Модератор реальности
Шрифт:
– Умер он, Славка. Этой ночью умер.
Глава VI
– Никого, товарищ полковник! – Командир спецвзвода слетел по стремянке, почти не касаясь ее, и начал докладывать еще в полете.
Эмгэбэшный полковник окинул мрачным взглядом фиолетовое оцепление, поднял голову вверх, мельком глянув на люк челнока, и остановился на лице капитана, так и стоящего навытяжку с приложенной к фуражке ладонью.
–
– Есть! – Капитан вновь взлетел по стремянке.
Полковник нашел глазами группу командования базы, толпящуюся за оцеплением, и жестом поманил к себе комдива.
Летчик-генерал подвинул плечом ближайшего солдата и не торопясь, вразвалочку подошел к эмгэбэшнику.
– Ну?
Полковник опустил глаза на бетонку, потер носком сапога стык между плитами взлетки и, не глядя на комдива, начал тихо выцеживать по одному слову:
– Вот что, генерал. Распорядитесь, будьте добры, насчет тягача. Аппарат поставить в ТЭЧ. Посторонних к ангару не подпускать. Охрана внутри будет наша. Тревоге – отбой, штатные посты усилить. Допуск в ТЭЧ только по нашим пропускам. После обеда будут работать наши эксперты. Все.
Генерал-майор, ухмыльнувшись, дернул плечом и молча отправился к своим.
– Товарищ полковник!
Командир фиолетовых оглянулся на крик. По взлетно-посадочной полосе несся министерский джип. Резко затормозив перед оцеплением, он выплюнул из своего нутра двух офицеров МГБ. Один из них, с майорскими погонами на плечах, без слов прошел через строй оцепления и направился прямиком к полковнику. Приблизившись и небрежно отдав честь, он протянул свое удостоверение. Пока полковник изучал документы, майор снял фуражку и, выудив из кармана местами несвежий платок, тщательно протер высокий лоб, переходящий в лысину, обрамленную короткими седеющими волосами.
– День только начался, а уже так жарко. Не правда ли, товарищ полковник?
– Напутал что-то ваш отдел, майор. – Полковник вернул удостоверение. – Не было там никого. Аппарат садился в автоматическом режиме.
– Не было? – Майор хитро прищурился. – Или нет?
Старший по званию с досадой повернулся к выскочке спиной и пробурчал через плечо:
– Мои люди все проверили. Хотите – лезьте сами.
– Конечно. – Майор запрыгнул на стремянку. – Ваших там тоже нет?
Поднявшись в челнок, он прошел в кабину, провел ладонью по спинкам кресел и улыбнулся. Вернувшись по коридорчику к выходу, внимательно осмотрел проем люка и коснулся пальцами среза.
– Ага…
Майор посмотрел вниз, встретился взглядом с полковником и доброжелательно ему улыбнулся:
– Все в порядке.
Полковник раздраженно достал сигарету и принялся сосредоточенно ее раскуривать. Майор снова исчез внутри аппарата.
Сквозь строй оцепления проехал тягач, развернулся перед носом челнока, и техперсонал начал деловито пристраивать к переднему шасси тележку-водило. Полковник докурил сигарету, глянул на пустой люк и поманил к себе комвзвода.
– Капитан, – он кивнул на люк, – поторопите майора.
– Есть! – Рослый спецназовец в третий раз взлетел по стремянке.
Через
– Товарищ полковник. – Он чуть помялся. – Его тут нет…
– Пойду газетку куплю. – Базов отвернул в сторону и подбежал к газетному киоску.
Слава безразлично проводил его взглядом и, не замедляя шага, вышел на автобусную остановку.
Димон окинул взглядом прилавок и потер руки. Продавец киоска опустил газету, которую читал, и посмотрел на покупателя поверх старомодных очков:
– О, молодой человек интересуется прессой? – Он отложил газету и машинально поправил бинт на большом пальце правой руки. – Дайте-ка угадаю, что вас интересует. Так… Вещей с вами нет – не улетаете и не прилетели, последний рейс приземлился полтора часа назад… Встречаете? Приехали за билетами?..
Продавец задумчиво потеребил гладко выбритый подбородок. Димон улыбнулся.
– Впрочем, не так важно. Думаю… Вот! – Он ткнул пальцем по левую руку от Базова. – «Советский спорт». Угадал?
– Не-а. – Дмитрий оглянулся на выход из аэровокзала. – «Вечерку» хочу, давно местной прессы не читал.
Продавец обескураженно почесал затылок, провожая покупателя взглядом:
– Надо же, не угадал…
Базов свернул газету и посмотрел в окно автобуса.
– Конечная. Будешь читать? – Он протянул газету Кроткову.
– Нет, не хочу забивать память лишним мусором.
Димон внимательно посмотрел на друга.
– Потерянный ты какой-то, Крот. Так расстроился? – Он помолчал. – Чего теперь делать будем? Может, к маме моей заедем? Поедим хоть нормально. Помоемся…
Слава встал и направился к выходу. В метро спустились молча. Заговорил Кротков только на платформе:
– Я, пожалуй, проведаю его мать. В каком она роддоме, говоришь?
Базов хлопнул себя по лбу:
– Ай, я ж тебе не сказал… Она, кажется, подвинулась чуток. На Пряжку ее увезли.
– На Пряжку? – Вячеслав посмотрел на приближающийся поезд. – Тогда я – до «Площади Мира». А ты действительно навести свою маму.
Они вошли в вагон. Димон плюхнулся на сиденье и хлопнул ладонью по свободному месту рядом.
– Садись пока. Договорились. Потом приезжай ко мне. Адрес, надеюсь, помнишь? – Он подмигнул товарищу. – Не дрейфь, прорвемся.
– Да уж помню. – Слава попытался улыбнуться в ответ.
Продавец газетного киоска раздраженно сложил газету и небрежно бросил ее на прилавок. Нет, день сегодня явно не удался. Начать с того, что дело уже к полудню, а всей выручки – горстка медяков. А самое противное – не угадал с этим парнем. Когда перестаешь предугадывать пожелания клиентов, все – пора на покой. Может, и правда? Бросить все – и на дачку, в огороде копаться. Пенсия есть, чего еще надо?