Многоточие

Карент Оливия

Филипп покрыл ошеломленное лицо Тины короткими поцелуями.

— Тина… милая… пойми же, наконец!.. Пойми!!! Перед тобой — Филипп!.. Филипп!!!

Она очнулась от его внезапного натиска и, почему-то тоже шепотом, возмущенно запротестовала:

— Это уже не смешно!.. Отпусти меня!.. Отпусти!!!

— Нет!.. Нет, Тина!.. На этот раз… нет!!!

Филипп приник к ее губам так пылко и страстно, что у Тины перехватило дыхание и закружилась голова. Тина пыталась оттолкнуть его, но Филипп настолько крепко сжимал ее в своих объятьях, что лишал даже малейшей возможности движения. Тина вдруг замерла. Она испугалась того отклика собственного тела,

который помимо воли появился на действия Филиппа. Тина с ужасом осознала, что объятья Филиппа ей приятны, и догадалась, что он чувствует это.

Тина не ошибалась. Филипп, действительно, с восторгом и ликованием понял, что к его ласкам Тина не осталась равнодушна. Желание обладания было настолько сильным, что Филиппу казалось, он прямо сейчас сгорит от того пожара, который бушевал в крови. Теряя выдержку, Филипп нетерпеливо и нежно провел горячей ладонью от колена вверх по бедру Тины…

Эта смелая ласка мгновенно избавила Тину от угара нахлынувшей страсти. Она решительно начала освобождаться из рук Филиппа.

— Филипп… прошу тебя… — прерывистым голосом произнесла она. — Филипп… Филипп…

— Тина… любимая… — глухо заговорил он, не выпуская ее из своих объятий. — Я столько лет ждал тебя! И сейчас я счастлив!.. Не отвергай меня… пожалуйста!..

Он с нескрываемым пылом вновь приник к ее губам. Чувствуя, что Тина взволнованна и тревожна, Филипп продолжил со всей возможной убедительностью:

— Тина, любовь моя, пойми!.. Пойми, у меня нет желания любой ценой… затащить тебя в постель. То есть… желание есть, конечно. Отрицать это глупо! Я безумно люблю тебя! Я хочу только одного. Я хочу, чтобы ты стала моей женой! Завтра же! Пожалуйста, согласись!.. Я люблю тебя, Тина! Люблю!!!

— Филипп, ты сошел с ума!!! — с ужасом воскликнула Тина. — О чем ты говоришь?!!

От волнения Тина в этот момент забыла и о том, что лежит в объятьях Филиппа, и о его поцелуях, и о собственной реакции на них. Главным стало ошеломляющее признание Филиппа и его предложение о браке.

— Я говорю о том, чтобы мы завтра же поженились! — настойчиво повторил Филипп. — Завтра же!!!

— Но это невозможно! Невозможно, Филипп!!!

— Почему, Тина? Почему?!!

Она внимательно посмотрела в его глаза, но увидела в них такую любовь, нежность и страсть, что пришла в отчаянье.

— Филипп, Филипп… — начала Тина. — Твое положение…

— Мне на него плевать! — отрезал он. — И на мнение кого бы то ни было тоже! Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Это главное. Все остальное не имеет значения. Абсолютно!!!

Тина освободилась из его объятий, села и горячо возразила:

— Да! Тебе легко на всех плевать! А у меня — дети.

— Не беспокойся, Тина, — Филипп сел с ней рядом и обнял ее за плечи. — Дети Дана никогда не будут обижены. Я сделаю для них все и воспитаю, как своих. Клянусь!!!

— Я в этом не сомневаюсь, Филипп. Я очень благодарна за твои слова. Но дело совсем в другом. Пойми, о твоем выборе жены станет известно всем. Как только выяснится мое имя… ты же знаешь, Филипп!.. всю мою жизнь немедленно вывернут наизнанку. Немедленно! Мне стыдиться нечего, но… Публичной огласке предадут мою работу в фирме. Упор будет делаться только на одно — «женщина по вызову»! У большинства людей это вызовет вполне определенные ассоциации. А любые объяснения, как ты понимаешь, бесполезны.

— Мне это безразлично! — убежденно заявил Филипп.

— Возможно! — согласно кивнула Тина. — Но моим детям… Каково придется им, когда со всех сторон они будут

слышать слова «женщина по вызову»?!! О своей матери!!! Их же не оставят в покое! А объяснить я им ничего не могу. Они еще слишком малы, чтобы разбираться в специфике моей работы. Я ни за что на свете не подвергну даже малейшей угрозе репутацию и благополучие своих детей! Ни за что!!! Поэтому забудь о браке со мной, Филипп. Твое положение — реальная опасность для меня и моих детей! Эта причина — основная. Все остальное — не так важно. Поэтому, нет. Категорически. Нет!!! Твоей женой я не стану никогда!!! — жестко и безапелляционно закончила она.

— О. Боже!..

Филипп закрыл лицо руками.

— Господи, ну за что ты так наказал меня?!! — в отчаянье воскликнул он. — За что?!! Подскажи, что мне делать? Я по рукам и ногам связан Долгом по отношению к своей семье. Отказаться не могу. Но и от своей любви тоже!!! Что мне делать, Господи?..

Он говорил с такой болью, что Тина, сердце которой сжалось и перестало стучать, выскочила за дверь.

Она нервно ходила вокруг дома, потом в изнеможении опустилась на ступеньки, обхватила колени руками и прижалась к ним головой.

Тина не заметила, что дверь открылась, и вышел Барс. Он осторожно сел рядом с ней, обнял, прижал к себе и ласково погладил по голове. Тина тихо всхлипнула, а потом громко разрыдалась, не в силах справиться с собственными чувствами.

— Милая… хорошая… славная девочка… — успокаивающим ровным тоном тихо повторял Барс.

Он поневоле услышал громкие реплики, которыми обменивались Тина и Филипп. Безысходность ситуации, в которую они попали, привела всегда невозмутимого сдержанного Барса в отчаянье. Он, как обычно в экстремальной ситуации, постарался мгновенно найти наиболее правильное решение и не смог. Оказалось, что его нет — однозначного безошибочного решения. Барс старался усмирить собственные эмоции и разумно осмыслить происходящее. Конечно, ничем помочь Барс не мог. Но тем не менее, он поспешил к Тине, отчетливо понимая, как она расстроена. Такая сильная и такая слабая одновременно Тина. Барс догадывался, насколько тяжело сейчас и Филиппу, сочувствовал ему. Но Филипп… и Барс это точно знал!.. не был слабаком и слюнтяем. Он умел «держать удар». Поэтому Барс и устремился к Тине. Именно ей, посчитал он, сейчас больше необходима поддержка. И не ошибся.

Присутствие Барса, его искреннее участие успокаивающе подействовало на Тину. Она вытерла ладонями мокрые щеки и подняла к Барсу несчастное заплаканное лицо.

— Барс… Барс… скажи… что же это?.. — прерывистым голосом спросила Тина.

Он задумчиво и внимательно посмотрел на нее.

— Тина, девочка, что я могу сказать? Я знаю только одно. Филипп любит тебя. Любит давно. Я это понял даже раньше, чем он сам. Я же намного старше вас. Опытнее. Хотя, честно говоря, я не предполагал, что любовь Филиппа окажется настолько сильной, что он будет хранить ее все эти долгие десять лет. Мне казалось, твое замужество, длительная разлука, свойственное молодости легкомыслие и непостоянство в своих привязанностях… да и что тут скрывать!.. связи с другими женщинами вытеснят любовь к тебе, Тина, из сердца Филиппа. Но этого не произошло. Филипп никогда не забывал тебя, девочка! Никогда!!! Я, как никто другой, знаю это. Знаю точно. Честно признаюсь, это меня удивляло. Если бы ты, Тина, знала, как окрылила Филиппа ваша встреча! Встреча, на которую он не надеялся, о которой давно запретил себе думать!!! Ты, Тина, нужна Филиппу. Это все, что я могу сказать.