Мир Элайлиона

Саражаков Давид

Довольно-таки обычно.

И тут же мой взгляд кое-что привлекло. Точнее кое-кто.

На одном из столов, что стоял на краю деревни, лежало на боку какое-то местное животное, похожее на кошку. Вытянутая мордочка с коротким влажным носом, длинными усами-вибриссами и небольшими щёчками. Светло-серого цвета, но в некоторых местах проходили тёмно-серые линии. По всей спине тянулась чёрная линия, доходящая до самого кончика хвоста, а на четырёх лапках были чёрные «перчаточки». Его большие заострённые уши прижаты к голове, а на их кончике присутствовала

длинная, примерно в сантиметр, прядь шерсти. В этот момент какой-то аргилэ, сидящий на скамейке у стола, почёсывал ему живот. Животное выглядело полностью расслаблено, очевидно полностью доверяя аргилэ.

Какой милый… Если когда-нибудь я решу где-нибудь поселиться, то обязательно заведу себе этого милаху. Я вообще всегда любил животных и хотел завести себе кого-нибудь, и предпочитаю именно котов. Маленькие, забавные, не требуют много внимания, хотя это можно назвать и минусом. Ну и не менее важное, они очень милые. Как и собаки, если что, но они милы скорее своей лаской.

— У-у-у… — послышалось от Анаэль.

— Что-то не так?

— Онь Жову хьест.

Анаэль, после произошедшего, больно говорить слишком долго, а потому она отвечает короткими предложениями. Скорее всего, завтра это прекратится благодаря чудесной регенерации ламий. Я так думаю.

— А как этот зверь называется?

— … Февый тови.

— Серый тори?

— Угу.

— Сложно. Буду называть их котиками.

— … Тиво?

— Кот. Согласись, звучит лучше!

— Нафефое… — с явным скептицизмом ответила Анаэль.

Таури, что шёл впереди нас, положил корзины на землю и поднял раскрытую правую ладонь вверх.

— [Яз. Нерейдий] Подождите, — сказал что-то Таури.

Я остановился. Понять, что от нас требуется, можно было и без слов. Таури пошёл вперёд, к аргилэ за столом. Неизвестный аргилэ повернулся полупрофилем к нам. Его выпирающие из головы глаза сузились, а и без того широкий рот растянулся в ещё более жуткую улыбку, чем у Таури. Но точно ли это улыбка?

— [Яз. Балиро] И куда же ты ушёл? — сказал что-то аргилэ.

— [Яз. Балиро]… Я пытался выследить их, — ответил Таури.

Аргилэ, сидевший напротив стоявшего и сгорбившегося ещё больше Таури, вздохнул голосом, будто его душат. Видимо, подобный голос свойствен всем представителям данной расы.

— Идиот…

— А что по-вашему мне нужно было делать? Сидеть, как все вы, ожидая, пока террантропы поймают воров?! — повысил голос Таури, активно жестикулируя руками.

— Да! — ударил о стол аргилэ.

Лежащий на столе кот (тори) резко поднял голову и ушки, а аргилэ продолжил:

— С чего ты решил, что в одиночку сможешь что-то с ними сделать?! С толпой разумных?!

— Я мог бы выследить их, а потом сообщи о их местоположении.

Сидящий аргилэ встал, из-под губ показались зубы, похожие на человеческие, но менее жутким этот рот не становился. Меня всё ещё пугают их «лыбы». И… стало кое-что понятно.

Возможно оттого, что смотрел на аргилэ слишком далеко, возможно потому что он сидел, или из-за

того, что скамейка слишком низкая, но до этого момента я не замечал этого. Неизвестный аргилэ резко начал возвышаться над двухметровым Таури как минимум на сантиметров тридцать.

Это Таури такой низкий? Или у этой расы такой разброс по росту? Или этот аргилэ настолько высокий? Или… Таури ещё просто ребёнок? Нет, скорее подросток? Учитывая то, как его сейчас, кажется, отчитывают, предположу последнее.

— А если бы они засекли тебя?!

— Этого бы не произошло… — ответил Таури.

— Отец и десять добровольцев тебя уже по всему лесу ищут! А ты…!

— … Мам, прости…

Я не видел лица Таури, но, должно быть, оно было виноватым (как у аргилэ выглядит виноватое выражение?). Аргилэ же, который разговаривал с Таури, спрятал зубы под губы, а его улыбка стала меньше.

— … У тебя что-нибудь получилось?

— Нет, — совсем низко сгорбился Таури. Настолько низко, что, вероятно, смог бы смотреть на меня на одном уровне.

— … В таком случае, кого там ты с собой привёл? — обратил свой взор на нас высокий аргилэ.

У меня от этого взгляда с выпирающими из головы глазами и улыбкой мурашки по коже пробежали.

Таури продолжил что-то говорить, пока неизвестный аргилэ смотрел на нас.

Я же решил поговорить со своим спутником:

— Анаэль, ты понимаешь о чём они говорят?

— Угу, — ответила змейка на моей голове, кажется, кивнув.

— Я правильно понял, что Таури на самом деле ребёнок?

— Да, — сказала Анаэль.

Что ж, могу только похвалить себя за проницательность. Но не то, чтобы это могло хоть у кого-то вызвать трудности.

— Расскажешь завтра, когда язык заживёт.

— Холёфо!

В этот момент сгорбившийся Таури поворачивается к нам, подходит вместе с этим аргилэ и говорит:

— [Яз. Балиро] Этот не знает общий язык, — указывая на меня ладонью.

— [Яз. Балиро] Да? — говорит аргилэ, приоткрыв рот, — Неужели подобное возможно?

— А ещё он ранен, — указав уже на мою руку, — До этого ему всё ламия переводила, но она повредила язык и теперь не может говорить.

Разглядывая этих двоих и пытаясь хотя бы примерно понять, что они говорят, мой взгляд на секунду скользнул к коту.

Он, как и полагается кошачьим, вылизывал свои лапки. Мы не интересовали его и ничего не значили в его кошачьей жизни. А ещё мне кажется, что он несколько больше обычных кошек.

Посмотреть бы на него поближе…

Внезапно высокий аргилэ подошёл ко мне.

— [Яз. Нерейдий] Покажи руку, — сказал что-то он.

— Эмм… — промычал я.

Я не понимал, что он говорит, но потому, как аргилэ двигал руками, словно подтягивая мои руки, стало понятно, о чём меня просят.

Я вытянул перед собой перевязанные руки. Аргилэ мягко взялся левой рукой за ладонь на моей правой руке, а правой взялся за плечо.

— Я развяжу? — сказал он, взглянув на меня и взявшись за место, где можно начать снимать бинт.