Мир смерти

Лайонс Стив

Лоренцо находился всего в нескольких метрах от фигуры, когда она изменилась. Она преобразилась или, если быть точнее, сфокусировалась прямо у него перед глазами. Тень оказалась колючим кустом, который всегда рос здесь, но воображение Лоренцо сыграло с ним злую шутку. Он вздрогнул, когда Сторм несколько раз выстрелил в колючки, а затем на всякий случай обстрелял еще и траву.

— Это если существо умеет изменять форму, — объяснил он. Но своей стрельбой он растревожил лишь парочку черных насекомых, которые, почуяв запах цветочного сока на бойцах, улетели прочь.

После этого отделение держалось

настороже. Лишь благодаря огромному усилию воли Лоренцо не подскакивал от каждой увиденной тени и долетавших до ушей отдаленных звуков. В голове назойливо прокручивались слова Грейса о том, что им не стоило доверять собственным чувствам. Остальных, похоже, это не волновало, они наверняка думали, что с ними такого никогда не случится, но у него самого не шел из головы синий свет. Он помнил, насколько реальной казалась ему та иллюзия.

Ландон поравнялся с Грейсом, и Лоренцо, который находился неподалеку, расслышал их приглушенный разговор.

— У меня есть идея, сержант, — произнес салага. — Давайте я спрячусь на дереве, а вы пойдете дальше. И если за нами кто-то идет, то я это замечу.

— Даже не знаю, — задумался Грейс. — Мы говорим о существе, которое ускользнуло от Слая Мэрбо, — а это далеко не просто.

— Возможно, оно чуяло, что Мэрбо где-то неподалеку. Может быть, оно подслушало наши о нем разговоры. Сержант, я самый маленький из нас, тот, кого существо, вероятнее всего, упустит из виду, если наблюдает за нами. Пусть остальные соберутся вокруг меня на секунду, чтобы прикрыть, и я мигом исчезну. В следующий раз «призрак» заметит меня, только когда пройдет подо мной, и я тут же подниму тревогу.

Грейс недоверчиво поднял бровь:

— Обещаешь? Клянешься на клинке? Ландон, ты уже проявил себя не раз — пойми меня правильно, это хорошо, мы сделаем из тебя отличного бойца, а со временем, может, даже и сержанта, но сейчас не время бахвалиться, желая урвать кусочек славы.

— Как только увижу существо, заору во всю глотку, — пообещал Ландон.

Грейс какое-то время обдумывал предложение и в конце концов кивнул. Тем не менее, тихим шепотом передавая приказ отделению, двоим бойцам зараз, он внес несколько изменений. Последним он подошел к Маккензи, но к тому времени комиссар уже услышал о плане.

— Если просишь моего разрешения, Грейс, — ядовито бросил он, — то считай, оно получено.

Через какое-то время они вышли к поникшему дереву с ветвями, опускавшимися до самой земли, и увитому водоносными лозами. Идеальное место для засады.

Катачанцы сгрудились вокруг него и, ковыряя лозу ножами, принялись собирать влагу. Лоренцо не дал Бракстону прильнуть губами прямо к лозе, указав на то, что ее кора могла быть ядовитой.

Через пару минут Ландон незаметно сместился в центр отделения, и Доновиц отдал ему лазган взамен потерянного на реке. Салага встал на сложенные ладони Малдуна и подтянулся к нижней ветке дерева, благодаря камуфляжной форме и разрисованному темной краской лицу он практически мгновенно затерялся среди листвы. Лоренцо услышал тихий шелест у себя над головой и подавил желание взглянуть вверх.

— Так, бойцы, — объявил Грейс немного громче обычного, чтобы было слышно издалека, — пора выдвигаться. Мы все еще отстаем.

Когда отделение тронулось

в путь, Воины Джунглей рассредоточились несколько шире обычного, но при этом их пути каким-то образом все время пересекались. Стороннему наблюдателю было бы тяжело даже сосчитать их, не говоря уже о том, чтобы понять, кого именно не хватало. Кроме того, они шли медленнее обычного — никто не говорил это вслух, но им не хотелось оставлять товарища слишком далеко позади.

Чем больше они удалялись от позиции Ландона, тем тяжелее им давался каждый следующий шаг. Лоренцо заметил, что в арьергарде небольшая толкотня: каждый из них хотел встать на место замыкающего и первым расслышать сигнал тревоги. Естественно, победителем вышел Вудс.

Лоренцо мысленно отсчитывал минуту. Когда он досчитал до шестидесяти, Грейс кивнул, и Малдун скрылся в кустах. Майерс совершил отвлекающий маневр: с криком: «Древесная ящерица!» — он принялся стрелять в траву, а затем с притворным смущением сказал, что ему всего лишь померещилось.

Они продолжали идти, ожидая, что Ландон вот-вот подаст голос. Прошло двадцать секунд, и Лоренцо заметил, что Грейс начал волноваться. Еще через пять он остановился и уже собирался дать условный сигнал, отменявший операцию, когда раздался крик Ландона.

Но это было не предупреждение. Это был вопль ужаса.

Лоренцо сорвался с места еще до того, как стихло эхо. Они ушли слишком далеко от места, где остался Ландон, поэтому он несся изо всех сил, но путь к товарищу все равно казался практически бесконечным. Лоренцо бежал так быстро, что даже не чувствовал под собой ног, и от падения его удерживала лишь сила воли. Спереди доносились звуки — скверные звуки, сулившие беду, — но он едва различал их из-за громкого биения сердца и топота товарищей.

Каждая секунда была на вес золота. Каждая доля секунды.

И их не хватало.

Ландон заорал опять: ужасный булькающий хрип, который оборвался внезапно. Лоренцо наконец увидел салагу: его тело безвольно свисало в лапах существа, которое, хотя и походило на человека, на самом деле было отвратительной пародией на него.

Монстр был покрыт сантиметровым слоем грязи, травы, опавших листьев, цветов и корней больших растений, словно кусок джунглей обрел форму. Поначалу Лоренцо подумал, что это растение, но после заметил кое-где загорелую кожу и человеческие пальцы, которые сомкнулись на шее Ландона. Вудс, паля на ходу из лазгана, бросился на существо.

Лоренцо выхватил оружие, но стрелять не стал, боясь попасть в салагу. Вудс видел то, чего не видел он, или, скорее, смирился с тем, с чем не мог смириться Лоренцо.

Наверное, оно поджидало Ландона, понял он. Существо стояло прямо под деревом, на котором спрятался гвардеец, но он не спустился бы с него, если бы не счел это безопасным. Монстр распознал ловушку Воинов Джунглей и расставил свою.

Вудс врезался в чудовище, и Ландон с вывернутой под неестественным углом шеей полетел на землю. Лоренцо находился на полпути к нему, когда увидел, что в этом уже не было смысла. Он резко развернулся и бросился к монстру вместе с яростно орущими Майерсом и Стормом. Наверное, Вудс и сам бы управился с существом, а затем с радостью бы об этом судачил, но сейчас Лоренцо думал только о Ландоне.