Мистер Икс
Шрифт:
– Поузи. – Хэтч будто произнес название смертельно ядовитого насекомого.
– Вы обратили внимание, у этого парня всегда в запасе алиби, которое ему обеспечивают женщины? – Роули подошел к кровати. – С какой целью вы спрятали машину?
– Я ее не прятал. Припарковался за углом, чтобы моя квартирохозяйка не видела, что я приехал на «мерседесе».
Роули взял в руки подшивку и бросил ее обратно на стол:
– Ключи у вас?
Я вытащил ключи из кармана и протянул их Мьюллену, который взглянул на Стюарта Хэтча.
– Вы хотите, чтобы мы позвонили
– О'кей, – сказал Хэтч. – Не будем терять время и перейдем к делу.
Поднявшись со стула, он пошел вперед с вытянутой рукой. Я протянул ему руку с ключами. Хэтч подошел ближе, чем я ожидал, и ухватил меня за запястье. Выхватив ключи правой рукой, он резко сунул их в карман и наклонился над моей ладонью, словно желая рассмотреть отпечатки моих пальцев.
– Отпустите его, – велел Мьюллен. – Сейчас же. Хэтч выпустил мое запястье и вытер ладони о белые брюки.
– «Пальчики» мистера Данстэна у нас уже есть, – сказал капитан Мьюллен. – И если вы еще раз проявите инициативу, мистер Хэтч, я велю офицеру Трехэфту вывести вас отсюда.
Я припомнил, что офицер Бойд Берне рассказал репортеру о «Краснокожем Оттумве», и слова Роули молодому полицейскому: «Совсем гладкие? Без папиллярных линий?»
Я вдруг понял, что знаю того, кто вломился в «Дом Кобдена» и избил пожилого охранника, и от этого у меня все похолодело внутри. Стюарт Хэтч показал на меня пальцем:
– Этот человек в сговоре с моей женой, точно! Кто возил его в город? В компании с кем его видели, а?
– А вы, должно быть, в отчаянии… – посочувствовал я.
– Сколько они платят тебе? – не унимался Хэтч. – Или ты претендуешь на что-нибудь, кроме денег?
– Вы двое, заткнитесь! – скомандовал Мьюллен и повернулся ко мне. – Вы имеете какой-либо интерес к легальной деятельности мистера Хэтча?
– Ни малейшего.
– Ваши взаимоотношения с помощником прокурора Д. Э. Эштон и мисс Хэтч имеют исключительно дружеский характер и получили развитие в результате случайной встречи?
– Совершенно верно, – кивнул я.
– На наш взгляд, как вы понимаете, это недостаточно правдоподобно. Если вы не питаете никакой враждебности по отношению к мистеру Хэтчу, тогда почему же в пятницу вечером вы изо всех сил старались оскорбить его друга и компаньона мистера Милтона?
– Мистер Милтон оскорбил меня первым. Можете спросить у привратника.
– И вы не имеете никакого отношения к вторжению в «Дом Кобдена» сегодня ночью?
– Могу поделиться с вами, что именно интересует меня во всем этом, – сказал я. – Например, почему мистер Хэтч велел лейтенанту Роули приказать мне убираться из города и избить меня в случае, если я не проявлю желания повиноваться.
Голос Хэтча был низким и сдержанным:
– Я не давал приказов Роули, потому что Роули не подчиняетсямоим приказам.
– Лейтенант – крутой парень, когда дело доходит до приказов. – Мьюллен все больше и больше становился похожим на ирландского бармена. – Вы поссорились с мистером Данстэном, лейтенант?
Мертвые
– Я ему просто втолковал, что не следует никуда уезжать.
– И долго мы будем слушать этот бред? – спросил Хэтч.
Мьюллен пристально и с любопытством смотрел на Роули, а Роули делал вид, что не замечает.
– Мистер Данстэн, не хотите ли прокатиться с нами до Святой Анны? Мистер Сойер, охранник, пострадавший в результате ночного нападения, содержится в отделении интенсивной терапии. Если вы откажетесь, вас отвезут в отделение полиции, вы вновь пройдете процедуру допроса, а затем вас уже под конвоем доставят в больницу. Если поедете туда сейчас с нами, мистер Сойер либо опознает вас, либо освободит от подозрений.
– Я поеду, – сказал я, надеясь, что охранник не успел как следует рассмотреть Роберта. – Однако вам следовало бы знать, что мы с мистером Сойером перекинулись парой слов, когда в пятницу вечером он открывал дверь и входил в «Дом Кобдена».
Роули и Хэтча прорвало. А потом еще и еще – после того, как я объяснил, каким образом у нас с Сойером завязался разговор. Я готовился к взлому «Дома Кобдена», я все спланировал заранее, и теперь любое опознание можно будет опротестовать.
– Посмотрим, что скажет потерпевший. – Мьюллен открыл дверь.
– Это яздесь потерпевший, – сказал Хэтч.
И вышел из комнаты, как генерал во главе своего войска.
65
Трехэфт открыл заднюю дверь патрульной машины, и Мьюллен жестом предложил мне садиться. Стюарт Хэтч подошел и встал рядом с Мьюлленом.
– Сдается мне, мистер Хэтч, вы хотели забрать свой «мерседес», – сказал ему Мьюллен. Что-то проворчав, Хэтч ретировался. Мьюллен вместе со мной забрался на заднее сиденье. Роули сел рядом с Трехэфтом, поерзал, устраиваясь на переднем пассажирском месте, обернулся ко мне и оскалился: – Что вы там искали? Ваша подружка леди Д. Э. дала вам перечень документов?
– Это был не я, лейтенант, – ответил я.
– Вы ж компьютерщик?
– Я знаю, как создавать программы. Если и существует то, в чем можно обвинить Стюарта Хэтча, то мне это неведомо, да и не такой он дурак, чтобы хранить компромат на жестком диске.
– Так, а теперь давайте успокоимся, – сказал Мьюллен, – и очень постараемся, чтобы все у нас прошло гладко.
Роули нажал на кнопку вызова лифта; в знакомом коридоре собрались несколько пар. Я чувствовал себя так, будто время вернулось назад: все, даже посетители в своих шортах и футболках, выглядели абсолютно так же, как и в прошлый раз. Стоявшие рядом с нами люди узнавали Стюарта Хэтча. Как кинозвезда, он явно привык к этому. Купаясь в лучах славы Хэтча, мы прошествовали через распахнувшиеся настежь двери. Сестра Цвик вытаращила глаза на Хэтча и часто-часто заморгала, увидев меня, однако вместо того, чтобы отправить нас мыть руки, она выметнулась из-за конторки и повела нас в дальний конец палаты.