Ирины и, совсем почувствовав себя не в своей тарелке, опустил глаза.