Мили Впереди

Сайрус Майли

макияж

стресс

недостаток сна

четырнадцать лет

интернет-зависимость

Красота таит в себе опасность. Мы всю жизнь пытаемся преодолеть недовольство

собственным внешним видом. Это сражение, в котором невозможно победить.

Определения красоты как такового не существует. Единственный способ добиться

красоты -

это почувствовать ее изнутри, забыв о том, какие у тебя внешние данные.

Как я могла теперь показаться на работе? Я не могла позволить им снимать меня в таком

виде. Как я могла выйти на улицу? Я не могла дать поклонникам сфотографироваться со

мной. Обычно по утрам я хожу в спортивный зал. Но как было возможно спокойно

заниматься, когда тебя окружают все эти зеркала?

Я больше не могла это выносить. Это были не просто прыщи. Я честно верила, что в этом

нет ничего такого. Я отказалась вставать. Я не могла двигаться. Шли часы. Наступило два

часа дня, мне нужно было быть в студии. Мама зашла в комнату проконтролировать меня,

но она лишь еще больше напугала меня, сказав: «Я думаю позвонить папе. Он собирался

лететь домой». Она хотела вытащить меня из спальни, вернуть в реальный мир, чтобы я

вышла к солнечному свету. Но все было не так просто.

В конце концов в тот день маме удалось привести меня на работу, но темнота не

проходила. Я видела себя в макияже или «отфотошопленную» в журналах, и мне

нравилась отретушированная версия самой себя. А потом я подходила к зеркалу и

попадала в реальность. Вы знаете, насколько все эти журналы фальсифицируют

действительность, что никто из моделей или звезд не выглядят в реальной жизни так,

как когда над ними поработают дизайнеры, стилисты, визажисты и фотографы в

Фотошопе? Так что если вы когда-нибудь захотите выглядеть как Майли Сайрус на

каком-нибудь фото (я не самовлюбленно говорю, что вы бы хотели этого), всегда

помните: Майли Сайрусвыглядит не так, как Майли Сайрус на той фотографии. Уж я-

то знаю это! Тогда я зациклилась на своем внешнем виде. Я сидела, часами

уставившись в зеркало, ненавидя себя изнутри и снаружи. Если все внимание

приковано ко мне, то почему я так выглядела?

Это началось с моей кожи, но очень быстро перешло и на остальное. Мне не нравилось

то, как я выгляжу, мое тело, моя индивидуальность и все, что касалось меня. Зачем Бог

сделал это со мной? Знаю, знаю, звучит театрально.

Пара прыщей не превратили меня

многострадального человека. И тем не менее они меня ослабили. Ведь я подросток. В

лучшую пору я понимала, что такие поверхностные вещи не имеют особого значения.

Я понимаю, что сама позволила этому продолжаться. Но это не означает, что теперь я

всем довольна.

По меньшей мере нам было необходимо вылечить мою кожу. Поэтому я отправилась к

дерматологу. Я возлагала на него большие надежды. Я знала: это Лос-Анджелес.

Врачам здесь известны все волшебные способы моментально сделать внешний вид

актеров безупречным. Я думала, что они смогут словно заретушировать меня, но в

реальной жизни, скрыть недостатки до того момента, как мне исполнится двадцать

лет. Да, не так много.

Если у Вас когда-то было акне, Вы прекрасно знаете, что немедленного разрешения этой

проблемы не существует. Я вышла из кабинета в гораздо более убитом состоянии, чем

вошла в него. Мама пыталась рассуждать вместе со мной. Она сказала: «Каждый день,

когда ты просыпаешься, у тебя есть выбор. Ты можешь либо обидеться на весь мир, либо

ты не позволишь ничему воздействовать на тебя подобным образом. У тебя не будет этой

проблемы вечно. Мы работаем над этим. Но сейчас ты должна понять, что в мире

существуют еще более худшие вещи». Я знаю, такому подходу к жизни мама научилась у

бабушки. Бабушка всегда говорит: «Все, что ни случается, все к лучшему». Но на этот раз

я просто закатила глаза. Худшее, конечно же, было. На тот момент я выглядела ужасно и

была зациклена на этом. Но мама продолжала говорить: «Я знаю, тебе это особо не

поможет, но тебе нужно решить, как дальше с этим жить. Ты можешь злиться и

расстраиваться. А можешь сказать себе, что у тебя есть проблемы с кожей так же, как и у

всех остальных». Я слышала все, что она говорила, но слова не доходили до меня. Я не

могла - не желала– прислушаться к этому.

Весь конец сезона был для меня ужасен, не самое лучшее мое время. На площадке я ни с

кем не разговаривала, ходила хмурая, опаздывала. Большинству знакомых я ничего не

рассказывала. Практически никто и не представлял, что со мной происходит, хотя

однажды помощник режиссера (ПР) сказал: «Где Майли? Это не наша Майли». И он был

прав. Это была не я. Обычно я стараюсь не зацикливаться на подобных удручающих

мыслях, но в этот раз я не могла избавиться от них.