Миряне
Шрифт:
А л ь б и н а. Устройся к нахрапистым фирмачам.
Д а ш а. У них оклады высокие, но пристают. Откажешь -- вышвырнут с треском.
А л ь б и н а. Мне бы твои заботы. Что у тебя с Гиреем?
Д а ш а. Добивается моей руки. Надоел.
А л ь б и н а. Предлагаю дядю, чтобы не перезрел.
Д а ш а. Не выветрились впечатления о Павлике.
Альбина уносит в дом выглаженное белье.
Во двор вошел Х а б а р о в, сорвал цветок с куста, дарит Даше.
Х а б а р о в. Помечтаю о тебе, вдохновлюсь, красавец--гробик сварганю.
Д
Х а б а р о в. Моя мастерская по изготовлению гробов не хуже пекарни. Незаменимые ящики, клиенты тихие.
Д а ш а. Не тоскливо среди ритуальных принадлежностей?
Х а б а р о в. Веселого маловато.
Д а ш а. Трудитесь по специальности -- экономистом.
Х а б а р о в. Экономистом был Маркс. А я работал главным экономистом. Да упал спрос на законопослушных экономистов. Кого рисуешь?
Д а ш а. Вас.
Х а б а р о в. Почему я на козе?
Д а ш а. На козе въезжаете в Москву. Публика ликует, приветствуя как святого.
Х а б а р о в. Посмеиваешься, а я неделю настраивался сказать: ты самая из самых, ты прелесть из прелестных, ты чудо из чудес.
Д а ш а. Возомню, что я совершенство.
Х а б а р о в. Полнейшее -- в моем восприятии.
Д а ш а. Вы первый, для кого я без недостатков.
Х а б а р о в. Второй -- это перебор.
Д а ш а. Приятно с вами, славный Егор Андреевич.
Х а б а р о в. Без Егора Андреевича бы и на ты. Приголубила бы мягко, вопрошая: "Егорчик, не свить ли нам гнездо?" А я ответил бы: "Да здравствуем мы!"
Д а ш а. Заманчиво.
Х а б а р о в. Обнадеживаешь?
Д а ш а. Не отказываю.
Х а б а р о в. Понял.
Д а ш а. Что понял?
Х а б а р о в. Если девушка говорит -- нет, то это значит -- может быть. Если девушка говорит -- может быть, то это значит -- да. А если девушка говорит -- да, то что это за девушка?
Он вдруг радостно откалывает потешные колена,
уходя прочь. Даша смеется. Из дома выходит А л ь б и н а.
А л ь б и н а. Чего он обезьянничает?
Д а ш а. Наоборот, воистину очеловечивается.
А л ь б и н а. Прилепись, Дарья, к нему -- покладистый семьянин, а Гирея взнуздала бы я и погоняла.
Д а ш а. Он вбил в ханскую башку: "Дарья моя!"
А л ь б и н а. Самолюбие в нем взыграло.
Возвращается Х а б а р о в.
Х а б а р о в. Посчитал: три месяца со дня потопа в горах.
Д а ш а. Повод для пикничка. Освободим стол.
Даша, поднявшись со стула и взяв утюг, уходит в дом.
А л ь б и н а (Хабарову). Пытаюсь склонить ее в твою сторону.
Х а б а р о в. Уговоренная она мне ни к чему.
А л ь б и н а (оправдываясь). По--бабьи намекаю.
Х а б а р о в. Без подсказок.
А л ь б и н а. Упустишь ее -- изведешься. А вдруг какой ловкач опередит тебя.
Х а б а р о в. Решать ей.
А л ь б и н а. Хоть объяснись с ней.
Х а б а р о в. Уже.
А л
Возвращается Д а ш а.
Д а ш а. Накрывать стол?
Х а б а р о в. Дождемся Гирея.
А л ь б и н а. Ему и в субботу не до нас. Он важная персона, завсегдатай властных коридоров.
Д а ш а. Рассматривается же вопрос о назначении его в правительство. Действительно он занят.
Х а б а р о в. В министры лезет как намыленный.
Появляется Г и р е й.
Г и р е й (напевая). "Эх, деньги, деньги, всюду деньги, а без денег жизнь плохая, не годится никуда..." Те же и любимец бизнесменов и бизнесменш.
А л ь б и н а (Гирею). Поддал?
Г и р е й. Пропустил рюмашку. (Хвастливо.) Приобрел трехэтажную дачу, что у рощи.
А л ь б и н а. Те хоромы с кирпичным забором?
Г и р е й. Угадала.
А л ь б и н а. Блефуешь.
Г и р е й. Слово демократа.
Х а б а р о в (Гирею). Не по твоему карману.
Гирей садится за стол.
Г и р е й (Даше). И ты усомнилась?
В ответ молчание.
При социализме и не грезилось заиметь домище, а при диком капитализме отхватил.
Х а б а р о в. Но где деньжищи добыл?
Г и р е й. Финансисты, связывающие свой успех с моим продвижением к высокому креслу, сами посодействовали в покупке особняка.
Д а ш а. Стрижешь купоны.
Г и р е й. Чтобы ввести тебя в роскошный будуар.
Д а ш а. Меня Хабаровы приютили.
Г и р е й. Отвергаешь перспективного.
А л ь б и н а. Ей кого--нибудь попроще, а мне пробивного Гирейчика.
Г и р е й (Хабарову). Дай выпить.
Х а б а р о в. Вечером обмоем дачу, вспомним бегство в горах.
А л ь б и н а. Испечем угощение.
Г и р е й. Люблю домашние харчи, а то рестораны надоели. Кто за повара?
А л ь б и н а. Даша.
Г и р е й. Для нее и дача под названием -- вилла.
Д а ш а. В детстве росла я на вилле.
Г и р е й. Новость.
Д а ш а. Папа строил в Болгарии завод и на берегу моря под Варной снимал часть дома. В нем жило шесть семей. На всех -- ржавый водопроводный кран. Воды почему--то не хватало. На полдома -- веранда, где играла я с маленьким Пенчо, хозяйским отпрыском. На уличной стене -- табличка: "Вилла Чавдара Аспарухова". Жильцы дали ему кличку -- князь Аспарух. Днем разговаривали мало -- горбились на пашне. А по вечерам, иногда и ночам -жуткий галдеж, выясняли отношения. Кто--то был всегда недоволен. Ругались смачно и с криками, с призыванием соседей в свидетели. В полночь из своей комнаты выходил свирепый князь Аспарух, в подштанниках, свыше ста килограммов весом, с брюхом поросячьим, и рявкал: "Всем цыц!" А неугомонным -- подзатыльники, пинки под зад. И наступала долгожданная тишина. Все засыпали, и мне снилось, что когда--нибудь принц введет меня в сказочный дом с видом на море, с павлинами во дворе. Детская нереальщина. А Пенчо, несомненно, вымахал под стать отцу.