Мистер Икс
Шрифт:
Желтая лента преграждала вход в бокс, где прежде томился презренный Клайд Прентисс. Подсохшие лужицы крови заляпали пол. Я спросил, что случилось.
– Это было ужасно, – сказала сестра Цвик. – Мистер Данстэн, я так сожалею о вашей матери…
К нам подошла Джун Кук и спросила:
– Как я понимаю, вы к мистеру Сойеру? Я бы хотела узнать, с какой целью.
– Мы хотим, чтобы он взглянул на мистера Данстэна, – сказал Мьюллен.
Старшая сестра нерешительно покачала головой.
– Состояние мистера
– А мой врач утверждает, что он достаточно здоров, чтобы провести опознание, – заявил Хэтч. – Полагаю, вы знаете, кто я. Также думаю, вам знакома репутация доктора Диэборна.
Джун Кук осталась такой же отважной, какой я ее помнил:
– Полагаю, любой на этом этаже знает вас, мистер Хэтч. И я глубоко уважаю доктора Диэборна, однако его вывод был сделан на основании телефонного разговора.
– Который позволил ему заключить, что Сойер в состоянии участвовать в процедуре опознания.
Глаза Джун Кук метнулись ко мне, затем – назад, к Хэтчу:
– Можете провести с моим пациентом десять минут. Однако если он произведет опознание в его теперешнем состоянии, мне придется сообщить об этом в суде.
Хэтч улыбнулся.
Я спросил ее, что случилось с Клайдом Прентиссом.
– Мистер Прентисс скончался от ножевых ран, – сказала она. – Никто ничего не видел. Друзья мистера Хэтча в полиции, похоже, так же озадачены происшедшим, как и все мы.
– Подумать только, образцовая больница и – такое, – покачал головой Хэтч.
Джун Кук прошла за ширму. Трехэфт подчинился беззвучной команде Мьюллена и остался снаружи, когда сестра выглянула и помахала нам рукой.
Лежавший в постели старик встретил наше вторжение взглядом блестящих глаз, окруженных синяками и кровоподтеками. Конусообразная конструкция была прилеплена пластырем над его носом, а рот напоминал перевернутую букву «U». Он вертел глазами, наблюдая за тем, как Мьюллен и я подходили с одной стороны кровати, а Хэтч и Роули – с другой. Интересно, подумал я, сколько человек он видит.
– Спасибо, что навестили, мистер Хэтч. Хэтч попытался потрепать его по руке. Сойер убрал руку.
– Пару часов назад я говорил с вашим врачом Он хочет, чтобы я поехал в Лаундэйл, но единственное, куда я хочу поехать, – это домой. Знаете, сколько в сутки стоит место в этом отделении?
– Эрл, о ваших расходах позаботимся мы, – сказал Хэтч. – Ни о чем не беспокойтесь. Мы что-нибудь придумаем.
– У меня нет медицинской страховки и пенсионного плана [44] . Если вы, как говорите, готовы что-нибудь придумать, давайте это обсудим сейчас, при свидетелях. Откуда мне знать, может, я вас больше никогда не увижу?
44
Инвестиционный
– Эрл, сейчас не время о работе. – Хэтч ухмыльнулся двум копам. – Мы хотели бы, чтоб вы взглянули на человека в голубой рубашке, что с другого бока кровати, и сказали нам, что вы его узнаете.
– Вы употребили слово «работа», – сказал Сойер. – Учитывая, что меня ранили на работе, о чем речь? Вы согласились покрыть медицинские издержки. Лучше было б, конечно, договориться о медицинской страховке, однако я не жалуюсь. По правде говоря, я очень благодарен.
– Спасибо, – сказал Хэтч. – Итак, приступим к делам насущным?
– Дела насущные – это то, о чем я вам сейчас толкую. Я пятнадцать лет отдал вам, а потом является какой-то тип и, мать-перемать, выбивает из меня дух вон. Мне шестьдесят пять. Знаете, как было бы по справедливости? Пожизненная пенсия в размере семидесяти пяти процентов от моего оклада.
– Эрл, мы не можем…
– Есть другой вариант. Единовременная выплата в двадцать пять тысяч долларов. Думаю, вам это по карману.
Хэтч поднял глаза к матовому потолку палаты.
– Знаете, Эрл, я, честно говоря, не готов к переговорам такого рода. – Он вздохнул. Мьюллен и Роули глядели на него. – Если вы думаете, что подобное соглашение вас устроит, считайте, что оно достигнуто. Это наименьшее, чем я мог бы отблагодарить вас за все годы службы.
Сойер кивнул ему:
– Я рад, что мы договорились, мистер Хэтч. Вы оплачиваете мои медицинские счета, а чек на двадцать пять тысяч будет меня дожидаться на столе в вашей приемной… Когда же? В воскресенье? Нет, в среду утром.
Сдаваясь, Хэтч поднял руки:
– Эрл, мне бы следовало взять вас в свою команду. Хорошо, в среду утром.
– Я был в вашей команде, мистер Хэтч. За это вы мне и платите. Кого я должен опознать? Его?
Хэтч отошел от кровати, качая головой. Мьюллен сказал:
– У вас была возможность хорошенько рассмотреть его, Эрл, но мне бы хотелось, чтобы вы еще раз сделали это и сказали нам, напоминает ли он человека, напавшего на вас в «Доме Кобдена».
Эрл Сойер, прищурившись, взглянул на меня:
– Подойдите ближе.
Из темных гнезд, окруженных кровоподтеками, глаза старика сверкали злобой:
– Нагнитесь.
Я склонился над ним.
– Это с тобой я разговаривал пару дней назад? Когда открывал дверь?
– В пятницу вечером, – кивнул я.
– Мистер Хэтч дал согласие на наш с ним уговор, слышал?
– Слышал.
– Это не он, – сказал Эрл. – Я же говорил вам, я едва разглядел того парня. Однако это другой.