Мир Смерти
Шрифт:
Язон застонал при одной только мысли о езде верхом. Он сел и ошалело посмотрел на пиррянина.
– Ап… теч… ка, – пробормотал он, дрожа от холода. – Керк, дай мне хорошую порцию стимуляторов. Я чую, что у нас будет веселый денек.
– Подожди здесь. Я встречу катер.
– Хорошо бы, но нельзя. Я сам должен все проверить до того, как катер вернется на корабль.
Его подвели к моропу, посадили в седло, и в предрассветной мгле они двинулись в путь. Керк осторожно вел моропа под уздцы, а Язон дремал, ухватившись за луку седла, чтобы не упасть. Когда они достигли условного места, лекарства начали действовать,
– Катер приближается. – Керк прижал к уху передатчик.
С востока послышался слабый гул двигателей.
– Ты захватил фонарь? – спросил Язон.
– Конечно. Разве это не входило в инструкции? – обиженным голосом спросил Керк.
В темноте Язон не видел его лица, но понял, что Керк недоволен таким необоснованным подозрением. Для пиррянина было совершенно немыслимо забыть об инструкциях.
– Это мощный фотонный осветитель. Дает восемнадцать тысяч люменов в час.
– Нам не понадобится и десятой части, – сказал Язон. – У капсулы чуткие фотоэлементы, ее можно посадить на любой источник света.
– Капсула была выброшена примерно в десяти километрах к востоку.
– Отлично. Направь туда луч.
– Подожди, пилот еще что-то говорит. Подержи фонарь.
Взяв у Керка небольшую трубку величиной с палец, Язон слегка повернул регулятор мощности, чтобы получился узкий луч света, и направил его в сторону катера.
– Пилот докладывает, что не все ладилось при изготовлении нейлоновой веревки. Она готова, но получилась довольно пятнистой, и они не гарантируют водоустойчивости.
– Дождя я не жду. А что касается пятнистости, тем лучше – будет издали походить на кожаную.
Гул в небе нарастал, и вскоре показался красный огонек, а еще через минуту луч фонаря отразился от корпуса капсулы, и Язон уменьшил мощность. Послышался слабый свист реактивного двигателя, и серебристый цилиндр повис в воздухе прямо перед ними. Керк дотянулся до кнопки посадки, и капсула прочно встала на землю.
Язон открыл люк и достал моток веревки.
– Отлично! – Передав ее Керку, он достал молоток, сделанный по его указаниям из цельного куска металла. Рукоять для удобства была обтянута кожей, а сам молоток протравлен кислотой и облеплен грязью, чтобы сошел за старый.
– Что это? – Керк вытащил какой-то металлический предмет и поднес его к свету.
– Клин. Половина их такие, а остальные с зажимами. – Язон достал такой же, только с отверстием в широкой части, через отверстие было пропущено кольцо с зажимом.
– Эти штуки мне ни о чем не говорят, – заметил Керк.
– Ничего удивительного. Не беспокойся, я взбирался на скалу при помощи клиньев и знаю, как это делается. Хотелось бы иметь более совершенное снаряжение, но оно сразу нас выдаст. Есть клинья, которые вонзаются в любой камень при помощи взрывателя, а есть и такие, которые намертво приклеиваются к скале. Но их я использовать все равно не могу, так что обойдемся этими. Я заберусь как можно выше и вобью клин, потом встану на него и вобью следующий и так далее. Там, где понадобится веревка, в дело пойдут клинья с зажимами. А вот эти, – он взял в руку грубый клин, весь в выбоинах и царапинах, явно изготовленный вручную, – будут ближе всего к земле. Все они сделаны из инструментальной стали, что большая редкость в этих краях, но те, которые могут увидеть Темучин и его люди,
Засыпав их песком, капсула поднялась в воздух и исчезла. Язон, привязав к нейлоновой веревке кусок кожаной, смотал ее и упаковал вместе с остальным снаряжением. Они вернулись в лагерь с первыми лучами солнца.
Войдя в ущелье, они увидели, что ночью тут произошла жестокая битва. Каменная стена по-прежнему преграждала путь, но теперь она была густо усеяна трупами. Прямо на земле сидели воины, многие из них были ранены. На большом валуне неподвижно сидел кочевник, а его товарищ пытался извлечь у него из руки обломок стрелы.
– Что случилось? – спросил Язон.
– Мы атаковали ночью, – ответил раненый. – Сделать это бесшумно не удалось. Камни выскальзывали из-под ног, многие воины упали и разбились. Когда мы были уже близко к вершине, Ласки сбросили нам на голову связки горящей травы… Уцелели только те, кто не успел подняться высоко. Очень плохо.
– Очень хорошо, – сказал Керк, когда они двинулись дальше. – Темучин утрачивает свой престиж, а мы сильно поднимемся в глазах кочевников… если только сможем взобраться на эту скалу.
– Перестань сомневаться, – сказал Язон. – Стой здесь и делай вид, что все знаешь и ничего нового для себя не видишь.
Сбросив теплую одежду, он вздрогнул от холода. Ничего, как только начнется восхождение, он согреется. Язон принялся завязывать на запястье ремень молотка, искоса поглядывая на скалу, – снизу утес казался таким же неприступным, как космический крейсер.
В этот момент к ним подошел Аханк; криво усмехаясь, он снисходительно посмотрел на Язона.
– Мне сказали удивительную вещь, жонглер. Оказывается, ты настолько глуп, что собираешься забраться на эту скалу.
– Это не все, что тебе сказали, – надменно ответил Язон, поднимая с земли связку клиньев. – Вождь Темучин велел тебе прийти сюда и выяснить, что здесь происходит. Садись поудобней, пусть ноги твои отдохнут, очень скоро тебе придется бежать к своему хозяину с радостной вестью.
Керк с сомнением посмотрел на отвесную стену и перевел взгляд на Язона:
– Разреши мне забраться. Я сильнее тебя и нахожусь в лучшей форме.
– Ты прав, – согласился Язон. – Как только я окажусь на вершине, спущу тебе веревку, ты возьмешь бомбы и поднимешься. Но идти первым ты не сможешь. Скалолазание – сложный спорт, ему нельзя научиться за несколько минут. Спасибо за предложение, но это мой крест. Начинаем. Подними меня, чтобы я мог дотянуться вон до того выступа.
Ему даже не пришлось взбираться на плечи пиррянина – тот просто ухватил его за щиколотки и поднял вверх. Язон уцепился за каменный выступ, подтянулся, и восхождение началось…
Метров через десять понадобился первый клин. Язон приметил над головой широкий удобный выступ, но дотянуться до него не мог – не хватало нескольких сантиметров. Скала тут была покрыта сетью трещин, и он, выбрав самую глубокую, осторожно вставил в нее клин. Четырех ударов молотка оказалось достаточно, чтобы он прочно засел в камне. Медленно и осторожно – прошло не менее десяти лет с тех пор, как он последний раз лазал по скалам, – Язон ступил на клин, и клин выдержал. Язон, дотянувшись до уступа, сел на него и, тяжело дыша, посмотрел вниз.